Эромант. Система Соблазнения - Сергей Николаевич Чехин

не использовала ульту раньше — до того, как мы спалили плантацию и убили всех приспешников? Когда спросил об этом Лиайн, та ответила:

— Потому что эта ведьма где-то добыла благословление Феникса. Тот, кто в огне погиб — огнем возродится.

Так вот откуда треск шел. То не искра летела по гейзеру, а треснувшее яйцо… И Генри не просто возродилась, но и приобрела куда более устрашающую и сильную форму. Покемон, блин, недоделанный.

— Пламя дало ей силы, — прошипела королева.

— А у тебя есть такое умение? Желательно, из стихии Воды. Можешь превратиться в водяного русалку или наяду и потушить эту тварь?

— Это так не работает, — королева вскинула посох.

— Значит, придется по старинке, — я упал на колено и щелкнул затвором.

— Смерть нелюдям! — гулким рыком раздалось над руинами, и с неба обрушился настоящий град из огненных шариков.

Сферы чуть больше грецкого ореха летели быстрее шрапнели и взрывались, как гранаты, разбрасывая сотни брызг раскаленного железа.

Эльфийка накрыла большую часть отряда непроницаемым зонтом из сгущенного воздуха, но те, кто стояли по краям, получили серьезные ранения — капли расплава твердели в полете и прошивали конечности насквозь.

— Талиан! — крикнула королева няньке, и та склонилась над первым пострадавшим с окутанными золотом ладонями.

Повстанцы меж тем не спешили отвечать полковнику стрельбой — как оказалось, щит работал в обе стороны, и пальба по нему не только никак не навредила бы цели, но еще и ослабила бы защиту. Впрочем, стрелять еще было рано — Генриетта не закончила натиск.

Она «подпрыгнула» метра на три ввысь, сложила крылья и камнем рухнула прямо на нас. За секунды до падения резко расправила и прошла над нами на сверхмалой высоте, точно экраноплан, попутно исторгнув из пасти и ладоней три струи напалма.

В этот раз пострадали еще больше. В основном ожоги получили крайние бойцы, но от могучей атаки заслон истончился так, что прорвался в трех местах.

Хлынувшее в прорехи пламя попало на головы двум эльфам и эльфийке, и я никогда не забуду, как их прекрасные лица превращались в черную сажу с бельмами зубов и запекшихся глаз.

Я успел обхватить шею Анри, прижать к траве и накрыть собой, но если дело так пойдет и дальше, после пары заходов нас сожгут, как тополиный пух.

Затем разбежался и прыгнул к краю щита, невзирая на боль в ушибленном брюхе, и занял позицию лежа. Прицелился и вогнал пулю прямо в спину удаляющейся бестии.

Картер в гневе развернулась, будто ей не маслину всадили, а украдкой шлепнули по горбу, и я выстрелил снова. На этот раз женщина даже не вздрогнула, хотя пуля попала ей точно в грудь. Не сильно изменили положение и эльфы, что залегли рядом со мной и принялись бить из всех стволов.

Генриетта дергалась, как в припадочном танце, но даже не сходила с места. И изрешеченные крылья все так же спокойно держали ее в воздухе. Яростно захохотав, полковник скатала меж ладоней шар размером с ядро и хлопнула по нему, как по волейбольному мячу.

Шар метнулся быстрее ядра и взорвался, как начиненная бомба, прямо перед нами. Вздувшееся земляное цунами едва не похоронило первый ряд, но вмешалась Лиайн. Ведьма вышла вперед и нацелила на бестию посох, над которым подобно большому парковому зонту колыхался изодранный да истрепанный щит.

— Отходите за стены! — рявкнула королева, обливаясь потом и едва стоя на ногах.

— Но как же… — начал один из соратников.

— Живо! У нас мало времени.

Мятежники вскочили и попятились к воротам, бесцельно тратя патроны на отходе. Картер же снова набрала высоту и сорвалась в пике, чтобы в нижней точке пустить в соперницу огненную волну.

Королева выстояла, но немалой ценой — часть ее одежды обратилась в пепел, а уцелели лишь резные украшения, тесемки и прочие амулеты, явно зачарованные на защиту от магии.

Долго ли они продержатся? Вряд ли. Если не найти решения здесь и сейчас, мы потеряем единственную защиту, а затем нас всех медленно прожарят до хрустящей корочки. Почему эту тварь не берут пули? В чем ее уязвимость?

Мы едва успели спрятаться за стенами, когда полковник с безумным хохотом начала массированную канонаду. Грохот и взрывы стояли такие, точно нас обстреливали с корабля — снаряды сотрясали кладку, перепахивали руины, сыпали нам на головы куски амбразур.

Лиайн каким-то чудом удавалось поддерживать щит, и все обломки скатывались с него, как с карниза, но каждая секунда барьера обходилась ведьме предельно дорого.

Из носа, глаз и ушей потекли темные струйки, а стояла прямо она лишь потому, что привалилась спиной к стене и уперлась в грунт пятками.

Но дышала при том так, словно пульс скакнул под двести, и я всерьез забеспокоился, что лопнет быстрее — заслон или сердце.

— Как победить эту тварь? — подбежал к королеве, несмотря на грозные взоры ее соратников. — Что с ней делать?

— Я не знаю, — на бледном лике чародейки проступил смертный страх. — Я даже не думала, что она столь сильна. Благословление Феникса — одно из сильнейших заклинания Стихи Огня. Не представляю, где вожак людей сумела его раздобыть.

— Соберись, — прорычал на ухо. — Отступать некуда, а сдаваться — нельзя. Этот остров — твоя родина. Второго такого уже не будет. А значит, надо сражаться до конца. Думай, а я попробую отвлечь эту мразь.

— Погоди, — она схватила меня за руку. — У каждой стихии есть свой извечный противник. Свет — Тьма. Огонь — Вода. Воздух — Земля.

Земля — воздух, чуть не съязвил в ответ.

— Но чем сильнее стихия, тем сильнее должен быть и ответ. Но я не владею водяной волшбой на таком уровне. Я только дождь вызывать могу — и то слабенький, и то раз через раз.

Я нахмурился.

— А если против выставить стихию, которой нет в общем списке? Что тогда?

— Ничего,