Невинный обман - Хейер Джорджетт

Судя по тому, как священник надул губы, можно было понять, что он не в восторге от речи своего кузена.

– Я склонен считать, что Китти слишком благоразумная девушка, чтобы пускаться в разные расточительные безумства, – заметил он. – Я не пуританин, и мне вполне понятно ее желание избавиться от запретов, которые налагает на нее ипохондрический склад ума нашего двоюродного дедушки…

– Мне бы так хотелось пуститься в разные расточительные безумства, – задумчиво произнесла Китти.

– Позвольте не согласиться с вами, дорогая Китти. Я знаю вас лучше, пожалуй, чем вы сами, – с твердыми нотками в голосе произнес священник. – Вам просто-напросто хочется повидать мир за стенами этого дома. Полагаю, вы захотите посетить столицу. Ничего плохого в этом нет. Вы научитесь ценить все то, чем живут люди высшего света, что составляет основу нашей культуры. Это вполне простительно. Но рискну предположить, что очень скоро вы пресытитесь светскими удовольствиями и поймете всю их тщетность. Однако не думайте, что если решитесь принять мое предложение и выйти за меня замуж, то ничего отрадного в вашей жизни не будет. Я отнюдь не против тех милых радостей, которые может дать вам жизнь в церковном приходе. Я не враг развлечений и люблю танцы, если эти танцы не противоречат благопристойности. Мне нравится посещать театральные представления. От этого я получаю немалое удовольствие. Азартные игры терпеть не могу, но не склонен к фанатизму и временами не против перекинуться в вист. Я обожаю танцевать кадриль и быть гостем на невинных семейных торжествах.

– Хью! – прервала поток его излияний Китти. – Скажите, это Джордж побудил вас сделать мне предложение?

– Слово чести, не он!

– Но вы ведь не хотите, чтобы я стала вашей женой. Вы ведь не любите меня, – дрогнувшим голосом произнесла девушка. На ее глазах блеснули слезы.

– Мое расположение к вам очень искреннее, – ровным тоном ответил священник. – После того как я получил приход неподалеку отсюда, у меня появилась возможность часто посещать этот дом. За это время я смог гораздо лучше узнать вас. Чистосердечно признаюсь, что к моему расположению добавилось искреннее уважение к вам. У меня есть все основания считать, что вы обладаете всеми чертами характера, необходимыми для того, чтобы в будущем из вас получилась идеальная жена священника.

– Это я-то?! – изумившись, воскликнула Китти. – Вы часто меня вычитывали за легкомыслие и постоянно сердились из-за того, что я говорю так, как не подобает благовоспитанной леди. А еще вы нередко гневались на меня из-за несдержанности и заявляли, что я должна быть благодарна уготованной мне участи. А теперь вот получается…

Взяв девушку за руку, преподобный Хью улыбнулся.

– Я не вижу в вашем характере ни малейшего серьезного недостатка, – сказал он. – Вы очень юны, поэтому я обязан руководить вашими поступками, но при этом вы всегда внушали мне самые добрые чувства.

– Если не Джордж, то наверняка мой опекун склонил вас сделать мне предложение, – отдернув руку, произнесла девушка.

– В какой-то мере, пожалуй, да, – подтвердил ее слова пастор. – Вам сложно будет понять мои мотивы…

– Нет… уверяю вас…

– Вы должны знать, Китти, и понять, как это ни больно вам, что Джордж говорит чистую правду, – уверенно заявил священник. – Вы полностью зависите от своего опекуна. Если он умрет, а вы останетесь незамужней и не будете помолвлены с одним из его племянников, ваше положение окажется незавидным. Я не хочу задевать за живое ваши чувства, но обязан быть предельно откровенным с вами. В этом мире сиротам и бесприданницам не стоит рассчитывать на то, что они смогут найти себе достойного мужа. Что вы будете делать, если останетесь одна? Джордж уже упоминал о незавидном положении мисс Фишгард, но в детали он не вдавался… Мисс Фишгард – замечательная женщина, однако ее нельзя назвать хорошей гувернанткой. Она не сможет найти работу в богатых домах. Ее знания весьма поверхностны. На фортепьяно мисс Фишгард играет тоже не безукоризненно. В рисовании акварелью она не преуспела. Ее знания французского оставляют желать лучшего, а итальянского она вообще не знает.

