Купец XI ранга - Павел Вяч

стан, восточная красота — признаться, я засмотрелся на свою будущую супругу!

— Хороша, — подтвердил Виш. — Идеальная самка для продолжения рода.

— Ты очень красивая, — произнес я, глядя девушке в глаза.

На комментарий Виша я, понятное дело, даже отвечать не стал.

— Спасибо, — девушка мило потупила глазки, и я неожиданно для себя почувствовал гордость за свою без пяти минут жену.

Бьюсь об заклад, половина трибун сейчас пускает слюни, глядя на мою женщину! И это… было приятно?

— Конечно, приятно, — хмыкнул Виш. — Не спи, друг, доставай кольцо!

Я молча улыбнулся и пробежался взглядом по трибунам.

Камнев с Ариной, на руках у которой сверток с наследником… Ангелина и Мария с такими же свертками… Мои ближники… Мои торговые партнеры… Армейцы… Представители дворянских родов Империи… Александр с супругой…

В Колизее, казалось, собрались самые влиятельные люди уже если не Империи, то столицы точно.

Я молча надел кольцо на дрожащий палец Айше, дождался, когда она сделает то же самое, и, крепко прижав её к себе, с удовольствием поцеловал свою уже жену в губы.

— Я, Макс Огнев-Пылаев-Пожарский, беру в законные супруги османскую принцессу Айше. И пусть стела будет мне в этом порукой!

По мраморному обелиску, который Александр решил доставить из библиотеки в Колизей для бóльшей торжественности и официальности, пробежала волна света.

— Твои слова услышаны, Макс Огнев-Пылаев-Пожарский! Да будет так!

Кто-то на трибунах зааплодировал, кто-то одобрительно засвистел, но я ни на что не обращал внимания, сжимая в объятиях дрожащую от волнения девушку.

И, как оказалось, зря.

— Макс! — первым угрозу заметил Виш. — Слева!

Тело отреагировало само собой — шагнув в сторону опасности, я закрыл собой Айше и обелиск, накрывая нас троих Огненным щитом.

В который в следующую секунду врезалось сотканное из крови копье!

— Малефик!

Судя по голосу, кричала императрица, но мне сейчас было не до выяснения. Не знаю, каким образом он здесь появился, но на горячем песке арены стоял… канцлер.

По его телу то и дело пробегала кровавая рябь, а кожа была багрово-синюшного цвета.

С канцлером явно было что-то не то, и я даже знал, что именно. В последний раз, когда я его видел, он походил на кусок перемолотого фарша. К гадалке не ходи, передо мной не человек, а кровавый голем.

— Он самый, — подтвердил Виш. — А теперь… жги!

С трибун на канцлера уже сыпались десятки, а то и сотни плетений, но все они бессильно стекали с багрово-красного щита.

Я же, щедро зачерпнув из своего Источника Истинного огня, смешал его с золотом и, приправив все это гневом, выплеснул на голема.

Чпок!

Мое Огненное копье испепелило канцлера, и он с влажным хлопком взорвался, словно шарик с водой.

Часть крови улетела на трибуны, ранив кого-то из гостей. Часть упала на песок, где зашипела, словно кислота.

— И это всё? — не поверил я, глядя на дело своих рук. — Серьёзно?

— Странно, — подтвердил Виш. — Это была какая-то показуха, а не настоящая атака.

«Показуха! Точно! Спорим, это дело рук Императрицы?».

— Скорей всего, — согласился Виш. — Не хочешь успокоить свою самку?

— Айше, ты как? — я повернулся к дрожащей от страха девушке.

— Н-н-нормально, — зубы девушки выбивали чечётку.

— Все уже закончилось, — я крепко сжал её руки, а затем прижал к себе. — Все позади.

— Это был Малефик! — усиленный магией голос императрицы разнёсся по всей арене, — и князь Пожарский вновь показал, что он достойный сын отчизны, уничтожив его раз и навсегда!

Трибуны взорвались одобрительным рёвом, а я с трудом удержался от того, чтобы не сплюнуть от ничем не прикрытой фальши.

— Макс Огнев-Пылаев-Пожарский! — подхватил Император, который, как и его жена, вышел на балкон своей ложи. — Подойди вместе со своей женой!

Камнев тут же активировал заготовленное заранее плетение, и от алтаря до балкона Императора прямо из песка вырос красивый каменный мост.

— Так точно, Ваше Императорское Величество! — ответил я и, подхватив Айше под руку, уверенно повел её по мосту.

Девушка все так же дрожала, и мне, почему-то, от этого было приятно. Не из-за того, что она испугана, нет. Из-за того, что она такая хрупкая, и я являюсь её защитником.

— Не забывай, Макс, — шепнул Виш. — Это брак по расчету.

Чертов дракон испортил момент, и я отвесил ему ментальную оплеуху.

Виш удивленно вздрогнул, посмотрел на меня, словно побитый пёс, и обиженно замолчал.

Мы с Айше тем временем достигли императорского балкона и синхронно опустились на одно колено, отдавая дань уважения правителям Империи.

— Поднимись, Макс! — в руках Императора появился золотой кубок, в котором плескался огонь. — И отпей из Кубка Огня!

Я бережно принял артефакт и сделал широкий глоток. На вкус обычная вода комнатной температуры, но стоило мне приложиться к кубку, как по моему сознанию пробежала волна свежести.

Ум, зрение, внимание — все стало острее, и я почувствовал себя в отличной ментальной форме!

— Я же говорил, — улыбнулся Император и, забрав у меня кубок, сделал глоток и посмотрел на меня.

— Сегодня я хочу объявить… кха-кха!

Император неожиданно закашлялся и как будто посерел лицом.

— Позволь мне, дорогой, — Императрица забрала у мужа кубок и посмотрела мне в глаза. — Как думаешь, Макс, — она понизила голос, — что скажет высший свет, узнав, что ты только что отравил Императора?

— Что? — я с изумлением уставился на женщину, не забывая, впрочем, задвинуть Айше себе за спину. — О чем это вы⁈

— Десница, значит? — криво усмехнулась императрица и покосилась на своего мужа, которому с каждой секундой становилось все хуже и хуже. — Выбирай, князь. Или ты становишься убийцей Императора на глазах у всего Петербурга, или ты немедленно отдаешь мне Книгу Света!

— У меня её нет, — процедил я, следя за тем, как из Императора вытекает жизнь.

— Значит, ты выбрал первое, — холодно произнесла императрица, швырнув Кубок Огня на пол. — Надеюсь, ты понимаешь, что сегодня же Империя погрузится в пучину гражданской войны, и всё, что ты создавал, окажется зря?

В груди заклекотал яростный гнев, на ладони сам собой вспыхнул Огненный шар, но удар хвостом по затылку меня отрезвил.

— Соберись, Макс! — прошипел Виш. — Вспомни просьбу Александра! Себя не жаль, так подумай