Возвращение демонического мастера. Книга 4 - Антон Романович Агафонов

— Это сложно объяснить. Они как бы люди, но как бы нет.

— Рю, говори яснее, пожалуйста.

— Да-да… Если коротко, то у них нет души. Они что-то вроде сосудов, в которые была вложена искра Вечности, и именно она заменяет им душу. Поэтому у них нет меридианов, и они не возвышаются.

Я задумался над его словами. Гарез и Дорман всегда мне казались странными, словно не от мира сего. Но я всегда это списывал на то что-то вроде разницы культур, ведь они пришли сюда из внутренних витков, и там жизнь может быть совершенно иной. Но выходит, что причина в ином. Они не люди вовсе.

— Они големы из плоти и крови, — подытожил Рю.

— И чем ещё они отличаются от людей помимо возвышения?

— Они бессмертны.

— Лорды тоже бессмертны.

— Нет, это не так. Чем выше твое возвышение, тем дольше ты проживешь. Но жизнь так или иначе конечна. Даже Лорды стареют. Очень медленно, их жизнь будет длится тысячи лет, но однажды и они покинут этот бренный мир.

— А Непорочные, значит, нет?

— Нет, — покачал головой Рю. — Их время замерло навсегда. Но это в свою очередь значит, что у них не может быть детей.

— И как же они тогда размножаются?..

— Никак. Каждого из Непорочных создала Вечность самолично. Они, как и мы, драконы, видели зарождение этого мира, и… — но Рю не закончил. Он вновь стал мрачным и задумчивым, каким становился в последнее время всё чаще.

— И?..

Но Рю не спешил продолжать.

— Ты сам завел этот разговор, — напомнил я. — Ты что-то вспомнил и не хочешь мне говорить.

— Ты прав, — подтвердил он. — Но это к делу не относится. Я хочу сказать, что меня очень беспокоит то, чем занимается Гор Вей. От тебя я уже знаю, что он пытался вложить фрагмент своей души в тело мертвого дракона. Теперь же ему зачем-то понадобились двое Непорочных, внутри которых есть искра Вечности. Он пытается что-то сделать, используя первородные силы этого мира, а так нельзя!

— Это не мое дело, Рю, — вздохнул я. — Пусть Вечная Божественная Гвардия сама разбирается с этим.

— Они не успеют, это должны сделать мы.

— Не понимаю, почему тебя так сильно это все задевает, — вздохнул я. Рю был очень озабочен всем происходящим. Гораздо сильнее, чем я сам.

— Почему… А представь, что твоя мать умерла, и кто-то раскапывает её труп, чтобы с ним позабавиться? Вот что я сейчас чувствую, Нейт. То, что он делает, неправильно! Он трогает силы, которые не имеет право трогать, и одна лишь эта мысль выворачивает меня наизнанку! Прошу, Нейт. Я многому тебя научил, дал тебе тело бога войны, и я прошу тебя только об одном — останови его.

И вот я вновь в караульной ордена Божественной Кары, полон сил и готов к бою. Жаль что Зиргула поблизости не было. Я его чувствовал через привязку, но не спешил давать приказ о возвращении, ведь понятия не имел, кто рядом с ним сейчас. То, что я сбежал, вне всякого сомнения скоро заметят, но не стоит сообщать об этом раньше времени.

Взяв связку ключей, я ещё раз быстро пробежался по подземелью и заглянул в каждую камеру. К сожалению для меня, темница оказалась пустой. Никого из моих товарищей тут не было, так что пришел черед выбираться наружу. Немного петляния по темным коридорам и открытия промежуточных дверей, и вот я на улице. Там меня встретила пара стражников, но они умерли быстрее, чем успели сделать хоть что-то.

Трупы я быстро затащил внутрь и закрыл дверь на замок. Теперь прежде чем орденцы поймут, что что-то не так, им придется выломать дверь, а та, между прочим, усиленная символами. Специально, чтобы воины не могли так просто сбежать. Но как же это глупо, когда у стражи есть ключи от этих дверей.

Оказавшись на улице, я первым делом осмотрелся, и тут меня ждал крайне неприятное открытие. И даже два. Первое — пленников держали на улице. Все они сидели на коленях прямо на центральной площади, где ещё недавно я сражался с Рокко Суном. И все скованы оковами, ограничивающими использование внутренней энергии. Сейчас все они были простыми людьми, не способными разорвать цепи. Прямо перед ними орденцы готовили всё к предстоящей казни.

Второе — их было очень мало. Человек тридцать, не больше. А ведь в крепость вошло почти пять сотен воинов. В итоге за какие-то пару дней из тысячи воинов, пришедших в крепость ордена Божественной Кары, в живых осталось только тридцать… Дух Спирали определенно нас покинула.

Подойдя поближе и затаившись, я стал их внимательно осматривать. Без труда заметил Лей, уж слишком сильно бросались в глаза её огненные волосы. На вид цела, но половина лица заплыла от синяков. Рядом Мор, и вот на нем живого места не было.

Луй сидел за ними и тоже на вид цел. Гаррону и Хон Винга найти тоже не составило труда, но что-то радости от этого не испытал. Винг даже не сидел, лежал, и создавалось ощущение, что он вообще до рассвета может не дотянуть. Гаррона лишилась руки, но в остальном вроде пострадала не так сильно.

Выжил и Эдрид фэн Юсур, но тоже выглядел плохо. У него была разбита голова, запекшаяся кровь заливала лицо.

А вот кого я не увидел, так это Харифа. Ублюдок… Не так много людей в этом мире способны вызвать у меня ненависть, но у Харифа это получилось. Он попытался уничтожить мою сосредоточие, и это после того, как я всех спас. Никчемный кусок дерьма.

Мог ли я его прикончить до того, как меня схватили?

Если так, то очень жаль. Он бы у меня подыхал долго и мучительно.

Я сделал вдох и погрузился в неглубокую медитацию, прогоняя эмоции. Они сейчас только мешали. Нужно освободить друзей, но я никак не мог придумать, как.