Глория - Александер Робин

— Это просто замечательно, я уже сейчас вижу, как малолетний преступник Тревор, не дожидаясь, когда станет подростком, грабит винные магазины. Если ты прямо сейчас начнешь экономить деньги, то возможно скопишь достаточно, чтобы заплатить судебные издержки.

— Ты просто грубиянка, — фыркнула мать Тревора.

— На самом деле я виню не его, я виню тебя, — продолжила я. — Видимо ты никогда и не пыталась научить своего сына хоть каким-то манерам, и, я полагаю, это потому, что у тебя у самой их нет.

Мамаша что-то пробубнила себе под нос и засунула его обратно в журнал.

Неустанный стук в спинку моего кресла продолжился. Я приподнялась выясняя — нет ли свободных мест, куда мы с Адриан смогли бы отступить. Потом снова посмотрела на мать Тревора.

— Я надеюсь, что ты понимаешь, сколько раз твой сын пнул мое сидение за последний час. Поэтому я думаю будет справедливо, что я надеру твою задницу, когда мы выйдем из самолета.

Я видела, как мать Тревора нажала на кнопку вызова стюардессы. Секундой позже появился очень модный молодой человек.

— Эта женщина угрожает мне, — сказала она. Тревор все это время продолжал свои волшебные движения.

Я открыла рот, чтобы защитить себя, но пожилая женщина через проход от меня заговорила первой.

— Ее ребенок сделал этот полет несчастным для всех вокруг него, а особенно для этой женщины, — и она указала в моем направлении.

Вокруг послышались одобрительные голоса, и я вздохнула с облегчением. Наш стюард о чем-то размышлял, когда к нему присоединилась женщина, одетая так же, как и он. Они пошептались между собой, а потом стюард обратился к матери Тревора.

— Не могли бы вы собрать вещи …

— Почему это я должна двигаться, — довольно громко перебила она стюарда. — Это она причиной всех проблем.

— Очень хорошо… — заговорила стюардесса. Она посмотрела на меня с улыбкой.

— Мадам, если вы соберете свои вещи, я уверена, что мы сможем сделать ваш полет более комфортным.

— Я путешествую не одна, — сказала я и указала на Адриан, которая тихонько похрапывала в своем кресле.

— Мы сможем разместить вашего друга тоже.

Я пихнула Адриан в бок, удивляясь, что она проспала все испытания, выпавшие на мою долю.

— Проснись, дорогая, мы собираемся поменять наши места.

Адриан проснулась и была поражена, увидев двух стюардов, стоящих рядом со мной. Она посмотрела на меня и удивленно спросила:

— Что ты опять наделала?

Я пожала плечами и продолжила собирать наши вещи. Адриан подарила мне еще один взгляд и пошла за стюардессой в первый класс, где к моей радости было два совершенно пустых места.

После того как я объяснила, каким образом мне удалось дипломатично разрулить ситуацию с Тревором, я откинулась на спинку моего чертовски удобного кресла и открыла книгу. Очень скоро я узнала, что мне не придется ее почитать. Пилот сделал обычное объявление о турбулентности, попросил пристегнуть ремни безопасности и всем оставаться на своих местах. После этого мы узнали, что чувствует человек во время скачек на быках в баре.

Я почувствовала, как самолет провалился в яму футов на сто. Адриан схватилась руками за мои руки, и ее лицо стало такого зеленого оттенка, что я и не предполагала, что человек способен на это.

— Ничего страшного, дорогая, — заверила ее я. — Это всего лишь маленький шторм.

Самолет подпрыгнул и рванул вверх. Дверки багажных полок распахнулись, и чемоданы грозились упасть на людей, сидящих под ними. Заплакал ребенок, и я очень надеялась, что это был Тревор. Несколько человек взвизгнули, когда самолет снова провалился в воздушную яму. Напитки упали на пол и текли вниз по центральному проходу к кабине пилота. Это натолкнуло меня на мысль, что мы направляемся вниз, и я самозабвенно молилась о том, что мы просто снижаем высоту, а не падаем.

— Хайден, я хочу признаться тебе кое в чем, — сказала Адриан между двумя нервными вздохами. — Я съела два твоих кекса, пока ты спала на рейсе с острова Кэт в Нассау.

