Оленья кавалерия. Очерки о русских первопроходцах - Волынец Алексей Николаевич

У казаков: у Ивашка Ондреева ясырь омотцкого роду крещеная именем Каптелинка (Капитолина?); у Назарка Максимова ясырь чюванского роду крещеная Анисьица, купленая не крепосная (т. е. не захваченная в бою. – Примеч. авт.); у Васьки Игнатьева жена венчанная чюванского роду Домница, а была де она преж сего у казака у Данилка Хренова и отдал де ее Домницу за него Василья замуж он Данилко; у Давыдка Павлова жена корятцкого роду крещеная именем Паросковьица; у Васьки Сухарева ясырь корятцкого роду; у Сидорка Иванова ясырь чюхочья роду погромная, живет в работницах; у Офонасья Ондреева ясырь корятцкого роду некрещеная.

У промышленных людей: у Мороза Малафеева жена венчанная крещеная Анаульского роду именем Устиньца, а была де она неясачных юкагирей; у Фомы Семенова жена венчанная анаульского роду крещеная именем Устьиньица погромная (т. е. захваченная в бою. – Примеч. авт.); у Панька Лаврентиева ясырь ходынского роду крещеная именем Настасьица; у Максимка Турсука ясырь чюванского роду крещеная именем Анница; у Кирилка Степанова жена венчанная крещеная именем Феклица анаульского роду неясачных юкагирей; у Ивашка Фомина жена венчанная крещеная именем Катеринка чюхочья роду; у Ветошки Кирилова ясырь ходынского роду именем Феклица, а живет де она Феклица у него Ветошки волею, а она де Феклица крещена; у Савки Васильева ясырь некрещеная именем Лекочи ходынского роду; у умершего казака Михайла ясырь крещеная именем Татьяница; казачья ясырь Гаврилка Важенина крещеная именем Марьица ясачных юкагирей Нижнего Колымского зимовья; у Проньки Голово ясырь корятцкого роду некрещеная Етвага; Чюванокого роду ясырь умершего казака Микитки Кондратьева крещеная куплена, а живет де она ныне на воле, а преж сего де жила она по крепосте у казака у Давытка Павлова; Олешки Платонова мать крещеная ясырь именем Василиска анаульского роду ясачных юкагирей… у Пашка Леонтьева ясырь некрещеная чюванского роду и чюванского роду ясырь вольная крещеная именем Палашка…»

P. S. То есть весь острог забит юкагирскими, корякскими и чукотскими «Покахонтас» и все казаки на аборигенках переженились, есть уже даже общее второе поколение («Олешки Платонова мать крещеная ясырь именем Василиска анаульского роду ясачных юкагирей…»)

При этом термин «ясырь» – изначально пленница, холопка – используется фактически как синоним постоянной сожительницы. Но при этом немало и «жён венчанных» – при том такие жёны родом из всех окружающих племен: юкагиров, коряков, чуванцев и даже относительно далёких «немирных» чукчей.

Конкуренция за Камчатку

Первые 17 лет эпопеи русских первопроходцев на Камчатке, помимо перманентной войны с аборигенами за ясак, это постоянная война казаков друг с другом. Прямо открытая война, едва ли не с осадой казачьих острогов казаками же!..

После убийства подчинёнными атамана Атласова там 10 лет постоянно колобродят минимум две-три соперничающих групп первопроходцев, а счёт убитым «прикащикам», то есть назначенным от государства должностным лицам, приближается к дюжине. И это при том, что самих первопроходцев за все те годы на Камчатке побывало сотни три максимум, а еще пара сотен полегла по пути, так и не дойдя до полуострова…

Но вообще ситуация понятна.

Во-первых, слишком далеко от ближайшей власти, Камчатка тогда совершенно как другая планета.

Во-вторых, на этой планете – Камчатке от обилия ценностей (счёт соболиного ясака на тысячи шкур ежегодно, то есть цена вопроса сотни миллионов долларов, если на современные деньги) у казаков просто сносило крышу.

И в-третьих, сами казаки-первопроходцы – это очень специфический контингент, по сравнению с которым наши криминальные братки 1990-х годов – это интеллигентнейшие хипстеры… (Хотя пара интеллигентов XVII века, то есть грамотных и начитанных, там была, но убивали не хуже прочих.) От одного даже сохранились собственноручные записи на бересте ягодным соком… Он же написал в Москву многословное объяснение, за что убили камчатского первопокорителя Атласова – в переводе на современный язык, за плохое поведение и сожжённую лисью шкуру… Словом, оч-чень колоритные были люди.

P. S. Читатели как-то задали мне вопрос: Пресловутый «соболиный ясак» с Камчатки во времена казаков-первопроходцев реально можно было отправлять лишь в Россию? Никак осваивавших Японию португальцев и всяких прочих голландцев на своих «торговых кораблях самовывозом» там и тогда не было? Получается, что кто бы из «конкурирующих фирм» не «успевал первым» в сборе ясака, каналы его транспортировки и последующей реализации были все равно одни и те же? Или нет?

Вопрос интересный и важный, и вот ответ на него.

«Соболиный ясак» с Камчатки во времена казаков-первопроходцев (первая четверть XVIII века) реально можно было отправлять только в Россию! Точнее даже в Россию в виде Анадырского острога на Чукотке! И то лишь раз в 3–4 года в силу логистики – и из-за природы, и из-за «немирных коряков», которые на путях туда и обратно тогда убили примерно половину покорителей Камчатки…

А больше ясак (реально в те годы чудовищно огромный, если брать ту пушнину по московским ценам) сплавлять было некуда:

1) западноевропейцы в ту эпоху в эти (условно в эти, на 700–800 км южнее) края заплыли достоверно лишь один раз в истории – голландец Де Фриз в середине XVII века, и потом появятся вновь только в самом конце XVIII столетия;

2) японцы туда сами не плавали, лишь 3–4 раза за век их заносило туда тайфунами и их сразу убивали-грабили ушлые айны;

3) доплыть от Камчатки до Японии на байдарках это как сегодня построить в гараже ракету, способную долететь до Луны…

Так что альтернатив не было, но, собственно, и желаний не было у казаков срулить от России «налево» – лишь один раз нечто такое мелькнуло в следственном деле Козыревского (который там единственный, как внук православного шляхтича из-под Орши, мог нечто такое подумать хотя бы в теории…).

И получается, что да: у государства Российского имелась уникальная ситуация – кто бы из тех конкурентов на Камчатке ни победил, всё одно ясак отправлял государю… То есть такая вооруженная и смертельная конкуренция – типа как если б у нас 2–3 налоговые инспекции убивали бы друг друга за право отправить собранный в области налог в федеральный бюджет).

А в силу конкуренции и регулярных доносов друг на друга, этот ясак платили еще и полностью и даже с перебором (типа вот положенный ясак + личные подарки царю от правильных пацанов). При том еще конкуренты хвастались учётом – то есть мы сегодня, спустя три века, при желании по годам можем посчитать количество того камчатского ясака, вплоть до рваных шкурок. И вплоть до двух шкур каланов, по всем законам дисциплинированно уплаченных Петру I в качестве налога за две колоды игральных карт, имевшихся в ту эпоху на Камчатке…

Служба службой, а табачок врозь…

Если верить жалобам казаков-первопроходцев самому царю, то в 1711 году на Камчатке 4,266 грамма табака стоили как средний дом в Москве.

Продавца за такие цены казаки в итоге убили…

«Девушки обучались сначала разным бесстыдствам у опытных мастериц этого дела и вознаграждали их за уроки…»

Чтобы бытие первопроходцев на Камчатке не показалось ужас-ужас и полной беспросветностью, опишем, так сказать, светлые стороны покорения полуострова. Что такое Камчатка? Это в основном очень специфические племена ительменов (всю специфику надо описывать отдельно). Что такое ительмены в главном? Это торжество толерантности и сексуальной свободы, до которого мы, кажется, и в нашем XXI веке ещё не доросли…

Вот из описаний, сделанных академическими русскими немцами, по поводу семейно-сексуальных обычаев ительменов по личным наблюдениям на Камчатке всего одним поколением позднее первопроходцев:

«Жених совершенно не интересуется, была ли его невеста девственной или нет. Напротив, он доволен, если раньше брака она основательно была развращена другими: таких невест женихи считают более опытными. Если в прежние времена камчадалы, бывало, выдавали за кого-нибудь девственницу, то это вызывало неудовольствие жениха, и он бранил тещу за то, что она плохо и глупо воспитала свою дочь, так как последняя настолько неопытна в любовных делах, что ему пришлось предварительно наставлять ее в них. Ввиду этого девушки обучались сначала разным бесстыдствам у опытных мастериц этого дела и вознаграждали их за уроки. Для того же, чтобы избавиться от подобных гнусных упреков, матери невест еще в нежном возрасте расширяли у девочек половые органы пальцами, разрушали их девственную плеву, и с малых лет обучали супружескому делу…»