Повелитель огня III - Алексис Опсокополос

— Борислав, наверное, тоже так думал, — парировал Николай. — И Светозар тоже. Ты не должен сейчас забивать голову ни местью, ни наведением справедливости. Ты должен думать, как стать сильнее. Чтобы в один прекрасный день забрать трон у дяди.

— Не забрать, а вернуть!

— Да плевать, называй как хочешь. Главное — хорошо думай, прежде чем что-то делать! И что бы ты ни придумал, ты должен быть уверен, что это лучшее решение из всех возможных.

— Пока ко мне только одна мысль пришла, в которой я уверен: мне не то что в Велиграде не стоит появляться, мне вообще не надо как-то показывать, что я жив.

— Умная мысль, — похвалил меня Николай. — Если надо, запустим слух, что Владыка Севера тебя казнил или отправил на рудники, отобрав огневеста. А чтобы у тебя совсем не осталось сомнений, в том, что ты не просто слаб, а очень слаб, я, пожалуй, организую для тебя одну тренировочку и кое-что покажу.

— Я и так понимаю, что слаб, — сказал я. — Но от тренировочки бы не отказался.

— Организую на днях, — пообещал Николай. — Сразу же после того, как Добрана покажем огневикам. Ну а сейчас пойдём, нас уже заждались.

Владыка Севера медленно поднялся с трона. Массивные подлокотники скрипнули, когда он опёрся на них ладонями, полы плаща легли волной по каменным ступеням.

— Пойдём, — повторил он, после чего сошёл вниз и отправился к выходу из зала.

Я поспешил за ним. Мы пересекли тронный зал и вышли под высокий свод арочного проёма, оттуда попали в широкий коридор. Шли молча. Под сапогами гулко отзывались каменные плиты, и звук шагов уходил под свод. Пару раз свернули и вышли уже в коридор, ведущий к обеденному залу — он мне был знаком.

В конце этого коридора у двустворчатых дверей из чёрного дуба стояли двое слуг в одинаковых камзолах с серебряной тесьмой. Николай на мгновение задержал шаг, бросил на меня взгляд и произнёс:

— Ты спрашивал про моих аманатов. Сейчас ты с ними познакомишься. Ну и ещё я тебе маленький сюрприз приготовил.

— Надеюсь, хороший сюрприз, — сказал я.

— Тебе понравится. И не забывай, что ты как бы боишься Владыку Севера.

— Почему как бы? — спросил я, усмехнувшись. — Я тебя реально боюсь, когда ты в этом чёрном камзоле и плаще с меховой подбивкой ходишь.

Мы подошли к дверям, слуги синхронно поклонились, взялись за кованые кольца и потянули створки на себя. Двери открылись плавно и бесшумно. Изнутри потянуло тёплым воздухом, ароматом хлеба и жареного мяса.

Владыка Севера вошёл в зал первым, я последовал за ним. Внутри было светло и просторно. В центре зала стоял большой дубовый стол. Во главе стола — кресло Владыки. Справа от него сидели парень с девушкой — видимо, те самые аманаты, дети князя Светозара.

Парню на вид было лет шестнадцать-семнадцать. Хорошо сложенный, симпатичный, темноволосый, с умным, выразительным лицом. Взгляд серьёзный и сосредоточенный не по возрасту.

Девушка выглядела как ровесница мне или немного старше. Очень красивая: светлая кожа, мягкие черты лица, большие глаза, спокойный и уверенный взгляд. Полные губы и лёгкая полуулыбка делали её лицо одновременно нежным и соблазнительным.

Длинные тёмно-каштановые волосы волнами спадали на плечи, голубое платье с глубоким декольте подчёркивало её пышную грудь. Вырез был смелым, но держал форму так, что смотрелся органично и притягивал взгляд. Это была не девочка, вроде Ясны — за столом сидела молодая женщина, у которой, как принято говорить, всё было при ней. И я поймал себя на том, что засмотрелся.

Слева от кресла Владыки Севера располагались гости: моё место — первое от хозяина — оставалось пустым, рядом с ним сидела Ясна, за ней — Гарик. Это, как я уже понял, и был тот самый сюрприз. И надо сказать, он удался — мне было приятно увидеть ребят.

Крепинская княгиня была в красивом красном платье, волосы аккуратно уложены, драгоценности надеты. Она смотрелась теперь совсем по-другому: не спутница в дороге, а действительно княгиня на пиру. Или, скорее, княжна — всё же Ясна была ещё девчонкой, как ни крути. Гарик, напротив, выглядел всё тем же: та же одежда, та же недовольная физиономия при виде Владыки. Разве что топора за спиной не было.

Разумеется, при виде Владыки Севера все встали со своих мест. Аманаты ещё и склонили головы. Мы с Николаем прошли к столу, он сел в своё кресло и сухо произнёс:

— Рад видеть вас всех за своим столом и разделить с вами трапезу.

После этого аманаты сразу сели, подав и нам таким образом знак. Я тоже устроился в кресле и посмотрел на Владыку. Тот перехватил мой взгляд и сказал:

— Владимир, я хочу представить тебе детей Светозара Градимировича. Они уже так долго живут у меня, что я иногда думаю: они мои дети, а я им — настоящий отец.

— Ты и есть нам настоящий отец, Владыка, — сказал парень. — Ты сделал нас такими, какие мы есть.

— Мы гордимся тем, что ты считаешь нас своими детьми, Владыка, — добавила девушка приятным бархатным голосом.

И по аманатам было видно, что говорят они это всё искренне — неплохо прочистил ребятам мозги Владыка Севера. А тот тем временем довольно ухмыльнулся и, кивнув на парня, произнёс:

— Это Богдан.

Я слегка привстал и сказал:

— Владимир. Рад знакомству.

— И я рад знакомству, — ответил Богдан, тоже привстав.

— А это Забава, — продолжил Николай, указав на девушку.

«Я бы с такой позабавился», — мелькнуло у меня в голове само собой, и мне аж стыдно стало за такую мысль.

Хотя чего тут стыдиться? Забава была хороша. Очень хороша. На все сто. Из пятидесяти.

— Приятно познакомиться, — произнёс я, снова привстав.

— И мне очень приятно, Владимир, — ответила Забава, и я снова отметил её голос: бархатный, с оттенком мягкой хрипотцы, невероятно сексуальный.

Когда мы с Забавой сели на свои места, Николай оглядел стол и поинтересовался:

— Надо ли остальных представлять друг другу?

— Нет, Владыка, — ответила Забава и слегка улыбнулась. — Уважаемый Гарик всех уже перезнакомил.

Я невольно усмехнулся. Гарик такой — он может.

— Мы немного задержались, — сказал тем временем Владыка Севера. — Мне пришлось рассказать Владимиру ужасную новость. Его отец, князь Борислав, погиб.

За столом