Кровь в венах не утаишь. Студент-наемник 3 - Владимир Анатольевич Васильев

кажется напрочь забыв, что всегда называла вимов усовершенствованной разновидностью людей, и тут же добавила. – Ты абсолютно права, старшая сестренка.

– И о крови можешь не беспокоиться, – добавила бывшая великая магичка для Лексиса. – Я буду угощать младшую сестренку. Но не слишком часто, а то если моя магия вернется, не хочу стать чисто темной магичкой.

– А может и Лис тоже? – с надеждой спросила Флори. – Хотя бы совсем изредка.

***

– Итак, – подвел итог обсуждения ставших им известных сведений Лис через полчаса. – Совет Кланов вимов как-то ухитрился сдать Флори церковникам. Как минимум толсто намекнуть им, что баронесса де Мус вима.

– Они не могли это сообщить прямо. Но… Могли как-то поменять эти сведения на жизнь какого-нибудь важного вима. Это все равно нарушение наших правил, но хоть не совсем прямое, – подхватила вампиресса. – А так как они стали по сути вассалами Светлейшего Престола, то те от них могут немало требовать. Как минимум многие интересные сведения. Вот как-то меня и выдали.

– И хорошо, что поручили операцию дуракам, – кивнула Джесси. – У нас появился шанс спасти ваш остров и даже молодой город.

– Наш! – поправила её вима. – Наш остров и город. Все будет принадлежать мужу и обеим женам.

– Кроме титула! – твердо заявил Лис. – Я буду Лексис де Пенёк де Мус, но не барон де Мус.

– Но почему? – чуть не хором закричали обе девушки.

– Потому что я не хочу стать вассалом короля Римии. Ну их нафиг! Будут требовать службы всякой, и тому подобное. Буду вольным дворянином. Сам решу, чем мне заниматься. И я же маг в конце-то концов. А это куда круче дворянства.

– Разумно… – покачала головой Джесси. – Это с женщин не требуют особо. А Лексиса сразу захотят куда-нибудь услать подальше. Хотя бы со злости.

– А вот ты станешь баронессой, – кивнул Джесси парень.

– Да я вот тоже сомневаюсь… Может ну нафиг… – пробормотала та.

– Нет. Может так статься, что у Флори захотят отнять титул. Причем отменить приказ короля о даровании баронского титула и острова не смогут, а вот лишить титула как виму могут захотеть, оставив только остров, потому что его отнимать вроде как не за что.

– Вимы сейчас почти приравнены в правах к людям, – проворчала вампиресса. – Но именно что почти. Титул могут действительно отнять. Так что Лис говорит очень верно. Титул нам в семье сохранить надо, потому что остров хоть и можно от него отвязать, но могут и попытаться отобрать всё скопом – и титул, и остров, да и городок.

– А если титул будет ещё и у Джесси, то и пытаться не будут. Разве что просто подгадить именно Флори, – задумчиво произнес мужчина.

На следующий день все трое отправились на утреннем пароме во Фленцию. Лис, как командир гарнизона, сам же и выписал временные пропуска на «удерживаемую в крепости особу» и её подругу в таком же статусе.

Сходили в маленький храм и там оформили тройной брак у чуть не лишившегося чувств священника. Еще бы, к тому жениться и простолюдины не ходили, а тут баронесса, дворянин, он же маг, и дочь епископа, как для хоть какой-то определенности предпочла представиться Джесси.

Сложность вышла только с первой брачной ночью. Джесси совершенно не пожелала делить кровать ещё и с названной младшей сестренкой, так что Флори пришлось ночевать в холле. Но утром Джесси великодушно ушла по «совершенно неотложным делам», и Флори разумно решила считать утро все ещё не закончившейся ночью. Так мало того, ещё и крови с мужа попросила. Лис подумал, подумал… Всё-таки свадьба для девушки событие не рядовое… Но так крови и не дал.

– Слишком много счастья! – отказал он даже не думавшей унывать лисе-жене, которая хотела даже полностью обратиться в пушистую ипостась, но Лис согласился только на хвост и уши.

Вечером, когда Лексис и Джесси остались на некоторое время вдвоём, его младшая по возрасту, более слабая по воинским умениям, но тем не менее старшая жена вдруг сказала:

– Лекси, ты наверное удивлен, почему я так строго поступаю с Флори?

Мужчина кивнул, потому что и сам хотел это спросить, но пока откладывал. А Джесси усмехнулась и продолжила:

– Я очень люблю Флори. Она меня тоже. Мы все друг за друга готовы драться хоть зубами, но… Наша лисичка не понимает, что мы не её домашние животные, вроде каких-нибудь коров, которых можно и любить, но и не забывать получать с них кровь. Она вима, и думает иначе чем мы. А все вимы без исключения считают людей их кормовым стадом. Так их воспитывают, да и от природы, точнее от создавшего их мага, в них что-то такое есть.

Лис согласно кивнул, потому что сейчас услышал то, о чем уже давно сам догадался.

– Так вот, – кивнула Джесси, – я предпочла сделать хитрый мысленный манёвр. Я сама стала считать Флори своим домашним питомцем. Очень любимым, очень сильным, ведь она намного опаснее меня, да и тебя, в рукопашной схватке. Но при этом питомцем, которого я сама по своему решению кормлю. Вот так. Не хочет вима быть равной, будет любимым питомцем. И ещё… Мне гораздо проще принимать, что не подруга, а мой питомец лазит на руки к мужу. И в кровать, но этого я вообще замечать не желаю.

Мужчина кивнул, соглашаясь, что Джесси здорово придумала. Ещё он тут же попытался представить, что Флори и его питомец.... но не смог. Он все равно видел в ней в первую очередь человека. Красивую девушку. Свою вторую жену. Ну что ж… тем хуже для Флори, потому что из-за этого его кровь она получать будет только в случае крайней необходимости.

***

Через день Лексис в одиночку явился в епископат, отдал оба конверта и с усмешкой выслушал недовольство аж целого епископа, в кабинет к которому его проводили.

– Вам было предписано обеспечить явку владелицы острова и крепости! – сурово прошипел древний старик в белоснежной мантии.

Затем оглянулся на двух церковных магичек и четырех зверовато выглядящих боевых монахов, которые зашли в кабинет, похоже, прямо перед лейтенантом.

– Всё обеспечил, – пожал плечами Лексис, размышляя, не сильно ли он погорячился, вообще явившись сюда. Ведь могут возникнуть проблемы с тем, чтобы выйти обратно.

– И где же она? – язвительно протянул епископ.

– Почему она? Владелец острова и крепости я. Нет, я совладелец, конечно.