Китти отвернулась и, покраснев, спросила:

– Вы хотите сказать, что я не получила достойного образования?

– Поскольку ваш опекун не нанял вам хороших учителей, то этого и следовало ожидать, – спокойным тоном сказал преподобный Хью. – Вы помните, милая Китти, как часто я советовал вам продолжать свое самообразование после того, как ваш опекун решил, что вы и так уже достаточны образованны?

– Да, – без особого энтузиазма ответила Китти.

– Мне доставит большое удовольствие помочь вам закончить ваше просвещение. Мы вместе будем много читать вслух. Думаю, из меня выйдет неплохой наставник. Уверен, привить хороший вкус и углубить знания такой прилежной ученицы, как вы, дорогая кузина, вполне в моих силах.

Лорд Биденден, слушавший речь своего двоюродного брата со все нарастающим негодованием, вдруг взорвался.

– Полноте, Хью! – рявкнул он. – Милейшее предложение руки и сердце. Любая молодая девушка будет от такого невероятно счастлива… Ладно… Любая девушка откажет тебе раз и навсегда.

– Китти меня понимает, – несколько самоуверенно заявил священник.

– Джордж совершенно прав, – сказала Китти. – Я не хочу становиться образованной дамой, Хью, и, боюсь, я не та девушка, которая может стать вам хорошей женой. Сейчас мне на ум пришло, что у меня остался еще один способ заработать себе на хлеб. Мне надо найти место экономки… Я не нуждаюсь ни в чьих советах. С шестнадцати лет веду домашнее хозяйство, ведь подобного рода заботы претили природным склонностям мисс Фишгард. Думаю, из меня получится очень неплохая экономка, так как я с детства обучена экономить на всем.

– Перестаньте нести чушь! – выйдя из себя, повысил голос лорд Биденден.

Священник нервно взмахнул рукой.

– Если ваша молодость, Китти, еще примирит вас со столь незавидным социальным положением, то полученное вами воспитание и высокое происхождение, без сомнения, станут препятствием к этому, – сказал он. – Пройдет совсем немного времени, и вы сочтете себя незаслуженно обделенной жизнью.

– Не исключено, – откровенно призналась Китти, – но я не найду счастья и в браке с любым из вас, Хью.

– Что я говорил! – воскликнул лорд Биденден.

– Мне жаль, – хмуро, но мягко произнес Хью. – Я был бы счастлив, если бы вы приняли мое предложение.

– Очень любезно с вашей стороны, однако, ежели вы говорите чистую правду, я никак не могу понять, почему до сегодняшнего вечера вы ничем не проявили своих чувств.

Хью покраснел, но не отвел взгляда от глаз девушки и после секундного колебания произнес:

– Я часто об этом думал, Китти. Я не из тех, кто склонен влюбляться и терять голову как желторотый юнец, но уже долгое время испытываю по отношению к вам глубокую привязанность и расположение. Вы еще очень молоды. Вам пока не исполнилось и двадцати лет. Я думал, время для серьезного разговора еще не пришло. Иногда меня посещали подозрения, что вы неравнодушны к другому представителю нашей семьи, поэтому я оттягивал минуту объяснений. Когда я ехал в Арнсайд-хаус, то надеялся застать здесь всех кузенов, но, прибыв сюда, обнаружил одного только лорда Долфинтона. При данных обстоятельствах я без колебаний решил объясниться с вами начистоту. Смею вас заверить, что в приходе Гарстфилда вы будете жить вольготно, пользуясь почетом и уважением.

– И вы сделали предложение не из-за желания получить доступ к богатствам моего опекуна, а по наитию рыцарских чувств к несчастной бесприданнице, на которую никто не позарился, – на одном дыхании произнесла Китти. – В таком случае я выйду замуж за лорда Долфинтона.

От неожиданности лорд, который в это время рассеянно посасывал рукоятку ножа для резки бумаги, вздрогнул. Нервно дрожащие пальцы разжались, и нож с лязгом упал на пол.

– Э-э-э… Но вы ведь уже отказали мне… – пробормотал он. – Я помню… Вы меня еще утешали, говорили, чтобы не волновался…