Становление пути! - 2: Академия - Амадеус

— За что ты извиняешься? — удивилась она и даже остановилась.

— За своё поведение, — ответил я. — И за то, что сразу не пошёл на помощь во время прорыва и за то, что было тогда в столовой.

— Нет, это ты меня должен простить, — она коснулась моей руки, при этом отвернулась, что бы я не видел её красные щёчки. — Я не должна была ставить тебя перед выбором, а ты всего лишь пытался нас спасти, — потом она внимательно на меня посмотрела. — Но вот то что было в столовой, я не поняла.

— Ну…можно сказать сыграла ревность, — отводя взгляд сказал я.

— Ревность? — удивлённо спросила она и внезапно подошла ближе и поцеловала меня в щёку. — Надеюсь её больше не будет?

— Смотря как будет всё развиваться, — сказал я и посмотрел ей в глаза, от чего щёки девушки покрылись румянцем, а губы тронула красивая улыбка.

— А как бы ты хотел? — спросила она.

— Как бы я хотел, мне по статусу не позволено, — покачал я головой.

— И всё же, как бы ты хотел? — она стояла очень близко ко мне и внимательно смотрела мне в глаза, это было самое лучшее, что я видел в своей жизни, подаваясь своему желанию, я сам наклонил голову ближе к девушке и поцеловал в губы, простой поцелуй, не требующей продолжения, но показывающий намерения. И ответ не заставил себя ждать, она обхватила мою шею и обняла меня, кладя голову мне на грудь. Мои руки обвились вокруг её талии, а нос вдохнул запах дорого человека.

Стоя на дорожке, что соединяет корпуса, мы просто обнимали друг друга, скрываясь в тени деревьев, что росли вдоль дороги.

— Спасибо, — смотря на меня и улыбаясь сказала девушка.

— За что? — не понял я.

— Ты опять спас меня, — ответила Светлана. — Родион рассказал, что ты пошёл меня искать, даже против воли цесаревича.

Мне не чего было сказать, всё и так было озвучено. Поэтому я сильно прижал её к себе и поцеловал, и она мне ответила, неуверенно, нежно, но при этом страстно.

— Подожди, давай не тут, — оторвавшись от меня сказала девушка. — Давай я приду к тебе сегодня.

— А Катя ничего против не скажет? — спросил я.

— Нет, — рассмеялась девушка. — Она уже давно спрашивает, почему мы тормозим.

— А как же твоя репутация? — не унимался я.

— А что с ней? Она как была, так и есть, — пожала плечами девушка, потом недовольно посмотрела на меня, правда объятья не разнимала. — А вот ты можешь и пропасть, видела я двух акул, что на тебя позарились, вот только ты будешь моим.

Сказав это, она выскользнула из объятий, предварительно чмокнув ещё раз в губы и быстро побежала в сторону корпуса, а я остался стоять под тенью дерева и наблюдать за удаляющейся красивой фигурой дорогого мне человека.

На пару я всё же опоздал, правда, не сильно, даже выговор не сделали, ведь такое со многими было, и преподаватели относились к этому с пониманием. Оставшиеся две пары пролетели для меня незаметно, и ничто не могло испортить мне настроение. Оксана порывалась навязаться сегодня ко мне, под предлогом помощи в учёбе, но я отказал, при этом толком не объясняя почему. Возможно я повёл себя жёстко по отношению к девушке, вот только в последнее время, она всё чаще стала переходить границы, то рукой меня коснётся невзначай, то наклонится передо мной, когда у неё декольте большое — одним словом зазывает, как только может. Но пока кроме как приятельницей, я её не воспринимаю. С Тамарой так же ситуация, да и я не понимаю до сих пор, что они от меня хотят, не верю я пока в их увлечённость.

После пар, индивидуальных занятий с Ольгой не было, она опять уехала по делам, естественно не сказав куда. Это становится сильно странным, либо она напала на след, либо взялась за поиски серьёзнее.

Вечером, как и договаривались, Светлана пришла ко мне в номер. Ничем предосудительным мы не занимались. В основном разговаривали и узнавали друг о друге. Вечером, до десяти вечера, я проводил девушку до ворот академии, где её уже поджидала машина, на прощание, она поцеловала меня в губы и мило улыбнулась.

На следующий день, новость, что Светлана была у меня в номере умудрилась облететь всю академию, по утру, я видел удивлённые взгляды студентов, направленные в мою сторону. Но не кто не подходил с расспросами. Зайдя в аудиторию, на первую пару, меня встретили мои одногруппники удивлённым взглядом, и только Оксана пыталась прожечь во мне дыру. При этом сидела рядом с моим местом.

— Это ещё не конец, — прошептала она мне на ухо, а с учётом того, что все взгляды были направленны на меня, это небольшое действие вызвало новый шквал разговоров.

Так и прошли две пары, что радовало, так это преподаватели перестали постоянно меня спрашивать, свою порцию проверок я получил вчера, настала очередь других. На обеде всё повторилось, только в увеличенном объёме. Вся столовая смотрела на меня как на какую-то диковинку. А вот мне было очень непонятна причина таких взглядов, хоть я и догадывался.

Когда наша небольшая компания собралась, и в этот раз рядом со мою, по разные стороны, сели Светлана с Дарьей, от чего Тамаре и Оксане пришлось только гневно на них смотреть, я решил поинтересоваться, почему все так странно себя ведут.

— А ты и вправду не знаешь? — рассмеялся Игорь, его вся эта ситуация забавляла, но увидев мой отрицательное движение головы продолжил. — Наша княжна не общается, почти, с противоположным полом, а уж остаться наедине, эта из области фантастики. Опять же я говорю про обычную ситуацию, а не про форс мажоры, — потом со смешинкой в глазах посмотрел на меня и продолжил. — Да и ваши вчерашние обнимашки не мало народу видело.

— Ну и ладно, — махнула рукой Светлана, при этом на неё, как на врага народа посмотрели Оксана и Тамара, Дарья только головой покачала, но ничего не сказала.

— Понятно, в общем нужно просто к этому привыкать, — вздохнул я.

— Ну не только, — сказал Игорь, внимательно смотря на свой обед, который он ещё не начал. — Жди вызовы на дуэль.

— Пусть только попробуют, я их сама вызову, — гневно сказала Светлана.

— А вот этого не нужно, — покачал головой парень. — Иван должен сам им доказать, что достоин тебя.

— Свет, он прав, — согласился я с Игорем.

— Но ведь тебя могут вызвать и пятикурсники, — воскликнула девушка.

— Значит нужно ещё быстрее становится сильнее, — пожал я