Тваремор 2. Месть Альфы - Евгений Юллем

— Хорошо, что тут не оказались профессиональные папские или султанские охотники на демонов.

Лами аж передернуло. Память о прошлом рабстве была вшита намертво.

— Да уж. Если бы не туристы, я бы его выпила. Всю идиллию нарушил, идиот! Ты со снимками управишься?

— А теперь часть нашего представления! — встал из-за столика я. — Удалите с ваших телефонов все снимки и забудьте о том, что видели.

— Смотри-ка, работает! — сказала Лами, глядя как окружающие за столиками начали лазать в смартфонах.

— Еще бы, — ухмыльнулся я. — Навык я не потерял.

— Теперь осталось дождаться…

— Дождались, — я показал на смартфоне кадры с фотоловушки у трассы.

— Готовность пять минут, — посмотрела на часы Лами. — Поехали!

Я кивнул и нажал кнопку. И из мусорной урны пошел газ, способный отпугнуть кого угодно.

Сначала начало попахивать газом, как будто кто-то не закрыл вентиль плиты. А потом вонизм начал усиливаться, пока не достиг такой степени, что люди стали кашлять и давиться, пытаясь сдержать рвотные рефлексы. Ну и естественно, площадь очистилась в мановение ока. Никого, вообще никого.

— Работает, — сдавленным голосом сказала Лами и натянула газовую маску, как и я.

Демоны в человеческой морфе уязвимы почти так же, как и люди — соответствие формы и содержания. А если бы Лами перекинулась в свою исходную…

И вот, наконец, на площадь выехал искомый «Руссо-Балт». Проехал по брусчатке, пропустил между колесами люк… Я нажал кнопку.

Нет, я, конечно, ожидал всего, закладывая противотанковую мину в канализационный люк. Точнее, ее установила Лами, тихо выйдя со своих тайных нижних троп. Но то, что лимузин разберет на части…

Рвануло так, что в округе на версту не осталось ни одного целого стекла. Огромный столб пламени вырвался из колодца. Я еще краем глаза заметил, как улетает в голубые дали двенадцатицилиндровый движок, махая на прощание крыльчаткой вентилятора, как лимузин становится на попа и переворачивается на крышу…

— Зае…сь! — с восторгом сказала Лами, аж глаза загорелись.

— Работаем! — оторвал я ее от созерцания красивого.

Лимузин, точнее, то, что от него осталось, горел. Но бронекапсула с теперь уже непрозрачными стеклами, уцелела — надо же! Это же какую надо охранную магию использовать, чтобы пережить такой взрыв? Но все равно, тем, кто внутри, досталось по полной — кровь из ушек, а то и из глазок гарантирована.

— Готов? — спросила меня Лами.

Я кивнул.

— Пошел! — она обхватила меня, нырнула в нижний мир, и выкинула меня прямо в салон лимузина.

Осталось, честно говоря, от него мало. Все перевернуто кверху ногами, воняет бензином и спиртягой от разбившихся бутылок из бара. Я, матерясь про себя от впивающихся осколков стекла под руками и ногами, нашел тайного визитера, посещавшего нашего дорогого друга Канаверова. Женщина лет сорока, холеная, в дорогом светло-сером костюме явно от Лидваля. Правда, сейчас она походила больше на обитателя морга после избиения ломами, а заляпанный всем подряд костюм годился только на половую тряпку.

Отлично. Я поднатужился и открыл бронированную дверь. Затем вытянул тело и пристегнутый к руке алюминиевый кейс наружу. Лами уже ждала.

— Готов? Пошли! — она обхватила нас и мы провалились в нижний мир.

Прогулка была недолгой, и Лами, проведя нас по своим тайным тропам, вытолкнула всех прямо на склад.

— Посмотри, она еще не окочурилась? — спросила Лами, глядя на нашу добычу.

— Нет, хотя пульс слабый, — я посмотрел на сереющую кожу жертвы.

— И похожа больше на заложного покойника… — покачала головой она.

— Это поправимо, — я рванул зубами запястье и прижал его к губам нашей жертвы похищения.

Вот сразу же пошло как надо, кровь вампира работает великолепно. Жертва порозовела, дыхание выровнялось, веки дрогнули, сейчас не дай бог проснется…

— Не так быстро! — и Лами надела ей на шею цепочку из метеорного железа и браслеты с этим же материалом. — Тащи ее на топчан! Да подожди, раздевай!

— Кейс сними, — посоветовал я.

— Точно! — спохватилась она и достала шпильку. — Все!

Мы содрали с нее одежду, как в реанимации, куда ты попадаешь сирым и голым. Тут и психологическое воздействие — нагой человек как бы чувствует себя более беззащитным, и практическое — чтобы исключить сюрпризы, спрятанные в одежде.

Мы перетащили жертву на топчан, и там Лами пристегнула ее еще крепче.

— Ну а теперь посмотрим, кто у нас тут… — она зарылась в ее белье. — Ничего.

— Значит, Канаверов знал ее в лицо.

— Ты прямо капитан очевидность, — усмехнулась Лами.

— Ты не зубоскаль, кейс лучше открой, — посоветовал я.

— Тут зубочисткой не обойдешься, — сказала она. — И ее отпечатками тоже. Должен быть код.

— Проснется — будет, — пообещал я.

— Тогда пробудим нашу спящую красавицу!

И Лами начала хлестать ее по щекам.

— Проснись и пой, кошелка! — просительно сказала она и влепила несколько звонких пощечин, от которых голова тетки мотнулась взад-вперед. — Да ладно, можешь не притворяться, я же вижу!

Наша похищенная открыла глаза. И вот уже поначалу бессмысленный взгляд налился злобой, глазапозеленели, она зашевелила губами и…

— Не старайся, подруга! — рассмеялась Лами. — Ничего у тебя не выйдет, колдовать не получится.

— Демон! — прошипела тетка.

— Высший демон, поправочка! — осклабилась Лами. — Да еще и суккуб!

Она с показным вожделением посмотрела на обнаженную тетку.

— Что, суккуб, нравится? — усмехнулась тетка.

— Как бы тебе сказать… — задумчиво сказала Лами. — Я вообще-то по мужикам, но, если что… Только вот, боюсь, тебе сладенького не обломится, у нас на тебя другие планы. Хотя и могу подарить милосердную смерть через величайший оргазм, но это надо заслужить.

Она заговорщицки подмигнула ей.

— Итак, кто ты и какого лешего постоянно ездила к Канаверову?

— Да пошел ты, нечисть сраная, — тетка попыталась плюнуть в меня, но у нее ничего не получилось.

Могла только кандалами погреметь и поелозить на клеенке кушетки — и все, сейчас она бессильна.

— Лучше говори, — я подпустил свой дар. — А то мной займется моя помощница.

— Ничего не скажу… О-о-о! Да! — она пыталась сопротивляться, но у Лами были свои методы, как расслабить партнера, а вдвоем мы могли расколоть кого угодно. От прикосновения Лами она аж