Сын помещика - 10 - Никита Васильевич Семин
— Если же он в городе, то это будет знаком, что сам Аллах благоволит моим делам, — прошептал Фаррух.
Но начнет работать он завтра, а сейчас пора к Али. Отдохнуть с дороги, да помыться.
Глава 15
4 — 5 ноября 1859 года
Дубовка. Усадьба Зубовых
— Кузен, рад тебя видеть! — первым из присутствующих отозвался Антон.
Тут же встал с кресла и прошел ко мне, крепко обняв.
— Прости, что так получилось при нашем расставании, — прошептал он мне на ухо. — Мама за тебя, а отца я попытался убедить, чтобы он к тебе неприязни не испытывал, но пока результаты спорные.
Сказав все, что хотел, попутно сильно меня озадачив, он разжал объятия и повернулся к сестрам Скородубовым.
— Дамы, — галантно поклонился он, — приветствую вас в усадьбе Зубовых.
Тут и Владимир Михайлович «очнулся». Встал неторопливо с дивана и поздоровался. Подходить не стал, но это уже прогресс. За ним последней поприветствовала нас Дарья. Вопросов у меня, как она здесь оказалась, было множество. И главный — а как же ее муж? Неужто так ей надоел, что прикопала «по-тихому», да побежала себе помоложе искать? Еще и одета девушка была во все черное. Прямо «черная вдова» тогда получается. Вряд ли бы она осмелилась согласиться на предложение Антона, если он ее позвал замуж, при живом-то муже.
После представления друг другу, завязалась обычная беседа. Настя с Аней тут же начали расспрашивать Дарью — как она познакомилась с Антоном и когда ожидается венчание со свадьбой. Мне тоже это было интересно, поэтому прислушивался к ее словам я со всем тщанием. Хорошо хоть она ни словом, ни жестом не показала, что знакома со мной. Зато поведала слезливую историю о своем несчастливом первом браке и как она искала утешения в ресторане после смерти мужа, а нашла Антона. Причем девушка не скрывала, что по бывшему супругу не горюет, а утешение ей было нужно, так как дальнейшая судьба ее была незавидна. Я вот не знал, что имение Воробьевых теперь уйдет младшему брату покойного, и Дарья фактически останется на улице, если тот так пожелает. Пусть ей и причитается доля с наследства, но довольно малая по словам девушки, за которую еще и побороться придется.
Ну, ее резоны стали мне ясны. Даже удивительно, что она совсем не скрывает своих меркантильных интересов. Но куда Антон-то смотрел? Желая это узнать, я позвал его «покурить». Пусть мы оба были некурящие, но предлог приняли все. Да, поняли, что я зову кузена для разговора тет-а-тет, но обставил я все правильно с точки этикета, потому и претензий ни у кого не возникло.
— Ты действительно влюбился в эту девушку? — первым делом спросил я, когда мы ушли в другую комнату.
Тот аж скривился, как от зубной боли.
— Если бы, — вздохнул он. — Имел неосторожность вчера напиться и провести ночь с этой дамой. Вот она меня и раскрутила перед тем написать ей любовное послание.
— И что? — не понял, в чем подвох.
— А то, — раздраженно дернул щекой Антон, — что в том послании я написал, что люблю ее и готов жениться. Эта Дарья пригрозила, что покажет письмо всем в городе, дабы опорочить сначала мою репутацию, а через это — и моих родителей, если не сдержу слово. К тому же есть риск, что она забеременеет. И тогда уж все еще хуже станет. Догадываешься, почему? — задал он риторический вопрос.
Мне все стало ясно. Действительно, ушлая девица. Кстати, а могла она забеременеть от Тихона? Если так, то… Блин, а вот срок-то между ее любовными утехами с моим слугой и Антоном небольшой! И о своей беременности, если такая будет, она заявит не сразу. А там — поди, разбери, от кого ребенок. Лишь когда родится по внешнему виду пытаться это понять. Тест ДНК еще не изобрели. Вообще кровь человека изучена сейчас крайне слабо, даже про наличие разных групп крови никто не знает! Потому простор для махинации с отцовством у Дарьи широкий.
«А ведь она и меня может попытаться шантажировать, если родится ребенок, и по срокам будет все указывать на тот вечер, который она с Тихоном в карете провела. Она-то про подмену не знает», — дошло до меня.
Хотя с другой стороны, если она начнет «работать» в этом направлении, то это развяжет руки и мне самому и кузену. Антона удержать ребенком она не сможет, а меня тем более — уж про ее порочную связь со слугой я молчать в таком разе не стану.
«Не, вряд ли она решится на такой поступок, — пришел я к выводу. — Она не дура на первый взгляд. Если нацелилась на Антона, то будет идти до конца. Меня шантажировать — это получить огромные риски на ровном месте. К тому же еще может и не будет у нее никакого ребенка. Вдруг она и вовсе бесплодна? Не получилось же у нее заделать Воробьеву наследника».
Что посоветовать кузену в текущей ситуации, я не знал. Поэтому лишь посочувствовал ему, и мы вернулись к остальным в зал.
А там уже в наше отсутствие тетя видимо решила все высказать Дарье, что думает о ее внезапно вспыхнувшей любви. Женщина сидела на диване рядом с мужем, а напротив как раз располагалась девушка. Аня с Настей уселись на стулья в стороне от этого противостояния и старались, как говорится, «не отсвечивать».
— Я люблю его не за то, кто он! — такую фразу мы с Антоном услышали из уст Дарьи, когда зашли в зал.
— Ну конечно же не за это, — всплеснула руками тетя. — Ты его «любишь», — с сарказмом произнесла она, — за то, кем ты сама станешь рядом с моим сыном. И что с этого получишь!
Кузен, понимая, что страсти накаляются, бросился защищать свою невесту. Не так, чтобы совсем уж рьяно, но особого выбора девушка ему не оставила. Или так, или потеря лица в глазах общества. Для него самого и его родителей. Вот и пришлось парню объяснять своей матери, что вопрос с женитьбой — решенный и надо как-то им теперь уживаться вместе будет. Он еще и на меня просительно посмотрел, ища моей
