Вик Разрушитель 7 - Валерий Михайлович Гуминский

создал огненный конструкт и провёл рукой слева направо, сжигая огромную тучу мелких тварей. Паналык, увидев ярко-алый всплеск магического огня, испуганно вжал голову в плечи. Он не ожидал, что у русских есть ещё один маг.

Миновав целое поле низкорослых и раскидистых кустиков морошки, мы оказались на проторённой тропе, которая тянулась до далёкого ещё подлеска, и бодро зашагали по ней, радуясь свежему ветерку, отгонявшему мошку. Паналык ускорился, да так, что господин Ломакин взопрел и стал спотыкаться. Мне показалось, проводник решил отомстить чародею за свой испуг. Вон как пятками сверкает, не догонишь.

— Чёрт мордатый! — без всякой злости пропыхтел он, когда отец приказал проводнику сделать пятиминутный привал. — Вот же энергии сколько у человека! И прёт, и прёт как ездовой пёс!

Пока мы отдыхали, сидя на мшистых кочках, откуда-то из холма вышли двое охотников в меховых куртках. Рядом с ними весело подпрыгивали три серо-белых хаски. Увидев нас, они яро залаяли и бесстрашно бросились вперёд, а у мужчин тут же в руках оказались ружья. Паналык вскочил и замахал руками, что-то заорал весело.

Странник неуловимым движением рук сотворил какой-то конструкт и спрятал золотисто-красные искорки в ладони. Осторожничает чародей. Мало ли какие мысли придут в голову местным охотникам. Диас и Ковбой тут же прикрыли отца, вскинув автоматы. Рой с Куаном остались сидеть, но по напряжённым фигурам было понятно, что они готовы в любой момент пресечь агрессивные намерения незнакомцев.

— Друзья! — пояснил Паналык, вернувшись вместе с охотниками, чем-то неуловимо напоминавшими самого проводника. — Они соседняя деревня!

Хаски повеселели и стали кружиться между нами, попутно обнюхивая каждого. Наши бойцы сделали вид, что расслабились, оружие опустили стволами вниз, но так, чтобы в любой момент можно было им воспользоваться. По лицу Роя было видно, что ему не нравится такая встреча. Ладно, Паналык — он наш проводник, никуда не денется. А вот эти ребята, которые через несколько минут уйдут, не разнесут ли новости про белокожих по всем стойбищам и деревням?

— Как бы наш мордатый не наболтал лишнего, — те же опасения были и у Странника. На его лице я прочитал желание убить охотников и избавиться от будущих проблем.

Но отец сохранял спокойствие. Ему не раз приходилось общаться с местным населением в факториях, поэтому был уверен, что кардинальные меры не понадобятся.

Наговорившись, охотники приветливо помахали нам и пошли дальше. Хаски дружно побежали впереди, покачивая скрученными в бублик хвостами.

— Время, время, — нетерпеливо произнёс отец. — Давай, бой, шевелись!

Спустя ещё полчаса мы подошли к ручью, настолько прозрачному, что на дне был виден каждый камешек.

— Ждать здесь, — строго сказал Паналык и тыкнул пальцем в меня. — Ты идти со мной!

— Я с ним! — Рой встал рядом, показывая своим видом, что решение проводника не самая лучшая затея.

— Нельзя! — упёрся парень.

— Пусть идёт один, — Куан сжал локоть Роя и тихо добавил: — Я прослежу.

Паналык не знал одной особенности моего наставника, поэтому облегчённо вздохнул и махнул рукой, призывая меня идти следом за ним. Перепрыгнув с одного берега на другой, мы пересекли неширокую луговину и углубились в лес. Шагов через сто снова уткнулись в ручей, но теперь провожатый не отходил от него далеко, идя вдоль берега.

Вскоре я заметил одинокий чум с костерком возле него. Но сколько бы не крутил головой, его хозяина нигде не было. Паналык довёл меня до места и показал на землю, дескать, садись и жди. Сам тоже присел чуть поодаль, с любопытством изучая меня, мою одежду и особенно тактическую кобуру на левом бедре, откуда выглядывала рукоять «Каскада».

Молчание затягивалось. И где этот шаман шляется? Мне надоело сидеть в тишине.

— Откуда Кытугйин обо мне знает? — спросил я Паналыка на английском, не зная, понял ли он хоть что-то.

Вместо ответа проводник поднёс палец к губам, показывая, что я не должен разговаривать, и подкинул в костёр несколько сухих веток, что лежали неподалёку. Позади послышались шаги, тень упала на землю рядом со мной, и появившийся откуда-то старик в плотной куртке с капюшоном бросил в поредевшую кучку дров охапку валежника.

— Давно тебя ждал, — шаман говорил по-английски не так хорошо, как мне хотелось бы, но я его понимал. — Великий предупредил меня о твоём появлении.

Я догадался, о ком идёт речь. Если Геванча сумел убедить своего потомка помочь мне в поиске Небесного Камня, то все проблемы снимаются. Но я всё же переживал. А вдруг духи осерчают или настроение у Кытугйина сегодня неподходящее для помощи?

— Как тебя зовут, юноша? — шаман расположился по другую сторону костра, дав мне возможность рассмотреть его более внимательно.

Был он росточка небольшого, больше похожий на гнома, только без бороды, с потемневшей от постоянного пребывания на солнце кожей, с отчётливой сеткой морщин. Нос с широкими ноздрями как будто был вдавлен внутрь, глубоко посаженные глаза цепко изучали меня. Поседевшие волосы, заплетённые в две косички, спускались на плечи, а на их кончиках болтались какие-то амулеты из косточек. Самое забавное, что на голове у Кытугйина сидела бейсбольная кепка с надписью «San Francisco Giants». Забавный старикан, наверное, большой поклонник этой игры. Шучу, конечно.

— Вик, — коротко отвечаю я и замечаю, как Паналык удивлённо вскидывает брови вверх. Он же слышал, что меня называли другим именем.

— Ты видишь дух великого предка моего рода, — шаман прикрыл глаза. — Ты общаешься с ним. Я разговаривал с Геванчой, он приказал мне помогать тебе. Но я не могу переступить через законы нашего народа. Младший брат упавшего за морем Небесного Камня лежит в запретных землях. Если ты и твои люди войдут туда, то стражам это не понравится.

Паналык что-то сказал. Шаман вздёрнул руку, призывая его замолчать.

— Волю Великого нельзя нарушать, — сказал я осторожно. — Его время истекает, иначе бы он сам помог мне.

— Я знаю, — Кытугйин достал из кармана куртки кожаный кисет, неторопливо развязал его, достал щепотку какого-то серого порошка и бросил в костёр. Жёлто-белый дым с треском взвился вверх, заслоняя от меня неподвижное лицо шамана. Запахло, слава богам, не серой из преисподней, а чем-то сладковато-приторным, впрочем, быстро развеявшись по ветру. Не знаю, что увидел шаман в облаке, но лицо его разгладилось.

— Подскажи мне, как туда идти, и я сам найду способ миновать стражей священной земли, — осторожно попросил я.

Кытугйин