Я похлопала ее по руке, успокаивая и заставляя чуть-чуть ослабить захват, чтобы вернуть своей руке немного крови.

— Ну дорогая, тогда я тоже должна признаться тебе и очистить свою душу. Верхний пакет с кексами, тот, который ты ела, был для моего папы, потому что я… Я уронила их на пол.

Адриан положила голову на спинку сиденья и вздохнула.

— Ну, я уверена, что правило пяти секунд сработало и здесь. Ты же сразу подняла их с пола?

— Конечно, сразу после того, как попинала их по кухне.

Крен самолета и моя исповедь вызвали у Адриан рвотный позыв. Я послушно протянула ей противорвотный пакет, который она тут же прижала к своей груди. Наш самолет снова занесло, а затем начало трясти. Адриан смотрела на меня с ужасом.

— С нами все будет в порядке, милая, — снова я успокоила ее и продолжила неистово молиться, чтобы мои последние слова к ней не оказались обычной ложью. Моя задница была так крепко прижата к сидению, что я была уверена, если мы все-таки приземлимся, то я не смогу оторвать ее от кресла. Я надеюсь, что авиакомпания готова расстаться с ним.

— Хайден, я хочу ребенка!

— С нами все будет в порядке, дорогая, это просто… что ты сказала?

Адриан посмотрела на меня и ее губы задрожали:

— Я хочу ребенка.

— Адриан, они вырастают вот такими, — я показала пальцем в сторону Тревора.

— Дамы и господа, — ожил говорящий ящик над нами. Пилот говорил что-то, но тряска самолета и беспокойная болтовня пассажиров, мешали мне понять, о чем идет речь. Единственное, что я поняла — Аварийная посадка. И тогда все потемнело в моих глазах.

Я упала в обморок, но не от страха аварии, а от чего-то гораздо более плохого — от перспективы материнства.

Глава 11

— Я должна была надеть теплые сапоги, у меня же есть сапоги, — пробормотала я про себя, потому что моя хилая обувь пригрозила отправить меня обратно лицом в снег. Мои ноги онемели и не подчинились, когда я пыталась пошевелить пальцами на ногах. — Я ненавижу холодную погоду, — снова и снова повторяла я, и мой путь к безопасности казался мне вечным.

Куски снега и льда ударяли мне в лицо и ухудшали видимость. Я не могла разглядеть дорогу и очутилась в глубоком снегу. При каждом вздохе горло и грудь горели от вторжения морозного воздуха. Сонливость охватывала меня, и я вспомнила, что когда человек собирается замерзнуть до смерти, то он становится вялым и засыпает. Я потрясла головой, пытаясь прогнать вялость, но лед, который образовался на волосах, хлестнул меня по щекам.

Как долго я брожу здесь? Я никогда снова не увижу Адриан? Слезы от этой мысли согрели мои глаза. Она волнуется за меня? Она голодает так же, как и я? Эти вопросы мучали меня на каждом шагу. Я начала чувствовать жалость к себе, мне хотелось просто упасть в снег и заплакать. Но нет, я должна найти Адриан и мне нужно немножко решимости, чтобы найти в себе силы для продолжения поиска.

Именно тогда я увидела его. Сквозь слепящий водоворот кусочек золотистого цвета появился и вырос в размерах. Я надеялась, что он наполнит собой все мое голодное существо.

— Хайден Тейт, тащи сюда свою задницу, прежде чем заморозишь ее до смерти! — кричала Адриан от двери нашего гостиничного номера. — Торговый автомат Twinkie{20} не стоит того, чтобы заработать пневмонию.

— Адриан, я не думала, что на улице так холодно, — скулила я, споткнувшись на пороге нашего номера.

— Ты была там всего пять минут, не думаю, что ты обморозилась за это время, — Адриан потянула меня за мокрую одежду. — Ты должна снять это.

— Я не хочу переодеваться. Мне нужно добраться до Taco Bell{21}, — я мечтала о тако с тех пор, как мы сели в наш первый самолет.

— Кексы и те Biscoff-печеньки, что я украла у стюардессы из корзинки, не могут надолго накормить меня.