Девятнадцать сорок восемь - Сергей Викторович Вишневский

Не. А то я сейчас привыкну и разорю тебя. — Хохотнул он. — К хорошему-то быстро привыкаешь.

— Это да.

— Ну, так и о чем ты хотел поговорить? — Включив газ, произнес отец. После чего он принялся отсыпать зёрна на две порции.

— Пап… — пытался подобрать слова, чтобы это не звучало слишком нагло. — У меня тут встал острый вопрос по поводу необходимости своей машины, чтобы разводить зёрна по кофейням. Таким образом я смог бы увеличить свою продуктивность в несколько раз. Ну и просто к слову, у меня сейчас дела начинают идти очень даже хорошо. — По поводу Кэтрин, я, конечно же, не стал уточнять.

— Большие перспективы — то ли хмыкнул, то ли хохотнул отец. — Это радует. Это хорошо… И своя машина это тоже прекрасно. Но у нас в семье никогда не было острой необходимости иметь своё авто. Да и удовольствие это, как ты понимаешь, не из дешёвых.

— Это да… я понимаю…

— У нас как всегда было… — продолжил говорить отец, — Во-первых у меня в распоряжении всегда была служебка. А во-вторых, если вдруг что-то прям срочное и неотложное, то в любой момент так же можно было воспользоваться дежуркой. Поэтому я не видел смысла тратить огромные деньги на покупку машины, чтобы она стояла в гараже или гнила на стоянке.

— Да, я всё понимаю. Но… хотел уточнить, может ты знаешь, где можно купить хоть какую-то колымагу. Мне главное, чтоб она ездила. Всё-таки у меня нет знакомых, которые бы лучше тебя разбирались в машинах.

Отец тяжело вздохнул и присел на стул, глубоко задумавшись. Спустя пару минут он выключил газ, снял кофе, разлил его по двум чашкам и продолжил думать, глядя куда-то сквозь меня.

— Знаешь, вообще-то у меня есть один вариант.

— Серьезно? — Обрадовался я.

— Ага. Первая мысль, которая пришла в голову, это собрать все свои заначки и попробовать купить тебе хоть какую-то машину. Но, боюсь, даже так мы не потянем на что-либо адекватное, которое не поломается у тебя в дороге на второй же день.

— Вот поэтому я сам и не хотел этим заниматься. Просто понимаю, что недостаточно опытен в этом деле… Водить — это одно, а вот ремонтировать и обслуживать — это совсем другое.

— В общем… — отец снова задумался, словно завис на несколько минут. — Да, попробовать можно. Но сразу предупрежу, я тебе ничего не обещаю… Ага, но попробовать однозначно стоит. Хм, а вдруг и правда получится? — Он словно бы проваливался в какие-то свои старые воспоминания, потом отмирал и продолжал что-то говорить. Я же в это время просто продолжал молча его слушать и не отвлекал от размышлений.

В конце концов, отец достал свой телефон и набрал номер из записной книжки. Прошло секунд двадцать, и я видел, как отец уже собирался сбросить звонок, но в самый последний момент из телефона послышался удивленный голос.

— Алло⁈

Это действительно прозвучало как вопрос, словно человек на другом конце провода не был уверен, что он разговаривает по телефону.

— Игорян! Здарова! Как жизнь? Как там Маша? — Искренне обрадовался отец.

В трубке отозвался голос знакомого, что-то неразборчиво проворчал, после чего отец произнес:

— Слушай, я на самом деле к тебе по делу. У тебя Гоблин стоит ещё? Не продал?

Гоблин? Это что ещё за фрукт? Удивленно подумал я, но естественно спрашивать ничего не собирался. На самом деле, я вообще пока что не понимал что происходит.

— Ржавеет, говоришь? Это хорошо, хорошо. В смысле не то, что ржавеет. А то, что ещё не продал. — Продолжал разговаривать отец. — Ну что, не будешь против, если я к тебе с сыном заеду? Там всё и объясню?

…

— Отлично! Тогда прямо сегодня и заедем! Ну, всё, до встречи!

Отец сбросил звонок и довольно посмотрел на меня. Я продолжал молча выжидать. И спустя несколько секунд он продолжил, обращаясь ко мне.

— Ну, что? Готов ко встречи с Гоблином?

— Эмм… Наверно…

* * *

— Пап, а мы точно туда пришли? — спросил Фирс, оглядываясь по сторонам.

— Точно. О мастерской Игоря мало кто знает из обычных людей, — произнес отец, направляясь к неприметному кирпичному зданию, имевшем высокие ворота, словно для грузовиков. — Он не дает рекламы. У него в основном клиенты одни и те же, но если что-то серьезное или немного… незаконное, то это только к нему.

— В смысле незаконное? — смутился парень. — Он угнанными авто занимается?

— Нет, с этим он завязал. Да и не Карлыч он. Бывает, что к нему привозят авто на ремонт… К примеру с пулевыми отверстиями и кровью внутри. Понимаешь?

— Бандиты?

— И они тоже. Иногда и у аристократов бывают «тихие» разборки. И такие автомобили в простой сервис не отвезешь. Вот к нему и привозят. Он не болтает и делает дело. Кузов, подвеска, двигатели. Рукастый мужик.

— Понятно, — кивнул Фирс и заметив огромную свалку из кореженых остовов автомобилей за зданием спросил: — Тут и свалка автомобилей есть?

— Это не свалка… Это скорее склад и отходы производства.

— В смысле?

— Когда в «Гранд», пусть будет седьмой, приходится удар в морду, особенно в угол, уводит передний лонжерон. Это силовая конструкция. Если прилетит хорошо, то восстанавливать такой кузов смысла нет. Что тогда делать?

— Ну… не знаю. Купить новую?

— Да, или найти такой же седьмой Гранд и отрезать у него четверть машины, той куда на старом пришелся удар. Ну, а затем просто сварить части силового кузова.

— Но… но это же не будет уже так держаться.

— Да, по факту, силовой каркас уже нарушен и при ударе он так держать не будет.

— А зачем тогда… Ну, это же не безопасно.

— Чтобы затем продать автомобиль под видом «не бит, не крашен, дедушка ездил за пенсией раз в месяц». Ну, это если ты умело все следы сварки замаскируешь, — хмыкнул отец. — На этом, кстати, некоторые умельцы зарабатывают. Скупают битые автомобили, переваривают и продают как не битые.

— Как-то это звучит… — начал было Фирс.

— Это звучит еще нормально. А вот когда скупают битые в хлам машины, вырезают номера с двигателей и кузова, а потом вваривают их в угнанные, это уже не только звучит не