Сергей Романов - Байки о любви, семье и теще

Мужик окончательно опьянел от счастья, расплылся в улыбке:

- Доктор, дорогая. Мы вас век помнить будем! - соскочил со стула, - Я сейчас за коньяком, конфетками и цветами сбегаю. Шесть секунд!

Но гинеколог посерьезнела:

- Коньяк и цветы после рождения ребенка. А вас, будущий папаша, я хочу предупредить, что вы как никогда теперь должны беречь свою жену и ни в коем случае не расстраивать. Беременным это вредно!

- Да что же я, совсем дурак, что ли? Я её на руках носить буду!

После того разговора прошло ещё шесть с половиной месяцев, и у некогда бесплодных супругов, на свет родился мальчишка карапуз, более четырех килограммов весом.

На этом бы дело и кончилось, но в один прекрасный день в кабинет сообразительного врача-гинеколога заявились супруги, те самые, у которых появился ребенок "из пробирки". В отличие от своей, жены, которая с тревогой смотрела в глаза доктора, муж светился от счастья.

- Доктор, мы решили обзавестись и девочкой. Жена согласна на донорскую помощь. Направьте её сейчас же в Москву, в Центр матери и ребенка!

- Прежде всего я должна осмотреть вашу супругу, - сказала гинеколог и указала мужчине на дверь.

Когда он вышел, она понимающе улыбнулась и спросила:

- Ну что, опять?

Женщина виновато опустила голову и пожала плечами:

- Так получилось. Видит Бог, что я этого не хотела. Две недели прошло, а критические дни все не наступают. Выручи, подруга! В последний раз!

- Не зарекайся! - засмеялась гинеколог и попросила пригласить в кабинет мужа.

Тот осторожно вошел:

- Ну, как, можно моей благоверной ещё разочек родить?

- Ну, а почему же нельзя? - вопросом на вопрос ответила врач. Организм здоровый, крепкий.

- Значит, в Москву, в Центр матери и...

- Зачем же в Москву. Мы и в своей клинике успели создать банк спермы не хуже чем в столице. Сегодня и оплодотворим. Дел-то...

2000 г.

АРЕСТ

Одна замужняя баба с ментом спуталась. Да не с обыкновенным, а в чинах и при должности. Подполковник, начальник городского управления внутренних дел. Во как!

Легкий флирт с женатым любовником в погонах со временем перерос в сжигающую страсть. Пару раз страсть возникала у неверных в служебном кабинете у подполковника. Но дураку понятно, что больше такого легкомыслия допускать было нельзя, потому как штат подчиненных у начальника городской милиции - люди наблюдательные и умеющие делать правильные выводы. Еще пару раз голубки любили друг друга в служебной машине высокопоставленного милиционера. Но получилось как-то не солидно и совсем уж неудобно. Годы у подполковника, понимаешь ли, не позволяли заниматься интимными делами в полусогнутом положении - то судорога по ногам пробежит, то спину прострелит. Не мальчик уже.

К себе же в квартиру главный милиционер любовницу привести никак не мог - жена-домохозяйка, дети, внуки. И любовница не могла - трудовая деятельность мужа проходила в домашних условиях. Художник он был. Целыми сутками рисовал картинки для книг и журналов.

А страсть любовников так сжигала, так сжигала!

- Куда б моего маляра деть? - в сердцах спрашивала ретивая баба своего подполковника, - Хотя бы на трое суток выпроводить из дома. Уж мы б, любимый, с тобой побарахтались!

Предложение любовницы заставило подполковника сморщить мозги. Представлялась широкая мягкая софа, чуть приглушенный обволакивающий свет, запах дорого коньяка и обнаженное тело чужой, но так желанной жены.

- Он когда-нибудь вообще у тебя из квартиры выходит? - словно на допросе спрашивал подполковник.

- Только по пятницам. На несколько часов. Ездит в издательства и редакции работу сдавать. Что же нам как кроликам...

- Не будет как у кроликов, - пообещал подполковник, - В следующую пятницу я приеду к тебе в гости сразу на три дня.

- А муж?

- Он будет в командировке. Я устрою.

Как и обещал начальник управления милиции, в пятницу муж-художник домой не явился. Его арестовали после обеда, когда он, сдав работу, возвращался домой. Подошли два патрульных милиционера и попросили предъявить документы, которых у него не оказалось.

- Придется вам пройти с нами в отделение. Для полного выяснения личности.

Выяснение личности художника затянулась ровно на трое суток. Ровно три ночи художник сидел в камере предварительного заключения, а ему объясняли, что в паспортном столе выходной, редакции, где его знали, закрыты и жены, которая могла подтвердить место жительства и рождения мужа, в квартире не оказалось.

