Грум 2: Тёмные улицы - Владислав Николаевич Зарукин

разбираться с настройками. — Тебе чего: местного псевдо-чая или этого твоего кофе?

Я нервно рассмеялся и, махнув рукой, подошёл к стойке.

— Кофе. Чай в этой «Луне» ещё страшнее, чем тот кофе, который я попробовал в окрестностях Бара.

— «Бара» — это который заведение Шепа?

— Ну да.

— И что там был за кофе?

Я хохотнул.

— Ты не хочешь это услышать, поверь мне.

Через минуту Джим подошёл ко мне с двумя высокими стаканами, над которыми завивался лёгкий дымок. Развернувшись в сторону выхода, мы упёрлись спинами в стойку и, деактивировав шлемы, немного расслабились.

— Скажи мне честно, Анг. — неторопливо протянул Джим и, внезапно посмотрев на меня, спросил: — Нам ведь пи...?

В конце фразы он произнёс одно весьма нехорошее слово.

Глава 22. Друзья, которые уже здесь

— Я угадал? — переспросил Джим.

«Может и угадал», — подумал я, но вслух сказал немного иначе:

— Нет.

После чего попробовал то, что в этом заведении называли термином «кофе».

— М-м... Не так уж и плохо, кстати.

Джим осмотрел меня скептическим взглядом и кивнул в сторону улицы.

— Как думаешь, остальная планета выглядит так же?

— Нет, конечно. — на этот раз я уже отвечал искренне. — Настолько масштабные изменения не происходят мгновенно, Джим, для этого потребуется время. День, может быть, два или... не знаю... Неделя.

— То есть Адалем превратился в дурдом просто потому, что тут находится эпицентр?

— В точку. — отпив ещё кофе, я окинул взглядом разорённое помещение. — Скажи мне лучше — какова, на твой взгляд, вероятность, что этот демон нам не солгал?

— Л´акток?

— Ага.

Джим хмыкнул.

— Странно, что ты об этом задумался, Анг. И странно, что только сейчас. Ты же вроде бы говорил, что ты ему веришь?

— Я не говорил, что я верю, — возразил я, — я лишь отмечал, что то, о чём он говорит, объясняет происходящее. Ну и ещё выглядит максимально правдоподобно, да.

— И что изменилось?

— Ну, например то, что я его позвал, а он не пришёл. Хотя должен был. Представь, что случилось бы, если бы на месте двойника был настоящий Аспект?

Джим задумался.

— Думаешь, он не отозвался потому, что весь этот катаклизм ему нужен?

— Не знаю. — допив кофе, я осмотрел стакан и поставил его на стойку. — Может, и нужен. А может, он не пришёл потому, что прятался в какой-нибудь подворотне от эмиссара Теней.

— Не упоминай. — мой друг поморщился. — Не дай Бог, вспомнит о нашем существовании и заявится...

Мы не сговариваясь посмотрели на улицу. В помещении бара царил приятный полумрак, а по другую сторону окон плавали клубы тумана и исторгали свет разнообразные аномалии. Улица выглядела, как сюрреалистичный постапокалиптический карнавал.

— Слушай, а... — Джим усмехнулся. — Может, это... Ну... — мой друг щёлкнул пальцами: — Проведёшь тот Ритуал Противостояния? Ну — помнишь, тот, который ты использовал год назад?

— Предстояния. — сказал я. — Да, есть такой. Только он сейчас не поможет. Во-первых, для него потребуется уйма энергии, а я сейчас немного не в форме, а во-вторых — его не следует проводить чаще одного раза в полтора года. А сколько у нас прошло? Одиннадцать месяцев?

Джим вздохнул.

— Понятно. Жаль. Это бы многое упростило. — посмотрев на меня, он внезапно тепло улыбнулся. — Не жалеешь, что не вернулся обратно на Землю?

«Жалею, разумеется», — мысленно ответил я и спросил:

— А ты бы — вернулся?

Джим принялся размышлять.

— Не знаю. — сказал в конце концов он. — Наверное, да. Вернулся бы. Хотя мне, если честно, не слишком хочется встречаться со своим прошлым.

— В каком смысле «со своим прошлым»? — не понял я. — У нас же там и родители, и вообще!

— Родители — это святое. — кивнул Джим. — Но на Земле меня все помнят под другим именем. Понимаешь, что к чему? Хтатова задница, да я за прошедшие годы такого насмотрелся, что, можно сказать, теперь совсем другой человек!

Я потёр шею и подумал о том, что сам я о подобных аспектах своей жизни отчего-то не думал.

— Ладно тебе. — сказал я. — Зато вспомни, сколько там было всего хорошего! Прогулки по улицам, наши с Даниилом забеги по недостройкам. Универ, опять же, всякие там занятия... Маринку вспомни. Помнишь, как у нас у всех был рейд, и мы прогуливали, а они с Витькой додумались позвонить преподу и сказать, что мы...

Джим внезапно издал хрюкающий звук и расхохотался. Несколько секунд я наблюдал за ним с улыбкой, прокручивая в голове смешные воспоминания, а после этого рассмеялся и сам.

— Рейды — это было забавно, да. — произнёс Джим пару минут спустя, когда успокоился, и ткнул пальцем в пространство перед собой. — И ты ведь в такие моменты, в отличие от нас, совсем не переживал. Мы через день играли против команд, которые были объективно сильнее, а ты сидел и рассуждал о том, на какую экипировку и внешки потратишь свой выигрыш.

Я улыбнулся воспоминаниям и кивнул.

— Да... Было дело.

— И ведь побеждали... — задумчиво протянул Джим.

В этот момент на улице завыла сначала одна сигнализация, а почти сразу после неё — другая.

— Дьявольщина... — выдохнул я, когда к первым двум сиренам присоединилась третья. После этого зазвучала четвёртая. Пятая... Несколько минут спустя на окрестных улицах пищали и завывали все системы оповещения до единой.

— Похоже, наш перерыв закончен. — сказал Джим и, отбросив в сторону стакан, активировал шлем, после чего направился к выходу. — Анг, ты идёшь?

— Ага. — я вывел перед собой перемещающую Формулу, шагнул в неё и оказался на улице. — Для начала предлагаю вернуться к тому д...

Прервавшись на полуслове, я замер и уставился в небо, где над улицей нависал неторопливо увеличивающийся в размерах военный крейсер.

* * * * * *

То, что эта громадина через пару минут упадёт нам на головы, я понял сразу. В принципе, вариантов действий в такой ситуации мало: либо открывать портал в субреальность и тонкие планы, либо очень быстро перенестись на пару кварталов в сторону. Решение требовалось принимать как можно быстрее.

И я его принял.

— Джим!

Надо отдать моему другу должное —