Чернокнижник из детдома 4 - Сергей Александрович Богдашов

— Добро.

Мысль о тотализаторе отвлекла меня от главного — от дракона. Но ненадолго. Уже через минуту я снова прокручивал в голове схему предстоящей операции, и сердце колотилось где-то у горла.

За два дня до выхода случилось то, чего я боялся больше всего — дрогнули свои.

Под вечер, ко мне в кабинет заявилась делегация: трое бойцов из группы Никифора, двое стрелков в возрасте и одна из девчонок, из операторов дронов. Молчали, переминались с ноги на ногу. Я отложил планшет.

— Выкладывайте.

— Командир… — начал Витька, тот самый новичок, — Мы это… насчёт дракона. Не уверены мы. Что справимся.

Я смотрел на них. На Витьку — бледного, с кругами под глазами. На стрелков — поживших, бывалых, но сейчас прячущих взгляды. На девчонку — ту, что уверенно командовала погрузкой волколаков, а теперь кусала губу и теребила край разгрузки.

— Кто ещё не уверен? — спросил я.

— Да почти все, — выдохнул один из стрелков, Корнеев. — Мы ж не дураки. Понимаем, на что идём. Но… может, не надо? Ну его, этого дракона. И без него дел хватает.

Я встал, прошёлся до окна, повернулся к ним.

— Сядьте.

Они расселись на стульях вдоль стены. Я опёрся на подоконник.

— Я не буду вас уговаривать. И обещать, что все вернутся живыми — тоже не буду. Потому что не знаю. Знаю только одно: если мы сейчас отступим, если скажем «нет» — мы навсегда останемся теми, кто испугался. Не дракона. Себя.

Витька поднял глаза.

— А если мы правда не справимся?

— Справитесь, — сказал я твёрдо. — Потому что я вас учил. Потому что вы умеете держать Сеть, ставить Щит, бить без промаха. Потому что за вами — отряд. И потому что этот дракон — не бог. Он просто большая Тварь с крыльями. Такие же Твари — меньшие — вы их брали сотнями.

Помолчали. Девчонка-оператор вдруг всхлипнула, вытерла нос рукавом.

— Просто страшно, командир, — прошептала она.

— Страшно — это нормально, — я подошёл, положил руку ей на плечо. — Кому не страшно, тот или дурак, или мёртвый. А вы — живые и умные. Поэтому и боитесь. Но вы идёте. Потому что так надо.

Они ушли — не до конца убеждённые, но гораздо твёрже, чем были, когда пришли. Витька на пороге обернулся, хотел что-то сказать, но только кивнул.

— Хуго, — позвал я, когда за ними закрылась дверь. — Отметь Витьку. Он сможет больше, чем думает. После дракона — поговорим о повышении.

— «Отметил. Кстати, по „Скорпиону“ — у них начались внутренние разборки. Документы, которые мы подбросили, сработали как детонатор. Они подозревают друг друга в стукачестве».

— Отлично. Пусть грызутся. Одной проблемой меньше будет.

— «Ещё новость. Гильдия согласилась на ваши условия. Бережной звонил Терехову, просил организовать встречу. Тот ответил — после дракона».

Я усмехнулся.

— Умный мужик наш губернатор. Не мешает, но и не помогает. Ждёт, кто кого перетянет.

— «Тактика мудрого политика».

— Тактика жадного торгаша, — поправил я. — Но нам с ним по пути. Пока.

Вернулся Никифор — злой, с перекошенным лицом.

— Слышал, у тебя тут бунт был?

— Не бунт. Сомнения. Разговор по душам.

— И что ты им сказал?

— Правду.

Он помолчал, потом кивнул.

— Правильно. Если врёшь бойцам — они это чуют быстрее, чем опасность. А правда… она как прививка. Больно, но спасает.

— Ты сам-то как? — спросил я.

Никифор посмотрел на меня, и я впервые увидел в его глазах не уверенность, а что-то другое. Усталость? Нет. Скорее — принятие.

— Готов, — сказал он. — К чему — не знаю. Но готов.

Мы не обнялись, не пожали друг другу руки. Просто постояли молча, глядя в окно на темнеющий лес. Завтра предстоял последний день подготовки. А послезавтра — вход в Пробой. Туда, откуда не все возвращаются. Но возвращаются же некоторые, если верить легендам.

Почему бы и нам не стать теми самыми «некоторыми»? Нам же не может не повезти?

Очень скоро на этом месте будет ссылка на следующий том цикла.

Nota bene

Еще у нас есть:

«Анонимность».

* * *

Чернокнижник из детдома 4