Последний из рода Демидовых. Том III - Борис Ветров

я кивнул, — Тот, кто выпустил эту тварь даже не пытался сбежать! Мы его нашли всего счастливого в слезах и соплях на территории дворца.

— Даже так? — не поверил я в услышанное, — Он что больной?

— У него… как бы это сказать, — старший инквизитор замялся, — была сложная жизнь. Когда-то этот дворец принадлежал его семье, князьям Татевым. А именно отцу и дяде, но случилась клановая война, и род Татевых был уничтожен. А мальчишка остался сиротой, без средств к существованию, и психологической травмой на всю жизнь. Лучше я тебе его покажу.

Идти пришлось недолго, паренёк оказался закован в наручники, а вокруг него стояли инквизиторы, вместе со старцем Димитрием.

— Здравствуйте! — поздоровался я со всеми присутствующими, инквизиторы закивали, а епископ Валаама ответил.

— Доброго здоровья, Клемент Аристархович!

— Думал, вы уехали на Валаам.

— Кто же меня отпустит? — искренне удивился старец, — Государь велит за Алёшкой приглядывать. Да и дел в столице последнее время прибавилось, сам знаешь, граф! Вот и этого нелёгкая подкинула нам с Валерой. — Димитрий покосился на паренька в наручниках.

Я осмотрел последнего из рода Татевых ничего особенного: карие глаза, весь в джинсе, волосы кучерявые. Самый обычный парень.

— Почему не сбежал? — задал я вопрос уже задержанному.

Он рассмеялся радостно и одновременно обречённо:

— Зачем? Душа продана, её заберут в любом случае, но я ни капли не жалею! Эти скоты все сдохли! Все до единого! А мой род отомщён! — он захохотал, словно одержимый или безумный.

— Чему ты радуешься, ублюдок? — перебил задержанного Сойкин, — В роду были ни в чём не повинные женщины и дети…

— В моём было то же самое! — возразил арестованный, и черты лица его стали жёстче и острее.

— Игорь Фёдорович Татев наблюдался у психиатра, — сообщил подошедший инквизитор, — неудивительно, что он такое натворил.

— Я ни о чём не жалею! Слышите⁈ Я отомстил за свой род — это главное! — он вновь засмеялся искренне и словно в последний раз.

Старец Димитрий дёрнул на себя руку Татева и задрал рукав джинсовки. На запястье появились чёрные прожилки:

— Душа уже начала отторгать тело, её ещё просто не забрали. Но судя по тому, что написано на шкатулке, это должно произойти с минуты на минуту.

Я посмотрел на шкатулку: потемневшее от старости дерево, иероглифы, примитивная застёжка-замочек.

— Как это будет выглядеть? — решил уточнить я.

— Обычно дух мщения сам приходит за должником…

— А вы нашли демона, который устроил здесь этот маленький геноцид?

— Нет… — Сойкин и Димитрий переглянулись, — Мы обыскали все три этажа дворца, но демона не нашли.

— Это значит, что он гуляет где-то на воле… — пришёл к выводу Сойкин.

— И, скорее всего, где-то рядом. — подтвердил его догадку Димитрий, — Тварь ждёт отведённое ей время!

Я ничего не сказал на это, лишь закрыл глаза и сосредоточился. Посмотрел на дворец, стены стали серыми и прозрачными, ничего подозрительного видно не было. Я перевёл взгляд на Татева, душа то и дело выходила за границу физического тела и… Как бы это описать? Она даже не дрожала, а вибрировала с высокой частотой. С этим связано неадекватное поведение Игоря Фёдоровича? Впрочем, сейчас это не важно… Помимо души, я смог рассмотреть еле заметную золотую нить, которая опоясывала всё тело парня. Нить тянулась к шкатулке с иероглифами, а ещё один её конец уходил куда-то в сторону и еле различимо уходил в сторону парка.

— Кто дал тебе шкатулку⁈ — с нажимом спросил я у Татева.

— Какой-то старик, — беззаботно ответил пацан.

— Какой старик? Как он выглядел?

— Да какая теперь разница? — он вновь рассмеялся, — Я ему должен! Всю жизнь я мечтал отомстить, но шансов у меня на это не было, никаких! А этот старик, просто подарил мне шкатулку, сказал, что знает о моей ситуации, и даже предупредил о цене!

— Как выглядел тот старик?

— Да пошёл ты! Я не обяз…

Договорить Татеву я не дал. Кулак хлёстким ударом врезался в его живот, и Игорёк загнулся в приступе боли. Я поднял Татева и заглянул ему в глаза. Лицо князя покраснело, а глаза горели злобой.

— Такие подарки не делают просто так! Тебя просто использовали, и, скорее всего, погибнут ещё невинные. Такие же, как и твои родные, как и твой род, и останутся сиротами ни в чём не виновные дети! Всё из-за тебя лишь потому, что ты, выгораживаешь человека, который раздаёт проклятые…

Я хотел сказать: таким идиотам, как ты, но в последний момент сдержался.

— Плевать! Главное, что моя месть свершилась!

Я ещё раз ударил Татева под дых, теперь заметно сильнее.

— Слушай, ты! — я схватил пацана за грудки, поднял и посмотрел ему прямо в глаза, — Если будет нужно, я спущусь в ад в самом прямом смысле и там у тебя выведаю, всё, что мне нужно.

— До… встречи… в аду… — с явным трудом прохрипел Татев.

Стало понятно, что он вот прямо сейчас не расколется.

Нужно сказать, что к Перовскому дворцу относился обширный парк, где можно было погулять среди деревьев и посмотреть на уникальный каскад из пяти озёр.

И вот со стороны парка донеслось карканье ворон, птицы поднимались с деревьев и разлетались в разные стороны. А затем послышался скрип ломаемых деревьев.

Я повернулся к Игорьку:

— Когда я вернусь, мы с тобой ещё поговорим, и тебе этот разговор определённо не понравиться!

Из ноги выпрыгнул Персик и угрожающе зашипел на задержанного, от неожиданности Татев весь подобрался. Я же начал вливать антар с помощью «связи» в огненного кота. Я и котяра ускорились до четвёртого «скольжения» и помчались в сторону парка. А ещё я не понял, как это действует, то ли ускорение передаётся коту от меня, то ли Персик сам его активирует…

Послышался женский крик, нет, звуки для меня были жутко растянуты и на крик нисколько не походили, но я всё понял. Похлопал кота побоку и Персик прибавил ходу.

На асфальтированной дорожке стояла женщина с пацаном лет двенадцати. Она прижимала ребёнка к бедру и пятилась назад. А гигантский бык вспахивал землю монструозными копытами и крутил рогами перед собой. Глаза твари заволокла белая пелена. Изо рта стекала тягучая слюна. Спина краснела от ударов хлыста незаживающими ранами.