Тваремор 2. Месть Альфы - Евгений Юллем

К назначенному месту я прибыл ровно через час, припарковав машину прямо посреди стоянки супермаркета. Это, видимо, чтобы я не успел расправиться с посланцами ведьм под пристальными взглядами мамаш, волокущих корзины к багажникам своих авто и их сопливыми отпрысками. А также охраны и изредка мелькавших мусоров. В общем, место для работы — ужасное.

Ждал я недолго, минуты три. А потом появилась сладкая парочка, которых я сначала принял за хипарей или кто у нас там всякий трэш на себя напяливает? Их местные собратья родноверы или кто там у нас из себя дурачков изображает? Все их родноверие представляет собой группенсекс под травку с непременной атрибутикой славянских богов. Знали бы вы, придурки, под кого косите…

— Ты, что ли, Иван? — чувиха наклонилась к полуоткрытому окну машины.

Я невольно отшатнулся. Шалава явно лифчик не носила и зубы не чистила.

— Не облокачивайся на стекло, а то лопнет — порежешься, — предупредил ее я из самых добрых побуждений.

— Ты, что ли, порежешь? — хохотнула она. — Дядя, ты не в том положении, чтобы вонять.

— Девочка, тебя не учили, что хамить нехорошо? — спросил я, смотря поверх очков. — И вредно для здоровья?

Вместо ответа парочка села в машину, специально закрыв двери с таким грохотом, что я аж поморщился. Еще один минус им в карму.

— Где Герда? — спросила шалава.

— Прислушайся, — посоветовал я.

Бам! Бам! — доносилось из багажника.

— Ты запер высшую ведьму в багажник? — прошипела шалава. — А ну, выпусти ее!

— С удовольствием, — хмыкнул я. — Будешь вон сама с вон теми мусорами объясняться.

Я кивнул на остановившуюся машину полиции. Два очень жирных полицейских явно заехали купить че-нить пожрать из вкусной и нездоровой пищи. Да, имперская полиция — это что-то с чем-то…

— Рули! — она достала шприц с черной жидкостью, сняла колпачок и прицелилась мне в шею. — Если что-то не так — знаешь, что это?

— Знаю, — сказал я, заводя мотор. — Кровь мертвеца, яд для вампира.

— Хуже, — сказала она. — Кровь дампира.

Меня аж немного перекосогребило. Это уже выходит за рамки. Да, от крови мертвеца мы просто мрем, а от крови дампира… Все равно, что впрыснуть человеку в кровь серную кислоту. Кровь дампира оказывает на нас примерно такое действие.

— Так что рули, пока не впрыснула!

— Куда?

— Вперед, а там покажу.

— Ладно, — сказал я и выехал с парковки.

Долго же меня водили, пока, наконец, не остановились в одном из неблагополучных районов. На помойке.

— Что, приехали?

— Не спеши, дядя, — сказала чувиха, поигрывая шприцом. — Выпускай Герду и показывай нам то, что у тебя на обмен. Да, ключики от машинки оставь, они тебе не понадобятся. Пойдешь домой, подождешь свою неживую подружку…

Ага. зубы заговаривает. Примеривается, как получше иглу воткнуть.

— Да что мы все в машине да в машине! — сказал я и тронул ручку двери.

Нет, никто меня выпускать не собирался. Парень попытался накинуть мне на шею гарроту, а девица — воткнуть мне шприц.

Я ушел на ускорение. И вышел из него.

Девица медленно оседала на сиденье со шприцем, торчащим из глазницы, а парень валялся в нокауте. Нет, не подумайте, я не такой добрый, что в живых его оставил. Просто мне нужен язык. В переносном смысле.

Я отъехал подальше в промзону, нашел какие-то заброшенные гаражи и занялся уборкой. Мусор к мусору — так, кажется, в писании сказано?

Тело неудавшейся ведьмы я забросал мусором, которого вокруг было в изобилии. Ну так уж получилось, что кровь дампира смертельна и для человека, в отличие от нашей целебной. И получить в глазницу с последующим попаданием в мозг — смертельно. Не рой яму другому, опять писание не врет…

А теперь займемся молодым недоделанным волхвенком. Я связал его руки его же удавкой и накинул петельку на шею. Старая рабочая схема пеленания пленных, не оставляющих им никаких шансов на побег.

— Эй, проснись и пой, сучонок! — я от души залепил ему оплеуху.

Лучший способ побудки. Водички в морду не дождется, не тот случай.

Парень открыл глаза, начал извиваться и при этом орать — струны впивались в тело.

— Ай-яй-яй! — посетовал я, глядя на него. — Ну зачем же так дергаться, можно ведь и порезаться ненароком… с гарантией сто процентов!

— Отпусти! — благородным негодованием в его голосе можно было плавить сталь.

— С чего вдруг?

— Я волхв! — с пафосом заявил он.

— Ты — личинка волхва, — просветил я его. — И жирной навозной мухой-колдуном тебе уже не стать. Так что смирись. И расскажи мне, кто, кому, где и когда!

Я выкрутил свое убеждение на максимум. Все-таки колдун, морда волхвовская. Но слабенький еще. Хотя наглый, ажпесец. А я наглость от еды не люблю. Ну вот, аж под ложечкой засосало… Давно я кровушкой врагов не причащался!

— Ну! — поторопил я его.

И мелкий колдунишка начал колоться. Ага, все-таки без питерского ковена не обошлось. А еще более интересное, вертела всем этим — кто бы вы подумали — Магда! Та самая кошелка, что нас сюда якобы и вызывала для расправы с Канаверовым.

Вырисовывалась прямо-таки шаблонная ситуация, хоть картину рисуй, маслом. И сыром.

Получается, ведьмы должны Канаверову что-то такое, что не могут или не хотят отдать. Что-то милое их черным сердцам. И естественный выход из такой ситуации — грохнуть кредитора. Причем, выход шикарный — наследников нет, та зубастая свора недомерков-бет для высших ведьм как бродячие собачки, не более того.

Вот и вызвали они, пользуясь половым интересом высшей ведьмы из Устьевска ее любовника-вампира, по совместительству — Альфу-один. У которого с питерским гнездом и его альфой свои счеты. Дешево и сердито. Пусть поможет, а мы ему дензнаков отсыпем и подарим пылесборник, много лет хранившийся в запаснике и никому нахрен не сдавшийся. Но оформим это так, что Альфа еще и должен будет.

— Хрен вам по всей морде, кошелки! — громко сказал я.

Услышав около своих ног копошение, я опомнился и вспомнил, где вообще нахожусь. Волхвенок, находясь под гипнозом, больше освободиться не пытался.

— Сейчас ты мне расскажешь полностью, где находиться логово ковена, где держат мою подругу и все подробности по тому месту.

— И вы меня отпустите? — с надеждой спросил