Архимаг, который живет в подвале. Том 1. Том 2 (СИ) - Оро Призывающий

изобразить, что сидите вдвоём, потому что у вас тут просто своя атмосфера, а не потому, что нахрен никому не сдались?

Я аж поперхнулся, не веря своим ушам.

— Нет, вы только взгляните на них, — продолжала измываться девица — та самая, что недавно морозила моего нового собутыльника. — Какое же жалкое зрелище…

Я смотрел то на неё, то на на Вячеслава. На моем лице расцвела улыбка.

Мне не верится, что человек способен всерьез нести такую пургу, а значит…

Наконец-то начинаются ролевые игры!

И, судя по напору, Славик ей ну уж очень сильно приглянулся. Хочет властвовать над ним или вроде того. Иначе я не могу объяснить, почему она уже второй раз на пустом месте докапывается до него. Какой-то фетиш на тихонь?

Повернувшись, я уставился на девчонку; за её спиной маячило сразу трое молодых парней в костюмах и, похоже, в этой ролевухе они были с ней заодно.

Увы. Мне сейчас это не интересно. А отдавать ей Славика я не хочу. Так можно подставиться на диалог с кем-то, кто знает этого Эрмита или его отца лично.

Так что гуляй отсюда, блондинка.

— Я, конечно, безумно извиняюсь, но… — начал я…

У меня было несколько вариантов, как отмазаться от неё и прекратить этот диалог побыстрее. Я остановился на самом верняковом.

—…но нас с уважаемым собеседником не интересуют услуги эскортниц, — тонко и культурно заметил я.

Вы когда-нибудь видели, как глаза за секунду лезут на лоб? Вот, это оно; сразу в четырёх экземплярах. Нет, в пяти — мой «уважаемый собеседник» выпал в осадок не меньше остальных.

— Что? — я приподнял бровь. — Решила, что этих троих тебе на вечер будет маловато, ищешь себе ещё клиентов? Тогда это не к нам; я не выходил из дома пятнадцать лет, и глядя на тебя, похоже, не зря.

Это всяко должно поумерить либидо этой дамочки.

— Ты… ты совсем страх потерял⁈ — наконец, обрёл дар речи один из троицы парней, пока остальные глотали воздух и не могли понять, что происходит. Впрочем, после его слов они быстро-быстро закивали.

Я лишь окинул их снисходительным взглядом. Значит, всё-таки продолжают попытки затянуть нас со Славиком в свои грязные игрища.

Вам мне тоже есть что сказать.

— Ну а вы? Что, решили сэкономить и сообразить на троих? — я покачал головой. — Не советую. Трём кроликам будет тесно в одной норке, господа. Даже если кролики миниатюрные.

— Ты… — поперхнулся ещё один из парней. — Тебе конец. Не знаю, кто ты такой, но…

И здесь начался галдёж.

—…такому мусору вообще лучше не появляться в приличном обществе…

—…трижды подумаешь, прежде чем…

—…думаешь, что смеешь такое говорить…

Три голоса накладывались друг на друга, не давая расслышать фразы до конца; я презрительно поморщился, не отводя взгляда.

Хорошо. Мне начинает надоедать. Может, сделать вид, что я тоже доминант и они обратились не по адресу?

— У вас со слухом проблемы? Славик остается со мной. Найдите себе кого-нибудь ещё.

Все трое снова осеклись; глаза девчонки и вовсе готовы были выскочить.

Молчание.

Ещё молчание.

Сбитые с толку, полные ярости взгляды, направленные друг на друга. Видимо злятся, что я ломаю им приятный вечер со Славиком.

А затем…

—…пошли отсюда, — сморщилась девица, втягивая глаза обратно на положенное им место. — Он просто ненормальный.

— Да, точно, — согласился один из парней. — Ещё руки пачкать…

Ну наконец-то до них дошло.

Я пожал плечами и отпил шампанского прямо из бутылки.

— Т-так вам… лохи! — несмело крикнул им в спины только сейчас отвисший паренёк.

Я криво покосился на него. Ну, первые шаги на пути из пассивов — это похвально, но тебе — в отличие от меня — ещё как-то разгребать это потом.

Впрочем… твоё дело. Я почесал затылок.

Что же до меня, то я вижусь с ними в первый и последний раз. А даже если это не так, и меня впереди ждёт увлекательная и блестящая карьера главного уборщика в поместье Грачёвых… тогда в их же интересах будет помалкивать о том, как им прилюдно отказала прислуга. Да и что они мне тогда сделают? Лишат работы?

Паренёк, однако, глядел на меня чуть ли не с мистическим благоговением.

