Я Гордый 5 - Тимур Машуков

между собой, пульсировали, то напрягаясь, то расслабляясь.

Молния тут же разделилась на множество частей и пошла себе гулять по ее телу, проникая в каждый из клубков и показывая мне общую картину. И она мне очень нравилась. Даже у своей мамы — вот уж кого я считаю совершенством, — не было такой чистоты и яркого света здоровья. Организм берегини был просто в идеальном состоянии.

Как такого вообще можно добиться⁈ Может, она травки какие пьет или все дело в экологии? На здоровой-то пище всю жизнь сидеть — и не такое может получится. Даже жалко будет ее забирать к нам, в цивилизацию.

— Годится, — подвёл итог я, убирая руку и возвращая себе прежний вид.

— Ты что со мной такое сделал⁈ — ноги ее дрожали и она без сил рухнула на лавку. Правда, сознания, как обычно случалось со всеми, прошедшими эту процедуру, не потеряла.

— Совет вам, да любовь! — прослезился Кудеяр.

— Ах! — она вскочила и закружилась по комнате.

Ага, значит, побочка все же у всех одинаковая. Учту.

— Как же мне хорошо-о-о-о!.. Что значит — годится? — вдруг замерла она.

— То и значит. Собирайся, поедем во дворец. Буду тебя с мамами и невестами знакомить.

— Что? Вот так сразу? Я так не могу, — тут же сдала она назад. — У меня же хозяйство, да и с духами надо договориться. Приходи сюда через два месяца, коли не передумаешь. Сделай все, как положено, тогда и веди меня, куда пожелаешь.

— Хорошо, — не став спорить, кивнул я. — Жди, я приду. Не обещаю тебе жизнь спокойную, да размеренную — скорей наоборот. Зато скучно не будет.

— И на том спасибо, — стрельнула она глазами. А потом шагнула ко мне и поцеловала в щеку. — Годишься, -кивнула она, и мы дружно улыбнулись.

— Это ж повод, чтобы выпить! -воскликнул дед, и на этот раз его крик души был услышан и принят.

Стол накрыли заново, на этот раз уже с хмельным медом. Я и сам не заметил, как тут же в трапезную набилась куча народа. Причем, сразу я и не понял, что людей-то среди них не было. Я сначала подумал, что Леший да Кикимора — это просто клички такие, ан нет. Оказались самые настоящие.

Подходили, смотрели в глаза, чинно представлялись. Кто-то ободряюще похлопывал по плечу, кто-то просил беречь Лучезару. Парочка шишиг заявили, что порвут за нее любого, а кикимора вызвалась быть ее подружкой на свадьбе.

Представив себе, как вся эта, раньше казавшаяся сказочной, нечисть придет во дворец, я расплылся в хулиганской улыбке, заверив их, что всегда им рад.

За это получил кучу благословений, заверения в дружбе и взаимопонимании. Леший даже шепнул, что на свадьбу подарит такой отвар, что моя мужская сила пробьет потолок.

Домовой представил мне своего сына, что с радостью переберется во дворец, потому как он пустой и защиты на нем нет. Мелкого парня звали Огонек и мы с ним сразу нашли общий язык. Идея сменить место жительства пришлась ему по вкусу, а предстоящей работы он не боялся. Обещался поставить такую защиту, что ни один Темный не взломает.

Ну да, домовой на своей территории подобен богу, и пока дом стоит, то и он будет жить. Поэтому в его защите домовой заинтересован сильней всех.

Вот так неожиданно я не только поговорил с волхвом, но и обзавелся еще одной девушкой и приобрел кучу друзей.

Пьянка затянулась до поздней ночи. Мой организм, способный переварить даже, наверное, кислоту, с наливкой Лешего не справился, поэтому я знатно окосел уже ближе к концу пиршества.

Лучик — так я стал звать Лучезару, — ругая нас с дедом, выпихнула обоих в портал — потому как без него я пройти этой дорогой не мог. Мол, мне пора домой, а ей еще в доме порядок наводить.

Сурья кипит в котелке над огнем,

Солнечной сурье мы славу поем.

Сила текущая, радость дающая,

Ты породила Сварога могучего

Этот Сварог в небесах простирается,

Как белый свет к нам на землю спускается,

Он, нерожденный — причина всему,

Славу поем мы ему одному.

Кто сурьи отпил, тот Сварога узрел,

Сварог обнимает небесный предел,

Он вышел из Рода и Род породил

Выпустив в свет шесть струящихся сил.

Обнявшись, мы орали песню, которую я успел выучить, потому как за время застолья мы пели ее не раз.

Младшие волхвы при виде нас разбегались в разные стороны, боясь попадаться на глаза двум сильным мира сего. Дойдя до выхода, мы с дедом обнялись — уже как родственники. После чего я пошел в сторону ожидавшей меня охраны, а Кудеяр, осенив меня сварожьим защитным кругом, отправился продолжать попойку.

Начальница гвардеек с заметно дергающимся глазом смотрела на меня так, будто хотела прибить. И главное, за что? Хотя, да, наверное, я заслужил. Нет, не за то, что заставил их ждать — работа у них такая. А за то, что они за время моего отсутствия уже насколько раз успели написать завещание. Почему? Да потому что мой браслет, с помощью которого они за мной следили, сначала показал, что я вроде тут, а после, мигнув, оказался за тысячи километров от этого места.

Те сразу всполошились, но лезть сами в Храм богов остереглись, потому как если они ошиблись, произойдёт сильнейший скандал с неприятными лично для них последствиями.

Связавшись с начальством, они обрисовали ситуацию, и им просто приказали ждать на улице, призрачно намекнув, что, мол, со мной все в порядке, а если всё-таки нет, пусть сами себе могилы роют.

Вот им и не оставалось больше ничего, как ждать, проклиная меня на все лады, но не заходя внутрь. Все, что им удалось узнать, так это то, что я ушел с Верховным волхвом, в чьи дела соваться не следует.

Мое появление они с одной стороны встретили с облегчением, а с другой — с жаждой убийства в глазах. Однако это не помешало им со всей вежливостью усадить меня в машину, а после передать мою спящую тушку выскочившим из дворца слугам.

Ну да, я банально вырубился. Организм воспринял встряску положительно, опасности не было, так что я расслабился, тем более, что обещал себе забухать. Так что считайте, что с этого момента я официально в отпуске. Или не считайте, мне по хер. Я спал и пел, и казалось, мне подпевают сами боги. Уж очень добрый