Sleepy Xoma - Путь тьмы

   Кольценосец вздохнул и приказал себе собраться. В конце концов, желчный некромант прав - на войне всегда достается слабым, а раз так, нужно спрятать свое человеколюбие поглубже и заниматься делом. Как будто невинные марейнийские женщины и дети не гибли от рук его солдат. И все равно у Китариона было мерзко на душе.

   Они подошли к храму, возле которого стояло несколько охранников, исполняющих еще один приказ властелина - не пускать солдатню в захваченные церкви.

   - Мы в храм, откройте двери, - распорядился Китарион, пропуская своего спутника вперед. До этого он никогда не заходил в церкви главного бога Исиринатии, потеснившего с пьедестала Брата.

   Внутри было светло и просторно и, можно даже сказать, красиво, если бы не многочисленные пятна крови на полу и стенах. Кто бы ни прятался тут, спастись ему не удалось.

   - Они пытались найти защиту, а обрели лишь проклятье, - бесстрастно произнес некромант, направившись к алтарю. - А потом ушли прочь, нести его в окрестности. Владыка восхищает меня все больше и больше, его безжалостность достойна славных предков. Он не жалеет ни себя ни других, даже если они подданные Черного Трона.

   - Бывшие подданные, которые уже не один десяток лет платят дань котам, - поправил его Китарион, замерев на месте, и вертя головой по сторонам, разглядывая настенные фрески. - И твой учитель все равно пугает меня больше. Чтобы ты не говорил, я уверен, что это именно он надоумил владыку применить столь отвратительное заклинание.

   - Когда учитель вернулся, Властелин вынашивал свой план мести уже не первый год, - надменно, тоном человека, допущенного до страшной тайны, ответил Кштиритион.

   - Он не мог его вынашивать - некромантов не осталось.

   - И все-таки, все-таки. Я верю учителю, когда тот рассказывал мне про то, что идея применить Безымянное заклинание забралась в голову Властелина задолго до его пробуждения. Учитель лишь облек ее в плоть при помощи своих знаний. - Некромант поднял с алтаря золотой диск с выгравированным на ним ликом Отца и обратился к нему. - Ты плохо защищал своих прихожан. Впрочем, Мать была не лучше. Вам ведь нет дела до нас, жалких букашек. Не так ли? - Он кинул диск Китариону и тот поймал его на лету. - Прихвати, лишнее золото нам не помешает. А что касается Владыки, то знай: верховный чародей Гартиан стал лишь инструментом, как и мы все. Наш повелитель - мастер шемтиса, он играет одинаково хорошо как костяными, так и живыми фигурами.

   - Владыка стремиться возродить Империю!

   - Скорее уж насытить свою ненависть, - хохотнул Кштиритион. - Но мне это нравится. Твоя главная проблема, Китарион, в том, что ты выстроил в своей голове фантомный образ повелителя, который теперь начал вступать в схватку с суровой реальностью, неизменно проигрывая в ней. Я же изначально видел его таким, какой он есть. Ну, по крайней мере, ту его часть, которую он пожелал показать некромантам.

   - Ты видишь только то, что хочешь, - огрызнулся кольценосец.

   - Как и ты. Я про это и говорю: Властелин прекрасно умеет управлять живыми. С мертвыми у него получается, правда, похуже, но кто из нас не без недостатков?

   Китарион снова начал злиться.

   - Я не позволю тебе порочить имя повелителя своими грязными домыслами!

   - Побойся матери, - рассмеялся некромант. - Я уже раз пять сказал тебе, что восхищаюсь им. Плевать, что как маг я сильнее на голову, таких мозгов у меня не будет никогда, у тебя, кстати тоже. Вот главное оружие и достоинство нашего господина: мозги, помноженные на ненависть, лютую ненависть, которая заставляет его идти до конца, невзирая ни на что!

   С этими словами он вышел прочь из храма, оставив кольценосца обдумывать свои слова в гордом одиночестве.

***

Двадцать четвертый день второго месяца весны 36-го года со дня окончания Последней войны.

   Четыре дня весьма спокойного путешествия по императорскому тракту и удивительно безлюдным землям Стоградья привели армию к окрестностям Найрата, и вот тут-то и стало понятно, куда подевались все жители области - они собрались вокруг могучих стен.

   Уже на подходе разведчики-некроманты передали сообщение об огромном количестве мертвецов, а спустя час их сведения подтвердили и конные разъезды.

   Китарион решил, что лучше не рисковать, поэтому армия отошла назад и спешно принялась возводить хорошо укрепленный лагерь. Когда частокол был готов, а солдаты с энтузиазмом откапывали перед ним ров, Китарион вместе со своими командирами, а также Кштиритионом и Инуче собрались для выработки какого-нибудь плана.

