Хрустальный путь: Зерно Путеводной Звезды - Владимир Сергеевич Василенко

Двигались не очень быстро, то и дело останавливаясь и прислушиваясь. Я ещё и сканировал местность через медитацию. Поэтому стоны, доносящиеся из зарослей, расслышали сразу. Мы и от скалы-то толком не успели отойти.

Молча переглянувшись, мы осторожно, по дуге, приблизились к источникам звуков. Он обнаружился метрах в ста от Зеленой скалы, в небольшой ложбине между двумя деревьями, заросшей высокой травой.

— Мужчина, — шепнула Намира. — Похоже, он ранен.

— Кто-то из ваших? Далеко же он успел забраться…

Мы подошли ближе. В густой траве сложно было что-то разглядеть. Но в таких ситуациях стихийное зрение работает, как тепловизор. В течениях Ци чётко можно было разглядеть человеческий силуэт. Мужчина сидел на земле, пока скрытый от нас за стволом дерева. Звуки, которые он производил, сложно было описать одним словом. Какая-то дикая смесь рычания, стонов, шипения и коротких междометий. И, судя по всему, ему было действительно больно.

Мы, наконец, подобрались ближе, стараясь не шуметь, чтобы не спугнуть бедолагу. Однако, когда Намира, наконец, разглядела его, вся эта маскировка с неё слетела мгновенно. Она зашипела, как рассерженная кошка, и бросилась вперёд.

— Рыжий Пёс!!

Глава 11

Сделка с дьяволом

Признаться, поначалу я подумал, что Намира набросится на пирата и разорвёт его голыми руками. И был недалёк от истины. Разве что… Зачем действовать голыми руками, когда ты можешь использовать энергию Стихий?

Сначала Взывающая и правда влепила Калаану звонкую пощёчину, но рыжий отпихнул её, едва не сбив с ног. Тогда она, зарычав, вскинула руки, атакуя энергией Воды. Сгусток Ци, различимый даже обычным зрением, врезался в пирата, как пушечное ядро, опрокинул на спину. По груди его, будто шар с краской, расплескались быстро гаснущие кляксы.

Рыжий захрипел, конвульсивно дёргаясь и пытаясь вдохнуть.

Я едва успел подскочить и перехватить Намиру за запястья прежде, чем она влупила в него ещё один свой… как это назвать-то… аквабол?

Кстати, а кто там говорил-то, что бить сырой энергией Воды — это варварство и расточительство? Ну-ну…

— Отпусти меня! — прорычала Намира, добавив парочку выражений на родном языке, и интуиция подсказывала, что это были не комплименты в мой адрес.

— Тихо, тихо! Ты же его сейчас прикончишь на месте.

— Да, пучина его поглоти! Именно это я и собираюсь сделать! И не стой у меня на пути!

Она дёрнулась, пытаясь вырваться, но я легко удержал её на месте. Глазищами она сверкала так, будто готова была испепелить меня на месте. Хорошо, что она не по этой части, а совсем даже наоборот.

— Ты что, защищаешь эту тварь⁈

— Я просто предлагаю немного успокоиться. Не думал, что ты такая… кровожадная.

— Я⁈ Если уж говорить про кровожадных чудовищ, то одно из них вон оно — валяется у нас под ногами. И назови мне хоть одну причину, по которой я должна оставить его в живых!

Мы замерли так — напряжённо, лицом к лицу. Она — будто разъярённая пантера, бросающаяся на прутья сдерживающей её клетки. Я — холодный и невозмутимый, как та самая клетка.

— Ну же! — требовательно выкрикнула Взывающая.

— Я… могу назвать… одну, — прохрипел вдруг пират на кси и закашлялся, скручиваясь набок.

— Да неужели? — издевательски оскалилась Намира.

Вырвалась, наконец, у меня из рук и подскочила к пирату. Пнула его в грудь, разворачивая на спину. Тот зарычал от боли, выгибаясь дугой и пытаясь приподняться. Как я успел заметить, его одежда на спине представляла собой сплошное обожжённое месиво. И, судя по всему, мы как раз и застали его за тем, что он пытался стащить с себя этот приплавленный к коже плащ. Один рукав вон даже успел стянуть.

Намира наступила ему на грудь, прижимая к земле, наклонилась и зло прошипела:

— Ну же, червь! Давай, извивайся! Но вряд ли тебе удастся вымолить себе пощаду!

Рыжий яростно рыкнул, спихивая её ногу.

— Да пошла ты в бездну, лаарийская шлюха! Можешь прикончить меня хоть сейчас! Но без меня вы не выберетесь с этого убогого острова!

После долгой тирады он снова закашлялся. Взывающая в ответ зарычала, вскидывая руку. Между пальцами её зарделись голубоватые сполохи.

— Намира! — рявкнул я, и что-то в моём голосе заставило её вздрогнуть. Покосившись на меня, она замерла.

— Я сказал — успокойся, — уже тише процедил я. — И отойди от него. Я хочу разобраться.

Шагнув к пирату, я протянул ему руку, чтобы помочь подняться. Рыжий уставился на мою ладонь, потом окинул меня самого долгим изучающим взглядом исподлобья. Наконец, игнорируя предложенную помощь, закряхтел, заворочался, с трудом поднимаясь на ноги.

Вот ведь упрямая скотина!

Я спокойно наблюдал, как он барахтается. Наконец, он выпрямился и, пошатываясь, сделал несколько шагов до ближайшего дерева, чтобы опереться на него. Наполовину снятый длинный кожаный плащ так и болтался на его плече. Когда он всё же попытался сдёрнуть его полностью, то зарычал, как раненый зверь. И немудрено. Когда сорвал, наконец, на спине обнаружилась здоровенная обгорелая прореха.

— Воды… — выдохнул Калаан, бросая плащ под ноги. — Дайте воды!

— Нет у нас воды! — отрезала Намира.

— До ручья недалеко, — добавил я. — Я отведу. Но сначала объяснись.

Рыжий сплюнул в сторону вязкой, едва оторвавшейся от губ слюной и забормотал что-то себе под нос, уже не на кси, а на каком-то незнакомом мне грубоватом наречии. Скорее всего, ругательства. Наконец, зло зыркнув на нас, проворчал:

— Да чего объяснять-то… На моём корабле бунт. Этот сын каэтранской гиены, Рейкар, настроил против меня команду. Но… он просчитался.

Обнажив крепкие желтоватые зубы, Калаан зашелся хриплым смехом.

— Просчитался в чём? — спросил я.

— Мой капитанский ключ. Без него нельзя запустить главный двигатель, нельзя пользоваться приборами… В общем, ничего нельзя. Я его всегда таскаю на цепочке вот здесь, на шее…

Он похлопал себя по груди.

— Но Рейкар не знал, что, когда мы бросаем якорь, я разбираю ключ на части, и прячу их в разных местах. Давняя привычка, после одного случая… Так что… Он получил только часть ключа…

Не в силах удержаться на ногах, Калаан снова сел прямо на землю. Хотел было прислониться спиной к стволу дерева, но дёрнулся, будто ошпаренный. Вся верхняя часть спины у него, похоже, здорово обожжена. Мне даже показалось, что от него пованивает горелым мясом.

— Он лжёт! — прошипела Намира.

—