И все три ночи подполковник, срочно отбывший в "служебную командировку", вынужден был напрягаться и подменять художника. За двое с лишним суток "оторвались" любовники так, что после рандеву две недели друг друга видеть не желали.

А похудевший и осунувшийся художник, личность которого была установлена только в понедельник, вернулся домой. Набросился на жену:

- Меня трое суток дома не было, а ты и в ус не дула!

- Как не дула! Да я круглые сутки по больницам и моргам моталась! Тебя искала. Откуда мне было знать, что ты в милиции сидел?

- Глянул художник на покрасневшие и уставшие глаза жены и успокоился: наверное, и в самом деле искала.

Прошло полмесяца, и подполковником снова похоть овладела. Жгучая такая, липкая похоть, избавиться от которой ужасно трудно. И потянулся он к телефону. Без всяких предисловий стал в своей страсти признаваться: мол, желаю тебя, дорогая, до боли ниже живота. Что будем делать? Как нам быть?

- Не знаю, любимый. Я ведь тоже не каменная, по мужику соскучилась. Мой-то вот уже две недели не просыхает. Чего с него взять?

Подполковнику снова пришлось немного подумать. Ведь художник водку пьет, из дома никуда не выходит. Как его выкурить? И умная мысль пришла-таки в голову.

- А ты с ним ссору спровоцируй, - подсказывает выход начальник управления внутренних дел, - Станет кочевряжиться - сразу вызывай милицию. Мы его и определим на пятнадцать суток. Нет ничего проще!

- Много пятнадцать суток, - впервые пожалела муженька неверная, Жалко! Хоть хреновенький, а все же свой!

- А мы с тобой на эти дни в санаторий смотаемся, - обещает подполковник, - Отдохнем на Черном море.

- В санаторий? На Черное море?

Недолго думала женщина, согласилась. Кто ж от санатория отказывается?

В тот же вечер супруга ни с того ни с сего взбунтовалась. Набросилась на супруга:

- Пьянь подзаборная! Импотент! Бездарь и неудачник!

Художник поначалу даже внимания на свою бабу не обращал, но когда услышал слово "бездарь" очень сильно обиделся. Потому как "бездарью" он себя никогда не считал. С гневом и отвесил он своей благоверной звонкую оплеуху.

Наряд милиции объявился мгновенно. У разгоряченных ссорой супругов даже появилось такое ощущения, будто милиционеры специально стояли под дверью и ждали, когда их позовут. На художника оперативно набросили наручники и увезли. Как и было обещано ровно на пятнадцать суток.

Подполковник сдержал слово офицера: приобрел две профсоюзные путевки в полцены и укатил с чужой женой личную страсть утолять.

Самое интересное в этой истории заключается в том, что Господь так и не наказал неверных. Подполковник вскоре получил очередное звание и укатил на повышение. И неверная баба не долго горевала. Зацепила себе нового любовника. Между прочим, ответственного работника из префектуры.

Пострадал только художник. Отсидев пятнадцать суток, окончательно запил. Даже пытался покончить с собой. Да веревка оказалась не прочной...

2000 г.

ПРЕМИЯ

Синюхин премию получил. В какие-то века на заводе уже премии раздавать стали!

Ощущение было такое, словно он не премию получил, а клад нашел. Забавно, да? Вышел утром из дома смурной, да ещё с женой перетявкался, а придет счастливый и одухотворенный. Вот, мол, тебе, ненаглядная, денежки принес.

Премию обмыли. А как же иначе? Ведь если не обмыть это дело следующий раз ни фига не получишь. Да и обмыли так, пустяк. По бутылке на брата.

И Синюхин с Игорьком, фрезеровщиком, домой поехали. По дороге говорили о человеческом счастье.

- Вот, - говорил Игорек, - Один мужик пошел на лыжах кататься. В красной куртке. А его колхозный племенной бык-производитель увидел. И погнался за ним. То есть не за ним, а за красной курткой. Лыжник сначала убегал, а потом понял, что догонит его животина. Сбросил лыжи-то и залез на высокий столетний дуб. Целый час там сидел, думал, что и сам дуба даст на этом дубе. Но хорошо, что быка колхозники искать стали. Когда производителя отогнали, лыжник с дерева стал спускаться и вдруг дупло увидел. Засунул в него руку и нащупал какой-то пакет. Вытащил и увидел несколько пачек с купюрами. Клад нашел. Правда все деньги были старого, советского образца...

- Наверное, от своей бабы прятал, - заметил Синюхин. - Получил премию и спрятал. В советские времена изобретателям и рационализаторам большие премии раздавали...

Они вышли из метро.