Потапыч: Земля Обетованная - Антон Чернов

— Михайло Потапыч, это всё очень интересно, — подал голос корабельный плотник. — Только зачем нам… ну того?

— Дурья башка! — фыркнул боцман. — Если его почтенство правильно рассудили, то считай, что вокруг тут — тайфун на тайфуне, тайфуном погоняет. И по всей Зиманде они отсюда движутся. А значит что, пло-о-отник? — ехидно протянул он

— Что мы их не обойдём. И значит — баржа не годится, — нахмурился древоточец.

— Примерно так я и рассудил, — покивал я. — Тайфун — не волнение и не шторм. Впрочем, сами в курсе, — на что водоплавающие скорбно покивали. — И к чему плыть: я чую, как они там есть, уже третий. Но как часто появляются? Может, раз в год, в десять, в сто? А мы такие везучие.

— При всём моём уважении, Михайло Потапыч, но даже ежели раз в сто лет — всё одно надо готовится так, что мы непременно в него попадём, — подал голос задумчивый плотник.

— Тоже верно, но посмотреть — не помешает. Но аккуратно и не приближаясь, — подчеркнул я.

Подплыли, даже увидели «зарождение». И Потап пошуршал, знакомясь с явлением. В итоге выходила такая сволочная картина, которую мы наблюдали почти день, двигая вдоль «внешней границы» Земли Обетованной. Похоже, моя теория насчёт «сброса отработки» верна. В океан просто «стекала» дикая энергия. И тайфуны зарождались с удручающей частотой — раз в несколько часов, на протяжении всего нашего пути вдоль «границы». Водоплавающие даже вспомнили волнение, но Тралк и Хиза провели Потрясатель между тайфунами, так что волнение экипаж воспринял как простой шторм.

В общем, отплывали мы от этого аномального места в гораздо более хреновом настроении, чем подплывали: варианты мореходной баржи оставались, но уже очень виртуальные. Похоже, нужен полноценный трансокеанник, способный в глотке Тайфуна к маневрированию, возможности «пройти краем». А вот баржа… Так мы с топтыгиным надорвёмся, если элементаль будет «толкать» в глотке, это Потап практически гарантировал. КПД прямого действия у элементалей не слишком высокий, не говоря о том, что в начленоверченном в глотке «свободный» элементаль, то есть не заключённый в зачарованный двигатель, с полпинка может «сорваться» в родной план. То есть, то, что «толкать» — должно быть мореходным, а не герметичным ящиком.

Подумал про воздух — и плюнул. Не вариант, как бы не хуже, чем с водой: воронка из облаков над глоткой однозначно показывала, что наверху — тоже весело. И всякие там воздушные шары долбанёт об воду, причём это если повезёт. А если не «простой воздушный шар», а какой-нибудь лютый дирижабль… Так корабль выйдет быстрее, дешевле и надёжнее.

Знай мы это на Рико, не зная о Вакане — прям совсем беда. Но про Вакан мы знали, туда и направлялись. А на всякие «а если не сделают?» от водоплавающих я почтенно отвечал подзатыльниками. В четверть силы, но с паникой и упадническим настроением справился. Ничто так не поднимает настроение, как падение после подбадривающего видомского подзатыльника, проверено на практике!

С собой было посложнее, но я всё равно — сделаю. Пррревозмогу, если понадобится! Найду деньги, ЗАСТАВЛЮ делать то, что нам нужно. Деньгами или силой, неважно.

Так и плыли потихоньку. И, к моему некоторому удивлению, ни на каких пиратов и прочую асоциальную публику не наткнулись. Проплывала рядом баржа с буксиром неподалёку — так поздоровались, пожелали доброго пути и пожелали «милости богов», заразы такие. Но в остальном — никаких гадостей не случилось. Доплыли, по словам Лиама, да и на горизонте виднелось тёмное пятнышко, которое вроде как остров Вакан.

Правда, я заметил какую-то лоханку, без деталей, которая шустро плыла к нам. Заметил даже не её, а белую полосу буруна, потеребил смотрящего вперёд, чтобы смотрел, куда нужно — и он тоже увидел. Ну и стали мы готовиться: вроде всё должно быть нормально, но становиться лопоухими потерпевшими коллектив желания не проявлял, как и я.

25. Родимая бюрократия

Приближаясь к буксиру, лоханка внушала. И внушала она сдержанный оптимизм на ближайшее будущее: к нам подплывал не утюг-монитор и даже не буксир: на такие средства плавания Земли Обетованной мы насмотрелись. А к нам приближался, на чертовски высокой скорости (хотя хрен знает, как достигаемой), этакий катер. Длина этого судна была метров восемь, не больше. Лютая такая, впечатляющая пухала, в башне, спаренная, внушающая как бы не большее опасение, чем крупный калибр монитора. Как минимум потому, что калибр на утюге был явно избыточен, а тут и стреляет пошустрее, очевидно. Но это было мелочью, а вот серьёзным было то, что лоханка имела… подводные крылья. То есть, между поверхностью моря и брюхом корыта было не меньше метра, а то и побольше. И четыре обтекаемые стойки. Правда, ни черта не понятно, а что движет это корыто… Хотя, если подумать, то какие-нибудь фигулины, типа торпед в подводных «крыльях», а алхимическая горючка подаётся по стойкам.

Корыто это с лихим разворотом и брызгами (не в нашу сторону, к своему счастью, а то облитый я точно придумал бы, как выразить своё неудовольствие) подплыло к борту буксира. И продемонстрировало типа в простом мундире, без особых украшений, но с металлическими и явно зачарованными вставками. Териантропа, как понятно, средней по Земле Обетованной силы, с мордой «при исполнении».

— Кто вы и с какой целью вы вошли в береговые воды Вакана, уважаемые? — озвучил этот тип, тогда как спаренная башенная пушка в нас прямо не целилась, но повернута был в нашу сторону, так что для наводки только опустить градусов на двадцать, как-то так.

Хотя уже — не напрягала. С учётом скорости этого корыта на водных крыльях, когда оно на ходу — это реально опасно. А вот сейчас, когда после остановки этот катер лёг на воду пузом и находится недалеко от нас — не страшно.

— Мы — это мы, — доходчиво ответил я. — Епископ Михайло Потапыч и мой буксир с командой, — решил я не конфликтовать на пустом месте. — Направляюсь в Вакан с целью познакомится и, возможно, заказать новое судно.

— То есть