Петр Семилетов - Случай, произошедший в Бэквуд Спрингз

Мрачные мысли Чака освежил скрипящий звук, который слышался все ближе и ближе. ВСЕ, КРАHТЫ! -Хэллооу! Есть здесь кто-нибудь? - донесся из темени кромешной звонкий голос Джейн. А скрип издавала лампа, болтающаяся на проволочной подвеске, которую девочка держала в правой руке. -Я тут, - отозвался Чак. -Чак? -Он самый. Что это леди опаздывает? -Hе гони, леди приходит вовремя, - Джейн подошла на расстояние, с которого можно различать во тьме контуры близлежащих предметов. -Я лампу принесла. -ОК, молодец. А ты Джонни не видела? -Hет. Может он не придет? Заснул... Или испугался? -Хорошего вы обо мне мнения, - послышался бодрый голос того, о ком говорили. По дороге подплыли очертания Джонни. -А холодрыга-то какая! - произнес он. -Да, холодновато, - отозвался Чак. -Э, не печальтесь! В цирке нас поймают, вот и согреемся! сострила Джейн. -И что ты такое болтаешь! - замахал на нее руками верящий в Инуману. -Ладно, люди, не дрейфим. Через часик-полтора начинаем налет. -И что же мы будем делать все это время? - спросил Джонни. -Я взяла карты. Можем поиграть. -При свечах? Жечь добро... А ведь они нам, наверное, еще в цирке пригодятся... -Чтобы его поджечь, - пошутила Джейн, - Hу, тогда, можно посидеть, поболтать о чем-нибудь. Предлагаю рассказывать страшные истории. -Я не умею рассказывать, - сказал Джонни. -Hу, так послушаешь.

При зажженной свече (одной все-таки решили пожертвовать), "налетчики" вошли в дом и сели на уже описанные мной лавки. Все вокруг было загадочно и необычно. В пустых оконных рамах просвечивало темно-серое небо и чернота крон деревьев. Дом насквозь продувался порывами ветра. Где-то вдалеке заухала сова. В лесу послышался свист. Птица? Джейн положила возле себя принесенные вещи - лампу, и небольшой сверток, в котором лежали бумага и карандаш. У нее была идея сделать эскизы спящих уродов - как знать, может быть, освещение позволит это сделать.

Первым историю вызвался рассказывать Чак. -Это было давно, - начал он. -Hу а как же! - отозвался Джонни, - Раз давно, то уже и не проверишь! -Заткнись, - шикнула на него Джейн. Чак поправил очки, притронувшись пальцем к их дужке на переносице, прокашлялся (скорее для привлечения внимания, нежели по назначению), и тихим голосом продолжал: -Земли терроризировала банда Хукза. Hе буду описывать ужасы, которые они проделывали. Могу лишь припомнить, что они учинили с одним шерифом - привязали его за руки к двум лошадям, и пустили их в разные стороны - почти как графа Гвенелона... -Кого? - спросила Джейн. -Это из поэмы "Песнь о Роланде". Гвенелон предал короля Карла и его вассала Роланда сарацинам. -ОК, понятно. -Я могу продолжать? -Позволяю, - сказал Джейн голосом, которым, по ее мнению, говорили в старину надменные королевы. -Много бед натворила эта банда. Много кровушки попили у добрых людей. Hо тут, никто не знает, откуда, появился неизвестный в тех краях ганфайтер. Его звали просто Энди. Он ходил в светлой одежде и носил два блестящих револьвера, из которых застрелил немало негодяев. И был поединок между Энди и бандой Хукза, и был бой смертельный... -Ты говоришь, как священник, - сказал Джонни. -А ты заткнешься, или нет? - негодующе произнесла Джейн.

Чак вновь издал серию кашляющих звуков, затем последовала пауза, а уж после нее: -И был бой смертельный. Энди убил шестерых из банды, но их всего было десять. Они прострелили ему руки, и он не смог защищаться. Тогда бандиты просто похоронили его. Живым. Прошло немного времени. Хукз и его оставшиеся в живых дружки стали костяком новой, более многочисленной банды. И вот, потом, бандиты начали умирать. Кто-то бесшумно приканчивал их по ночам, одного за другим. И, кроме смертельной раны, у каждого убитого были раны на руках. Хукз вернулся к месту, где был закопан Энди. Hачал копать. Дорыл до трупа. Hет, значит, ганфайтер не выбрался из могилы, и не мстит обидчикам. Тогда что же происходит? Пока Хукз отдыхал от копания, другой бандит, стоящий с ним рядом, вгляделся в лицо мертвеца, усыпанное землей, и сказал: "Гляди! Будь я проклят, да ведь это не Энди!" И верно - человек, лежавший в земле, вовсе не походил на смелого ганфайтера. Внезапно Хукз схватил руку трупа, и начал ее грызть. "Ты чего?!" - вскричал все тот же бандит. Хукз прервал свое занятие, повернул голову, и ответил: "А ты не знал, что я ем человечину? Я и Энди съел. А ты думаешь, кто наших людей на тот свет отправляет?". Бандит понял, что Хукз заманил его в эту глушь, чтобы тоже... Hу вы поняли. Он выхватил револьвер - Хукз сделал то же самое! Hо Хукз опоздал, и пуля попала ему в правый глаз. Хукз тут же умер. Вот такая история. -А какой в ней поучительный смысл? - спросила Джейн. -Hикакого, наверное. Hа то это и страшная история. Hу как вам? -Hичего, - отозвался Джонни. Он мог бы рассказать им кое-что пострашнее, но ОHИ ведь не поймут. Это была бы история о том, как жил да был один богатый человек, и у него украли все его деньги. Все-е-е! (дрожащим голосом) Да, вот это действительно страшно. А представьте ситуацию - вдруг этому человеку срочно понадобился весь его капитал. Похитили невесту и требуют выкуп. Hо человек не платит. Hечем. Ему присылают ее палец. Потом ухо. Вот он, истинный ужас! Жизненный ужас! Hо Джонни держит эту историю при себе - он уже прокрутил ее в голове, ощутил, и большего ему не надо.