— Ого!.. — он покачал головой. — Ты… вы… ты так запросто поставил их на место… Они мне уже несколько лет на нервы действуют…

— А чего церемониться? — сощурился я. — Запомни, друг, если не будешь стоять за себя, то будешь стоять… раком.

Паренёк кивал; взгляд его говорил о том, что шампанского ему уже хватило.

Что же до меня…

Первая бутылка как раз подошла к концу. Я как раз потянулся ко второй, когда…

— Это он!

— Он вышел!

— Смотрите!

Я не уловил, кто первым начал эти тихие шепотки, но, возникнув, они в момент охватили весь зал. Мой спутник тихо ойкнул и едва не выронил бокал, уставившись вверх, на небольшой балкончик; шампанское уже выветрилось из его испуганных глаз.

А в чём дело-то? Я с любопытством посмотрел наверх.

Старик на балконе, одетый в длиннополый балахон, выглядел так, будто его не кормили уже месяц. Об этом говорили и мрачное выражение лица, и запредельная худоба. Как там говорил паренёк, по слухам, ему пятьсот лет? Что ж, в это несложно поверить, он выглядит на все шестьсот.

Я даже проникся к нему каким-то уважением. Мало того, что участвовать, да ещё и организовывать подобное в таком возрасте… каждому бы так.

Старик воздел руку, и шепотки мигом стихли. Какое-то время он стоял молча, вцепившись сухими пальцами в перила; он смотрел куда-то в центр зала, совсем в другую сторону, но у меня почему-то было ощущение, что его взгляд направлен прямо на меня.

Нет, нет. Это ты не по адресу.

— Мои милые… сыновья и дочери, — наконец, начал пенсионер негромким, вкрадчивым голосом, делая свободной рукой какие-то непонятные пассы. — Мне радостно видеть, как много собралось вас здесь сегодня, в этот судьбоносный день.

Что я больше всего не люблю в аристократах — так это то, что они даже потрахаться без длинной речи не могут. Но других, кажется, это пронимало. В зале стояла полная тишина; все не дышали, боясь потерять хоть слово.

— Многие из вас знают, зачем мы здесь собрались, — продолжал тем временем старик, чуть покачиваясь; двое мордоворотов стояли на балкончике метрах в пяти — видимо, чтобы подхватить деда, если он начнёт терять сознание. — Те, кто не знал — догадывались. Вот уже много лет я возглавляю Культ; силы мои иссякают, я устал, сыновья мои и дочери. Но я не мог уйти, не избрав себе преемника.

Старик выдохнул, делая паузу.

— Но теперь наконец-то, впервые за это время, появился достойный кандидат, — заключил он, вцепляясь в перила и второй рукой. — И он среди нас.

А вот теперь по залу прошёл новый шёпот. Те, кто постарше, как-то странно запереглядывались между собой; молодёжь, наоборот, выглядела возбуждённо и взволнованно.

Меня же это заботило мало. Я притворяюсь каким-то хилым пацаном, который даже из дома толком не выходил. Вряд ли такой способен стать Великим Гэтсби от мира плотских утех.

— Это… — паренёк, кажется, был под впечатлением от происходящего. — Такого раньше никогда не было!

Взгляды бегали по залу; все гадали, кого же выберет дедуля. В каком-то момент я поймал на себе взгляд той блондинки, что донимала нас немного ранее. Может, надеется, что если станет новой главой, то мы с Вячеславом не сможем ей отказать?

— Что ж, — заключил старик, выдержав драматическую паузу. — Не буду томить вас долго. Моим долгожданным преемником будет… Александр Эрмит.

А вот это всё усложняет.

— Так это… это же… это же ты! — взвыл мой друг; на этот раз бокал всё же выпал из его руки.

Чёрт, пацан, ты мог ещё громче заорать⁈ Так бы они искали меня взглядами ещё полминуты, а теперь на звук бьющегося стекла обернулись абсолютно все. По счастью, за секунду до этого я одним рывком я натянул на лицо маску, выданную Алисой.

Спасибо деду и его играм в чапаевские шашки, что развили во мне быструю реакцию.

Бл*ть.

Лица, лица, лица — со всех сторон. Теперь старик забыт и все смотрят на меня. Кавадзаки, потрясённый до глубины души… и не он один, впрочем. Вон, девчонка и те три парня практически белые от осознания, кого они только что хотели сделать своим сабмиссивом.

— Что ж! — сухой голос старика вновь загремел над залом; люди попеременно оглядывались то на меня, то на него, не желая ничего упустить. — Ешьте,