Династия. Феникс - Александр Майерс

— Да-а… Всё-таки ты хорош, Александр. По-настоящему объединить род и жениться на дочери императора — даже для Грозина это что-то невероятное. А если учитывать, что у Романова нет сыновей…

— Я женился по любви, если ты об этом, — перебиваю я. — Мы с принцессой живём душа в душу. Но да, для страны и правящего рода это тоже имеет значение. Мой младший сын станет князем, когда придёт время, а мой старший сын — императором.

— Грозины будут править Российской империей, — Ромэн коротко смеётся. — Кто бы мог подумать. Кто ещё из нас кукловод, Александр? Незаметно, исподтишка ты не просто победил меня и сделал Династию величайшей корпорацией в мире. Ты, по сути, основал новую правящую династию России…

— В отличие от тебя, я не стремился ничего и никого уничтожить, — отвечаю я. — Я лишь хотел объединить не только Грозиных, но и всю империю. Всё случилось как-то само собой.

— Сами собой такие вещи не случаются.

— Знаешь, когда действуешь из добрых побуждений, случается и не такое, — говорю я. — Кстати, о доброте. Пару месяцев назад надгробие твоего отца в семейном склепе потрескалось. Я приказал изготовить новое, смотри.

Показываю Ромэну фотографию на телефоне. Он несколько мгновений смотрит и кивает.

— Спасибо.

— Пожалуйста. Несмотря на всё случившееся, твой отец был одним из рода. Не вижу смысла это отрицать.

Мы с Ромэном болтаем ещё немного, а затем прощаемся, и я уезжаю. А бывший кукловод возвращается в камеру, где ему предстоит провести остаток жизни.

Но мы с ним ещё не раз увидимся.

Поместье Грозиных

Огни гирлянд мерцают в оконных рамах, бросая золотые блики на снег. Внутри бальный зал превращён в зимнюю сказку: хрустальные люстры обвиты серебряным дождём, столы ломятся от угощений, а ёлка у камина достаёт до потолка, сверкая шарами с фамильными гербами. Запах имбирного печенья и мандаринов смешивается с ароматом хвои.

Я захожу в холл поместья, стряхивая снег с пальто. На пороге меня встречает семилетний Артём — мой старший сын, в бархатном пиджаке и галстуке-бабочке. Его глаза горят, как у бельчонка, нашедшего орех.

— Пап! Ты опоздал! — он хватает меня за руку, таща в зал. — Дедушка Гриша сказал, что без тебя бенгальские огни не зажжём!

— Дедушка Гриша всегда драматизирует, — смеюсь я, но позволяю тянуть себя мимо слуг с подносами.

В зале — всё, как я мечтал десять лет назад. Все Грозины вместе. Зал полон детского смеха, искренних улыбок и тепла. И тепло это исходит вовсе не от камина.

Григорий Михайлович сидит на диване у ёлки, рядом с моим младшим — Артёмом: Мальчик серьёзно тычет пальцем в старинную книгу:

— А вот это наш герб, да?

— Да, — дед поправляет очки. — Запомни его хорошенько. Рано или поздно ты станешь тем, кто будет олицетворять этот герб.

Принцесса Мария, моя жена, стоит у рояля, покачивая на руках спящую Свету. Наша новорождённая дочь сопит, уткнувшись в её шёлковое платье. Заметив меня, Мария подмигивает. Её рыжие волосы переливаются в свете живого огня.

Анна и Сергей Череповы стоят у окна, любуясь снегопадом. Она в бирюзовом платье, он — в белом смокинге. Их двойняшки, Петя и Лиза, носятся вокруг стола, пытаясь стащить крем с торта.

— Серёжа, они же объедятся! — мама игриво хлопает мужа по плечу.

— Пусть. Новый год раз в году, — он наливает ей шампанского. — За нас!

Виталий со своим сыном сидят у камина. Они оба молча смотрят в огонь, и будто говорят друг с другом без слов.

Максим осторожно обнимает свою жену Ирину, чей живот выдаёт скорое очередное пополнение в роду Грозиных. Они так мило о чём-то шепчутся, что не хочется им мешать.

Алексей и Евгения танцуют вальс под рояль, не обращая ни на кого внимания. Их дочь Марьяна, которая с возрастом стала очень походить на мать, танцует рядом со своим ухажёром — наследником графского рода Ульяновых.

Дмитрий, наш вечный бунтарь, стоит у окна с невестой — испанкой по имени Каталина. Она что-то горячо шепчет, размахивая руками, а он ухмыляется:

— Нет, любимая, у нас в роду не стреляют в воздух. Бьют бокалы. Ты же не думаешь, что все русские, тем более в нашем уважаемом роду, такие же варвары, как я?

Каталина заливисто смеётся и целует Дмитрия в нос.

Николай тащит меня к столу, где уже собираются все. Виталий поднимает бокал:

— За Грозиных! Которые…

— Которые всегда вместе! — перебивает Анна, обнимая Сергея.

Бокалы звенят. Дети кричат «Ура!», хотя младшие не понимают, в чём истинный смысл этого поздравления, ставшего нашей традицией. Снег за окнами падает медленнее, будто замедляя время.

Я смотрю на лица. На улыбку своей обожаемой супруги. На счастье Максима и его Ирины. На доверчивый взгляд Артёма, впитывающего мудрость деда. Даже Дмитрий, вечный скиталец, стоит, крепко держа Каталину за руку.

Артём тянет меня за рукав:

— Пап, а когда фейерверк?

— Сейчас, — поднимаю его на руки. — Видишь, дядя Юра уже на улице!

Юрий машет нам из сада. Татьяна стоит рядом с ним, размахивая бенгальскими огнями.

— Поехали! — кричит Юрий, поджигая фитиль.

Небо взрывается золотом. Дети визжат. Мария прижимает к себе Свету, чтобы не испугалась. Сергей обнимает Анну и детей. Григорий Михайлович улыбается, глядя, как Артём несётся на улицу и с разбегу прыгает в сугроб. Юрий ловит его и усаживает на плечи, указывая на небо, где расцветают всё новые вспышки.

В этом грохоте, среди смеха и поздравлений, я ловлю взгляд деда. Он кивает. Всего раз. Но в этом кивке — всё, что только можно передать. Я киваю в ответ, обнимаю жену и осторожно целую мягкие волосы дочери, чувствуя, как громко бьётся моё сердце.

Моя жизнь в этом мире началась непросто. Мне пришлось побороться.

Но глядя на счастливую семью вокруг, на улыбки детей и взрослых, на то единство, что царит в семье Грозиных, я понимаю, что боролся не зря.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора