Секретный проект «Петля Мёбиуса» - Александр Зубенко

- Что дальше?

- Ко мне пойдём. Картошки пожарим, коньяк допьём, потом поспим и утром в путь. Фотоаппарат я взял. У меня, кстати, грибы засушенные есть, которые мы якобы собирали.

Оба приятеля, старший и младший, затушили окурки и отправились в посёлок, до которого было едва больше километра.

…А уже наутро оба приятеля выкатили дрезину, и по очереди качая гидравлическим насосом, добрались по рельсам к восьмому километру, где, по словам Егоровича, неизвестные баловники перевели стрелку семафора, открыв при этом въезд в тупиковую ветвь железнодорожного полотна, ведущего к заброшенному комбинату. Рельсы выглядели ржавыми и старыми, поэтому это и было загадкой для обоих друзей.

- По ним и пойдём, - сказал Егорович, внимательно вглядываясь в свои вчерашние следы. - Похоже, после меня здесь никого не было, так что бери рюкзак с фотоаппаратом и иди за мной шаг в шаг, не оставляя за собой лишних улик. Готов?

Валька кивнул, доставая из дрезины рюкзак с фотоаппаратом, бутербродами и термосом, при этом, не забыв упомянуть о возможных непрошеных гостях, которые могут повстречаться на пути их следования.

- Потому и прятаться будем, - согласился Егорович.

Последние минут пять они преодолели почти ползком, продираясь сквозь колючие кусты и ветки малинника. Кругом было тихо. Как и предполагал Егорович, выглянув из-за насыпи оврага, на месте вчерашней разгрузки никого и ничего не было. Никакого намёка, что вчера здесь стоял состав и производились какие-то разгрузочные работы: ни солдат, ни оцепления, ни самого локомотива. Глина, камни, ветки, мусор. Разбитые кирпичи и обвалившиеся стены. Ни нового полотна рельс, ни выложенных шпал для их прокладки, ни протекторов шин от грузовиков, ни следов отъезжающего грузового транспорта…

Ни-че-го.

Пусто! Ни души.

Егоровичу даже стало неудобно перед Валькой: как теперь доказать ему всё, что он видел вчера?

Впрочем, доказывать ничего не пришлось, Валька сам задумчиво прокомментировал, оглядывая место разгрузки в бинокль, висевший у него на шее:

- Очевидно, эти ребята хорошо постарались, заметая свои следы: даже рельсы убрали и укатали грунт катком, будто так и было. Ты точно видел проложенную магистраль?

- Точно. Мало того, я слышал все звуки, сопутствующие разгрузке: скрип лебёдок, перекатывание контейнеров, укладку ящиков в грузовики. Так что выкинь свои сомнения из головы, это были не галлюцинации.

- То-то и оно, - с сомнением покачал головой младший товарищ. – Странно всё это.

Егорович перехватил подаваемый ему бинокль и в свою очередь навёл окуляры на обвалившуюся стену одного из цехов комбината. Поведя из стороны в сторону, он задержал взгляд на каком-то предмете и едва не присвистнул:

- А вот этого вчера не было…

То, что он увидел, заставило его на миг задуматься. Валька с нетерпением выхватил бинокль и уставился в ту же сторону, наводя резкость на…

- Ох! – вырвалось у него.

- Что? Тоже видишь, что и я?

- Д-да, - запнулся он, вытаращив глаза. – Там… ч-человек.

- Вижу. Мёртвый.

- И… Ч-ЧТО?

- Не знаю. Перестань заикаться, пойдём лучше посмотрим, а может и сфотографируем.

Валька едва не свалился в овраг от испуга:

- Ты хочешь идти ТУДА?

- Но мы же за этим и пришли сюда, чтобы сфотографировать всё, что увидим, верно? Или ты уже передумал?

- Но не мертвеца же снимать, побойся бога! – прошипел Валька. – Локомотив, ещё куда ни шло. Но покойника?! Здесь же настоящим убийством попахивает!

- Всё равно нельзя его просто так оставлять. Давай рискнём, хотя бы глянем, кто он такой. Может такой же любопытный, как и мы с тобой – вот от него и избавились, как от свидетеля.

- Тем более не пойду, - решительно буркнул Валька, отодвигаясь подальше в кусты. – Не хватало, чтобы и меня за компанию с ним прикончили. Иди сам, я тебя здесь подожду.

- Ну, нет уж… - потянул его за воротник Егорович. – Вместе приехали, вместе и уедем. В конце концов, ты меня втянул в эту историю, ты и вытягивай. Пойдём.

Делать было нечего, аргумент был налицо, и Вальке пришлось подчиниться.

Соблюдая тишину и осторожность, они начали спускаться с насыпи. Глина была сухая и под ботинками потекли струйки мелкого песка вперемежку с гравием. До разрушенной стены предстояло пройти метров двести, и эти двести метров были как на ладони – ни кустика, ни деревца, ни холмика: только кирпичная крошка и кучи мусора, оставшиеся после развала производства.

Перебежав двести метров пустой территории, Валька с Егоровичем, запыхавшись, ввалились в старое помещение покинутого когда-то цеха.

Труп лежал, привалившись окоченевшим плечом к выпирающей из грунта балки и Егорович прекрасно помнил, что мёртвого незнакомца вчера тут и в помине не было. Белый халат на уже остывшем человеке говорил о его принадлежности к сотрудникам какой-то лаборатории, неведомой друзьям, но от этого становившейся ещё более жуткой и загадочной.

- Его попросту скосили автоматом! – едва не вскрикнул Валька, осматривая ряд вывернутых наружу пулевых отверстий, покрывавших тело наискось от плеча до поясницы. - Похоже, эти таинственные ребята, кто бы они ни были, принялись постепенно избавляться от свидетелей, будь-то ядерщики, физики или простые лаборанты.

Егорович в это время уже осматривал карманы трупа, которому, судя по седине на висках, было никак не меньше пятидесяти лет. Кто он, и что делал здесь, друзей, в общем-то, абсолютно не волновало, пугало другое: каким образом эти изверги так безнаказанно хотели сохранить в тайне убийство, ели даже не удосужились как следует скрыть место преступления, абсолютно не боясь последствий?

- Точно, что, КГБ тут поработало, если даже труп не закопали. Кому их бояться? Пресса вся у них во власти, прокуроры и следователи тоже… Ты что-то нашёл в карманах? – Валька не находил себе места, поминутно оглядываясь по сторонам и кружа вокруг присевшего Егоровича. Тот вывернул все карманы, но кроме расчёски ничего не обнаружил.

- Пусто, - вздохнул он, поднимаясь. – Чего и следовало ожидать.

- Ты думаешь, мы только на первый наткнулись?

- Думаю, да, - вытирая руки о куртку, хмуро ответил путеобходчик. – Ладно, давай сфотографируем его, и двинем отсюда во всю прыть, пока кто-то не передумал и не вернулся закопать тело. Оставим всё как есть, чтобы не выдавать себя, а плёнку надёжно спрячем до будущих времён – там посмотрим, что нам с ней делать дальше.

Щёлкнув несколько снимков с разных ракурсов и расстояний, оба приятеля вернулись к дрезине и покатили назад к сторожке