Я Гордый 5 - Тимур Машуков

— Не за пять, а меньше, чем за три, -улыбнулся я и поцеловал ее в носик. — А если бы на вас не отвлекся, то и за минуту управился бы, это если без летального исхода.

— Твое самомнение, братик, может сравниться только с твоей наглостью!!!

— Я тебя тоже люблю, солнце, и очень соскучился.

— Я тоже, гад ты эдакий, — спрятала она лицо у меня на груди, крепко обняв.

— Кстати, да, сынок — удивил. Я видел, как двигались девушки из твоего отряда, но то, что делал ты… Какой у тебя ранг?

— Подтвержденный князь. Но если честно, то думаю, что император. У нас Старшие князья были, так ни одна из них со мной справиться не смогла бы, даже если бы они объединились.

— А твой отряд?

— Подтвержденные воеводы. Все. Но думаю, они князья. Нет, даже уверен в этом. Настоящие, а не дутые.

— Что ты имеешь в виду?

— А то, что только там я понял, насколько большая между нами и вами разница. Там раскрывается истинный дар одаренного. Но так тренировать всех — нет. Думаю, мама может подтвердить мои слова. Вы, кстати, госпожа Пятая, кем в отряде были?

— Силовая поддержка, господин Первый, — приняла игру мама. — Грубо говоря, танком, идущим впереди. А ты?

— Небо. Все и всех вижу. Ну, и плюс диверсант, разведчик и прочее. Особой специализации нет. Я умею все.

— Универсал, значит, — удовлетворённо кивнула она. — Огромная редкость. Старший… — склонила она голову.

— Вы сейчас о чем и что это за странный ритуал? И почему мама вдруг стала Пятой и называет тебя Старшим и Первым⁈

— Твой братик, — улыбнулась мама, — достиг того, чего я не смогла. В школе Велеса, где он был, существует традиция — Первый всегда главный, какого бы выпуска он не был. Этот позывной дается лучшему из лучших. А я была Пятой. И еще, благодаря ему, этот выпуск был самым большим. Скольких вы потеряли?

— Пятерых. И то в первый год. Больше потерь не было.

— Вот, это говорит, что выбор был сделан правильно. Когда я заканчивала, нас оставалось всего семеро из двадцати.

— Это там делают из магов монстров?!! Я, может, тоже хочу туда, чтобы стать сильней!

— Не хочешь, — сразу ответил я. — Чуть позже пообщаешься с моими, и они тебе расскажут, как нам было весело эти два года. Поверь мне, вариантов помереть там гораздо больше, чем выжить.

— Даже у тебя?

— Ага. Пару раз я был на грани жизни и смерти. Один раз, так вообще, почти умер. Там нет помощи — помогай себе сам. Там нет друзей — ты сам по себе, там нет радости и смеха — только холод и тоска. Там нет жизни — только тренировки или смерть.

— Как-то ты страшно рассказываешь.

— Ох, поверь мне, дочка, это он еще преуменьшает.

— И вы в такое место отправили своего сына и нашего брата?!!

— Да, это был серьёзный риск. Зато теперь все мы спокойны за его жизнь. Так было надо, дочка, и я ни о чем не жалею. Зато посмотри теперь, каким он стал!!!

— Да, видела его гарем. Ты с ними спал?!!

— Хочешь верь, хочешь не верь, но за два года я ни с кем не зажигал. Я очень верный и все такое. Сам себе удивляюсь.

— НЕ ВЕРЮ!!!

— Твое право. Не до того там было.

— Лиза, прекрати тиранить Сергея! И да, он не врет, не знаю как, но я это чувствую, — одернула сестру Люба.

— Да знаю я. Просто мне обидно, что он нас вот так бросил…

— Не бросал. И вообще, мы же тогда не разговаривали. Вы, как и я, корчили из себя непонятно что, играя в детские обиды.

— Мы не играли!!! Хотя… Да, в этом ты прав. Глупо все было. Но сейчас же все нормально? — подняла она на меня свои глаза.

— Конечно. Я вернулся и включусь в работу. Столько сделать надо, со стольким разобраться. Особенно с этой вашей войной. Что происходит, отец?

— Дома, сын, обо всем поговорим дома.

— Ладушки. Два года сидел без связи, так что пару часов вполне подожду.

— В смысле, без связи? — недоверчиво переспросила Люба.

— Там, где я был, нет электричества, нет связи, нет привычных вам благ. Можно сказать, средневековье, когда дома отапливают печами, а туалет находится на улице. Нас, кстати, вообще не отапливали. Первое время чуть не помер, помню, когда температура опустилась до минус десяти.

— И как вы не замерзли?!!

— Учились согреваться внутренними ресурсами. Я теперь и голым в снегу могу спать, и в лаве купаться.

— Врешь!!!

— Век вас не видать, — горячо побожился я.

— Кру-у-уть!

— Ты сейчас серьезно? — удивился отец.

— Сергей правду говорит, — ответила за меня мама. — Для нас температура не имеет никакого значения.

В этот момент кортеж сопровождения вместе с нами заехал на дворцовую площадь, после чего, проехав Наумовские ворота, остановился возле главного входа. Выйдя из машины, я глубоко вдохнул уже давно забытый воздух свободы.

В этот момент браслет пиликнул сообщением.

— Разместились. Все отлично. Ждем приказов.

— Отдыхайте, — отстучал я. — До завтра свободны.

Отлично, мой отряд устроили. Завтра наметим дальнейшие действия. Надо еще с бывшей главой ордена Проклятых связаться. Благодаря клятве я чувствовал ее в городе, значит, найти не составит труда. Но это завтра. Сегодня я отдыхаю с семьей. Заслужил.

Так видит нейросеть чиби отряда девушек который придет к вам за награды.

Глава 4

Глава 4

Жилые помещения дворца — как же давно я тут не был! По ощущениям будто целая вечность прошла. Знакомые гвардейки — таращат глаза в узнавании. Красотки же.

— Мамы, вы уже вернулись?!! Ой, и папа тоже. И как все… — и тут она потрясенно замолчала.

На меня смотрела писанная красавица с уже сформировавшейся фигурой. Высокая прическа, родные глаза, алые губки…

— Катя⁈

— Б-б-братик?!! — она, не веря собственным глазам, замерла. — Уа-а-а-а!!! — кинулась она на меня. Нет, мою форму точно придется сегодня выжимать от женских слез. — Ты где