Москва-1980 - Михаил Востриков

— Нет, батюшка, — твёрдо заявила прихожанка, — Мне ребёнка рожать скоро. А вдруг помру? Поэтому вот, хочу по настоящему!

Вздохнул батюшка, да и накрыл её голову над иконой Божьей Матери своей епатрахилью. Давай начинай уже читать, дочь моя многогрешная, чего телишься⁈

Много в тот день прихожан непричащёнными осталось, без исповеди-то нельзя. А потому что исповедоваться лучше заранее, не торопясь, на вечерней службе, а не проскакивать мышкой с утра с совсем уж немощными, когда уже и служба началась.

И я могу себе представить любого православного батюшку, когда я просто расскажу ему про себя хотя бы частично. Ну не ему конечно, а Богу. А Бог про меня итак всё знает и пока особых претензий ко мне не имеет, иначе я бы знал. Так что пока воздержусь от я исповеди и соответственно таинства венчания по православному канону. Ибо сказано Дьяволу Иисусом Христом в иудейской пустыне, когда он там постился 40 дней после иоаннова крещения на реке Иордан:

«Не искушай Господа Бога твоего!»

— Ладно, — сказала Татьяна, — Действительно это не к спеху, не будем Бога искушать и сами искушаться всуе, на бегу венчаться. Потом подготовимся и нормально повенчаемся, хорошо?

В точку попала! В той жизни мы с ней повенчались, когда нам уже было под 60 лет. Помню батюшка тогда поворчал:

— Вы что, граждане пенсионеры, ненормальные, под венец в таком возрасте идёте? Это молодежь лишние присушки друг другу строит, приходится разъяснять, что не присушка это, что потом не развенчать, если что. А вы-то всей своей жизнью уже доказали, детей вырастили.

Но повенчал. Всё было торжественно и красиво! Ну а как ещё любимой супруге, с которой прожил в законном браке душа в душу больше сорока лет, сказать о своей к ней любви? А вот так! Веди бабушку под венец, сама всё поймёт!

Поздний звонок

Мы были дома. На часах 23:30. Время уже позднее и Татьяна готовилась ко сну. Она беременна на последнем сроке и режим сна в отличие от меня старалась соблюдать.

И вдруг…

Телефон на тумбочке в спальне как-то странно подпрыгнул, завис в воздухе, неестественно изогнулся и заикаясь всё же выдал положенный ему «дзынь-дзынь».

— Алло, квартира Архиповых, вас слушают, — нисколько не удивляясь такому необычному поведению аппарата сказала в трубку Татьяна и тут же… встревожено передала её мне, зажимая микрофон ладошкой, — Тебя! Говорит, продавец из «Галантереи», который мне пуговицы продал.

Всё ясно! Это Артюр… Великий демон Артюр Дьяболос, руководитель Догляда Тёмных Инших Москвы. Когда я только появился в городе, он здорово мне пакостил. Так, подловил Татьяну в облике продавца магазина «Галантерея» на Красной Пресне и всучил ей на вид замечательные пуговицы. Только забыл её предупредить, что счастливый обладатель пальто с такими чудо-пуговицами, мало того, что будет постоянно находится под его полным контролем, а ещё и когда-никогда по его команде спляшет «Камаринского» или подобное…

В общем Артюр тогда так достал меня своим липким вниманием… что я устроил Тёмным небольшую гекатомбу. Для знакомства так сказать. А самого Артюра я поймал и навечно определил в свои рабы. Всё по-честному, поза «Пал Ниц», моя нога на груди поверженного врага, клятва раба и всё такое. Правда потом отпустил, зачем мне такой раб?

* * *

Ладно, дело прошлое… Я улыбнулся жене, мол всё в порядке, не волнуйся родная, всё под контролем.

«И что же этому картавому от меня понадобилось, что до утра не подождал со звонком? Определённо что-то важное»

Я плохо слышу мысли собеседника по телефону. Тонкий медный провод, хотя и пропускает психоволны, но здорово их искажает. Так, слышу общую направленность мыслей говорящего, но конкретные слова разобрать не могу не всегда.

Артюр явно был напряжён и этого даже не скрывал.

— Алло, Антон, пгивет, это Агтюг!

— Алло! Слушаю тебя, о великий демон, — пропел я в трубку шутливым тоном, — Тёмные Иншие Москвы наконец-то просветлели или Светлые потемнели? До такой степени, что решили прекратить попусту гоняться друг за другом и заняться серьёзными делами⁈ Их есть у меня, ты по адресу! И это правильная тема для ночных звонков мне. Говори!

Однако Артюр не поддержал мой шутливый тон:

— Антон! Когоче… Тебе забили стгелку! Вот пегедаю. Вынужден пегедать. Не могу не пегедать. Они сильнее меня… значительно сильнее. А мы, демоны, только силу и пгизнаём, ты же знаешь.

Хм-м, «забили стрелку»⁈ Но это же терминология «братвы» начала 90-х… А сейчас на дворе 1980-й год. Не сходилось. А значит… Вот я лошарик на воздушном шарике! Да как же я раньше-то не догадался⁈

— Артюр, давай по порядку! Кто мне стрелку забил?

— Наши стагшие. Судии Тгибунала Ивица, когда мы с Го-Баяном сегодня пго наши с тобой договогённости в Сандунах им гассказали.

Ага, уже теплее. Го-Баян Донгсарович Цотон — это руководитель Догляда Светлых Инших Москвы. Они с Артюром друзья, хотя и зеркальные оппоненты. Я их обоих недавно пригласил в Сандуны. Там, как жест доброй воли, торжественно отпустил Артюра из своих вечных рабов, произнеся соответствующее заклинание… Попарились, поели, попили пивка и я предложил им договориться — они не трогают меня, а я их. Нормально на это забились, верифицировали договорённость у Изначальных Сил и разошлись. И вот на тебе…

— Когда и где они хотят встречаться?

— 4-го октябгя, в субботу, в обед. Сказали сами тебя найдут. Тему не знаю, мне не сказали, но они очень газдгажены. Никогда я их такими газдгажёнными не видел.

Это ещё что за беспредел⁈ Я же не поднадзорный Трибунала! Мне он вообще-то по фиг. Тем более, что Изначальные Силы скрепили наш уговор с Доглядами тогда в Сандунах.

Ну и получите для осознания своей неправоты:

— Нет такой возможности. Так им, этим Судиям своим и передай, раз уж взялся всем всё передавать. Не могу! Свадьба у меня в этот день. И уже ничего не буду отменять, близких обижу. В этот день на своей Татьяне жениться буду! Ты её знаешь… пуговицы для меня ты ей подсунул в «Галантерее» на Красной Пресне. В общем я твоим Судиям, или кто они у тебя там, стрелку перезабиваю! Через пару недель, как уже буду в Москве, наберу, уточнимся. Всё!

— За те пуговицы я уже огрёб, — угрюмо констатировал Великий демон, — Понял. Не можешь. Ты