   С идеями оказалось не то, чтобы очень хорошо. Город был занят живыми по крайней мере частично - это сообщили дозорные, вот только протащить сквозь ворота тридцать с лишним тысяч людей и гоблинов на глазах у орды неупокоенных можно было, разве что, заставив армию взлететь. Более того, такая армада неизбежно должна была рассосаться тонкими ручейками по улицам города, неизбежно вступая в бои с местным мертвецами, и, вероятно, живыми.

   Идей ни у кого не было. Сперва высказался капитан гвардии, за ним предложения внесли несколько его лейтенантов, потом Кштиритион, но все идеи отвергались едва ли не с ходу по причине полной своей несостоятелности. И вот, когда утомленные люди готовы были уже разойтись, чтобы немного передохнуть и поужинать, Китарион заметил, что шаман сидит с глумливой улыбочкой, внимательно слушая выступающих

   - Уважаемый Инуче, - произнес он, - быть может, у тебя найдется какая-нибудь идея?

   - Почему нет, - тотчас же откликнулся гоблин. - У старого Инуче всегда много, очень много разных мыслей. Например, ничтожный шаман может призвать нескольких големов, совсем-совсем немного. Но они, эти мертвые, мертвые создания, будут драться с мертвыми, мертвыми людьми, да, да. И они задержат их, пока небольшой отборный отряд не окажется за воротами.

   - За воротами? - переспросил Китарион. - Ах да, они же проломлены.

   - Истину говоришь, о могучий. Живые не опасны для твоей победоносной армии, да, да. А мертвых можно убить, да, да.

   - И после этого небольшими группами, поддерживая со стен, перевести всю армию, - обрадовано догадался капитан. - Хорошая идея. Сколько именно големов ты можешь сделать?

   - Немного, - сокрушенно вздохнул шаман - Старый Инуче и в подметки не годится своему учителю. Вот тот был великим шаманом, да, да, а Инуче жалок.

   - Так сколько?

   - Всего лишь семь дюжин, - горестно вздохнул тот, а Кштиритион закашлялся, растеряв всю свою спесь и ошеломленно уставился на шамана.

   - А если согнать учеников в круг? - задал он вопрос.

   - Нет, нет, круг нельзя, - замахал руками шаман. - Только слабый Инуче.

   Некромант хмыкнул, но возражать не стал.

   - Ладно, капитан, полагаю, у нас есть нормальный план.

   - Да, - согласился Китарион, - и нам самое время начинать готовиться.

   Спустя какой-то час почти две тысячи всадников - все рыцари смерти вперемешку с посаженными на обозных коней солдатами и почти половиной чародеев - скакали навстречу Найрату, и уже очень скоро капитан сумел увидеть то, о чем с ужасом в голосе докладывали разведчики.

   Все пространство вокруг города, насколько хватало глаз, было черно от мертвых, толпившихся, будто сельди в бочке. В самом городе что-то горело - жирные столбы дыма возносились в небеса.

   - Сколько же их тут... - прошептал Китарион.

   - Пятьдесят-шестьдесят тысяч, - ответил ему Кштиритион. - Плюс-минус десять тысяч, а что?

   - Тяжело нам придется

   - Да, легко не будет.

   - Мне только непонятно: неужели в столь крупном городе не нашлось десятка магов огня, чтобы сжечь всех этих неупокоенных? У них ведь нет собственных чародеев.

   - Это не так просто, как тебе кажется. Мертвые не так хорошо горят, как хотелось бы некоторым. Чтобы спалить такую ораву, понадобилось бы составить круг из доброй половины магов всей Исиринатии.

   - Ясно.

   Некромант ухмыльнулся и продолжил:

   - К тому же, я так понимаю, что положение горожан уже практически безвыходное. Не исключаю, что все их чародеи мертвы, либо истощены до предела, поэтому мертвые и сумели прорваться через ворота. В любом случае, это не меняет наших планов.

   Тут он был прав, и кольценосец вновь согласился. Властелин повелел занять этот город, и Китарион выполнит его приказ, а раз так, значит, армии придется идти вперед.

   Их заметили - от общей массы нежити начали отделяться фигурки, двинувшиеся навстречу отряду.

   - Они живых чуют, что ли? - с досадой проворчал Китарион. - Инуче, ты готов?

   - Готов, о достойнейших из достойных, - подал голос гоблин, ехавший рядом на пони. - Слабый и ничтожный Инуче поможет тебе и твоим доблестным солдатам своими слабыми и жалкими чарами, о достойный.

   - Хорошо. - Произнес Китарион. - Кштиритион, тормозим.

   Китарион, глядя на приближающихся со всех сторон мертвецов, машинально поправил перевязь с мечом. Интересно, как же будут выглядеть чары в исполнении этого ушастого недомерка?