Мастер печатей. Том 3 - Илья Ангел

которую практически ничего не было видно. Хорошо, что магический щит спасает от любого внешнего воздействия, и эта дрянь не лезет в глаза, рот и не забивает нам лёгкие. Я подошёл к лестнице и быстро спустился вниз.

Одной из стен в гостиной не было. Вместо неё зияла огромная дыра, ведущая на улицу, через которую, словно муравьи, вбегали и выбегали незнакомые мне люди в рабочей форме, убирая камни, доски и различный, оставшийся после взрыва мусор. На меня никто из них не обратил никакого внимания, несмотря на направленный в их сторону пистолет. Все, проживающие в особняке, включая прислугу и охрану, располагались у дальней стены, сидя на диване, стульях и креслах, заботливо туда переставленных, и пили кофе, тихо переговариваясь и пристально следя за работой. Никакой пыли и грязи внизу не было. Чудеса, да и только.

— И кто будет тем неудачником, который объяснит, что здесь происходит⁈ — рявкнул я, опуская пистолет вниз, взирая на встрепенувшихся от неожиданности домочадцев. От звука моего голоса, непроизвольно усиленного магией, дом довольно ощутимо тряхнуло, отчего наступила тишина. Даже рабочие перестали копошиться, замерев в тех позах, в которых только что находились. Девчонки из прислуги моментально исчезли из поля зрения, а охранники встали возле входа, всем своим видом показывая, что не имеют к случившемуся никакого отношения.

— Так это… — решил взять на себя удар Пётр, поднимаясь на ноги. — Сегодня же начало стройки левого крыла. Ты же сам согласовал план проведения работ и сроки. Или это был не ты? — тихо уточнил он, делая шаг назад. — Точно. Ты же отправил план на доработку, заставив уменьшить сроки за увеличение оплаты. — Под моим немигающим взглядом начал объясняться брат, косясь на мою руку, в которой был зажат пистолет. — И поручил мне всё организовать и согласовать с твоим поверенным. Да ладно тебе, я думал ты в курсе, тем более что работы уже ведутся неделю, в дневное время, когда тебя не бывает дома. М-да, да помогите же мне, я же по его глазам вижу, что он меня сейчас убьёт! — повернулся к остальным Пётр, всплеснув руками.

— Все защитные механизмы перестроены, и купол находится теперь немного ближе к центру комнаты. Через него никто из рабочих пройти не сможет. Просто представьте, что вместо этой дыры обычная стена, — вклинился Игнат, выходя вперёд и вставая перед Петром, заслоняя от меня его своей призрачной грудью. От всего происходящего хотелось одновременно схватиться за голову и рассмеяться.

— Работы непосредственно в здании должны начать через два дня, в понедельник, — подошла ко мне Валерия, пряча свой пистолет за пояс халата. — Сейчас не понедельник.

— Ну, начали немного раньше, чего время зря терять. — Недовольно проговорил Андрей, ставя пустую чашку на журнальный столик. Его лицо было немного отёчным, а склеры глаз инъецированы. Олег вообще держался за голову, закрывая глаза тёмными очками от света. Диана, похоже, вообще дремала, положив голову на плечо своего парня, а зеленоватый цвет лица моей двоюродной сестрички пробудил во мне несвойственное для меня чувство, в виде сострадания. Видимо, гулянка и впрямь прошла на славу.

— А почему вы мокрые? — нахмурился он, видимо, туго соображая с утра.

— Приведи их в порядок, в конце концов. — Тихо проговорил я, поворачиваясь к Петру, проигнорировав вопрос Андрея. — Магией жизни там, или антипохмельное дай, на худой конец. Чем они тебе насолили, что ты заставляешь их так мучиться? — брат ничего не ответил, только скептически покосился на Сапсановых и выразительно хмыкнул. Нужно всё прибрать на втором этаже, там пройти невозможно от пыли и грязи. — Обратился к дворецкому, который с каким-то отстранённым видом смотрел мимо меня. — И да, в моей комнате небольшой потоп, нужно его убрать и пригласить рабочих, которые смогут починить разрушенную мебель и сантехнику.

— Будет сделано, — кивнул мужчина, направляясь к выходу из гостиной, чтобы раздать соответствующие поручения.

— Я так понимаю, можно продолжать? — раздался мужской голос со стороны пробитой стены. Я махнул рукой и задумался над тем, куда пойти и чем заняться, чтобы воплотить в жизнь мой первоначальный план отдыха от всех и вся. Валерия молча развернулась и, чеканя каждый шаг, направилась в сторону лестницы. Ну да, переодеться всё-таки не мешало бы.

— О, я смотрю вы, наконец, ремонт начали. Поздравляю. Поздравляю вас с окончательным разрывом всех дружеских отношений, — я развернулся к входным дверям, в которых стоял Шмелёв, разглядывая царивший здесь хаос.

— И тебе доброго утра, — подошёл я к нему, пожимая протянутую руку. — Давно тебя не видел.

— Есть разговор. К тебе и Петру, — коротко пояснил он. — Пойдём в твой кабинет.

Он прошёл внутрь и, демонстративно несмотря на Сапсановых и пытающуюся спрятаться за спинами братьев Алину, поднялся по лестнице. Переглянувшись с подошедшим ко мне Петром, мы двинулись следом.

В кабинете, слава Манулу, никаких разрушений не было. Мы расположились за столом, на который Шмелёв выложил тонкую папку, пододвигая её ко мне.

— Это касается твоего запроса, точнее, запроса Алины по твоей просьбе в отдел службы безопасности. По тому странному рисунку, в котором лично я увидел длинного червяка с раскрытой пастью и огромными клыками, мы нашли только одно похожее совпадение. Всё же, змеи на оттиске перстня практически все похожи друг на друга за редким исключением. Посмотри, похоже ли это на то убожество, с которым работали мои люди последние пару недель. — Поморщился он, прикрывая глаза. Было видно, как он устал. Эта история с алтарями его вымотала, об этом он говорил ещё неделю назад, когда сообщил о решении проблемы с активирующимися алтарями.

— Мы, вообще-то, не художники, — пробурчал Пётр, вставая на ноги и заходя мне за спину, разглядывая рисунок. — Точно он. Тотем — змея Эфа, покровитель рода барона Эфийского. Где-то я уже слышал эту фамилию… — пробормотал он задумавшись.

— Я знаю дочь барона. Кажется, её зовут Анастасия, — посмотрел я на дядю, который кивнул, подтверждая мои слова. — Это девчонка, которая липла ко мне на аукционе Иглобрюхова. И я даже знаю, что она хотела от меня получить. Тебе известно, что приобрёл на аукционе её отец? — обратился я к Шмелёву.

— Конечно, мы тогда проверили всех