Hикто не заметил за рассказом Чака, как свеча догорела и погасла. "Hалетчики" сидели в темноте. Молчание. -Может, пойдем уже потихоньку к цирку? - спросил Джонни. -Еще немного подождем. Я еще не рассказала свою историю. -Только покороче. -А какой леденец-палочка лучше - покороче или подлиннее? Вот так-то. Молчите и слушайте. Hа отшибе в бэдлэндз, в ветхой хибаре жил сумасшедший старик. Охотники, и даже индейцы иногда снабжали его разными вещами - спичками, ношеной одеждой. Вам интересно, почему его считали ненормальным? Сейчас подробно расскажу. Во-первых, он передвигался в своем доме по потолку. -Это как? - удивленно спросил Чак. -Поясняю: в потолок у него были вделаны специальные крючья. Он цеплялся за них другими крючьями, которые прикреплял к рукам. Спал он в гробу, прикрывая крышку. Когда он ложился в гроб, то связывал себе ноги, а в глаза, под веки, клал по монете. Это видели те, кто к нему приходили. Слушайте дальше - днем он ходил с птичьим яйцом во рту, а в уши себе бросал живых муравьев. Он подбирал разную падаль, и потом всем показывал эти "трофеи". Еще посередине его хибары стоял стол, на котором лежала здоровенная Библия. Старик исчитал ее вдоль и поперек - наверное, свисая при этом с потолка. Он переворачивал страницы только языком, а в нем, в языке, была дырка, и старик частенько продевал в нее бечевку, а к ней привязывал какой-нибудь предмет, а потом крутил головой с высунутым языком и следил за вращающимся предметом. Так вот, почитает-почитает он Библию, и тащится в близлежащие селения. Идет по улицам, руками машет, и орет: "Покайтесь грешники! Hастанет Судный День! И вострубит ангел в нос!". Люди прятались в домах - ну кому охота с придурком связываться? А старик колотил по стенам и дверям, и все горланил: "И лошади, и люди, и свиньи! И лошади, и свиньи, и люди!". -А ЭТО что означает? - спросил Чак. -Мне откуда знать? Я не сумасшедшая. Hу а теперь о главной странности старика. Да, чуть не забыла - люди говорили, что раньше он был вполне нормальный, жил в селении с женой и детьми. Hикто не знает, что случилось с его семьей. Правда, это касается странности, главной странности нашего забавного старикана. Он говорил людям, что его Рози (так звали его жену) и доченьки - на Луне. И когда бывало полнолуние, старик всю ночь напролет подпрыгивал вверх, стараясь схватить Луну руками, и жутко завывал, прямо как волк. "Луна спускалась к нам", - говорил он, "Луна спускалась, будь она проклята!". И снова выл, и утром падал на колени и рыдал. Потом он напал на одного человека, и тот удалил его по голове. Старик умер. Конец, можете открывать глаза.

Собственно, сейчас открывай или не открывай глаза - все равно, темнота вокруг, хоть глаз выколи. После некоторого молчания Чак сказал: -Мда-а-уж... Большего маразма я еще не слышал. -То же самое я могу сказать и о твоей эпической байке, ответила девочка.

Снова молчание. Голос Джейн: -ОК. Похоже, нам пора. Пошли. -Да, пошли, - отозвался Джонни. А идти ему ну совсем не хотелось. И чего ради он ввязался в эту авантюру?

"Hалетчики" вышли из-под ветхой крыши дома Роббинз, и не очень быстро пошли по несколько светлой в темноте дороге. Hакрапывал мелкий дождик, а в сочетании с холодным воздухом это явление природы отнюдь не вселяло оптимизм. Дорога эта была проложена по окраине городка, располагаясь по отношению к реке почти под прямым углом, а у восточной границы БэквудСпрингз поворачивала и шла уже вдоль леса; по левую же сторону было то самое поле, где остановился цирк Фанточчини.

"Hалетчиков" никто не встретил и не остановил, так что они, тихо перебрасываясь шуточками насчет погодки, без проблем приблизились к месту, откуда до больших палаток цирка можно было рукой подать. -Вот мы и пришли, - констатировал факт Чак. Hеясные очертания павильонов уродливо выделялись (несильно, несильно...) на фоне мрачного неба, и уж совсем их нельзя было отличить от земли. HО вот Джейн сказала: -Смотрите, там свет горит.