Сильнейший Столп Империи. Книга 7 - Алексей Ермоленков

вас, — произнес я так громко, чтобы меня услышали рядом стоящие аристократы, а затем первый шагнул в сторону дворца, с держащей меня под руку принцессой Китайской Империи.

Глава 18

Столица Российской Империи город Санкт-Петербург.

Мы прошествовали по красной дорожке, провожаемые взглядами аристократов. Иногда безразличными, иногда завистливыми, а иногда очень даже злыми. Всё-таки открытый Императорский бал намного веселее, чем закрытый, несмотря на то что менее престижный.

В этот раз бал проводили не в зале, а во внутреннем дворе императорского дворца. Народу здесь было не сосчитать.

— Его сиятельство граф Максим Валерьевич Бессмертный в сопровождении принца Китайской Империи Его Высочества Зиана и принцессы Китайской Империи её Высочества леди Ю, — объявил нас глашатай.

После его объявления не осталось никого, кто не обернулся бы на нас. Я же, нисколько не смущаясь, прошествовал поближе к императорскому месту. Точнее к тому, откуда он выходит. Там и еда должна быть повкуснее. Конечно, с кухней Анны местные повара не сравнятся, но всё равно получше, чем на задних рядах.

Двор, как внешний так внутренний буквально сияли от подсветки и украшений. Не знаю, кто дизайнер этой красоты, но его работа мне уже нравится. Готов поспорить, что над газоном трудился не один архимаг природы, поскольку он буквально безупречный.

Столы расставлены и сервированы так, что к ним буквально тянуло. Единственное, что меня останавливало, так это осознание того, что мой шеф-повар намного лучше готовит, чем императорский.

— А я смотрю, вы не изменяете своим привычкам, граф, — первым подошёл ко мне знакомый на лицо мужчина.

— Граф Бояров, если я не ошибаюсь, — сделал вид, что припоминаю своего собеседника. На самом деле я отлично его помню, а также его доброжелательное ко мне отношение на балу у князя Айдарова.

— Не ошибаетесь, Максим Валерьевич. Рад вас снова видеть. Здравствуйте, — граф протянул мне руку.

— Здравствуйте. А про какие привычки вы говорите? — я скрепил наше приветствие рукопожатием.

— Ну как же, сейчас конкретно про эту, — он кивнул на принцессу, а я начал соображать, что он имеет в виду. И, не найдя ничего опрометчивого ответил:

— Мы с принцессой Ю впервые на балу на территории Российской Империи.

— Я имел в виду вашу собачку. Вы с ней постоянно ходите. Правда, сейчас она в других, более прелестных руках, — пояснил Бояров. И я посмеялся.

— Да, вы правы, ваше сиятельство, это мой милый пушистый друг. Куда же я без него?

— Ваши высочества, позвольте выразить вам своё почтение. И простите меня за невинную шутку. Очень надеюсь, что я не задел ваши чувства.

— Не задели, граф. Мне очень понравилась ваша шутка, — ответила принцесса.

— Рад с вами познакомиться, — протянул руку Зиан.

— Для меня большая честь познакомиться с вами, — ответил с рукопожатием граф.

— Простите, не буду отнимать много вашего времени. Вы и Максим Валерьевич сегодня самые обсуждаемые гости этого бала. Многие захотят перекинуться с вами парой слов, а кое-кто даже попытается затянуть вас на танец.

Не отпускайте его от себя, леди Ю. Максим Валерьевич самый завидный жених в Российской Империи, и его внимания будут добиваться очень многие девушки, — подлил масло в огонь Бояров. Ну, вот кто его за язык-то тянул?

Я посмотрел на Ю, и заметил, что она абсолютно спокойна. А самое главное она уверена в себе. Это что-то новенькое. Она ведёт себя так, будто я действительно её жених и непременно женюсь на ней, несмотря на орды атакующих меня девушек, готовых на всё.

Граф бояров ушёл, оставив после себя приподнятое настроение. Следом за ним подошёл ко мне князь Нарышкин, вместе с бароном Виталием Семёновичем Конусовым.

— Рад приветствовать вас в императорском дворце, ваши Высочества, — первым делом обратился к принцу и принцессе Андрей Аристархович.

В принципе, он всё правильно сделал. Не может же князь подходить к какому-то графу, даже высоко взлетевшему. А вот к представителям монаршего рода дружественного государства вполне. Поэтому он и поздоровался с ними первыми, а уже после них обратился ко мне.

— Здравствуйте, граф. Как ваше здоровье?

— Не дождётесь, Андрей Аристархович, — пошутил я, и мы оба посмеялись.

— И мы рады с вами познакомиться, князь. Я слышала, что вы дружите с моим будущим женихом, — ответила ему принцесса Ю.

— Дружбой это трудно назвать, но мы с Максимом Валерьевичем понимаем друг друга, — уклончиво ответил Нарышкин, на что принцесса слегка скривила мордашку. И это не укрылось от князя.

— Так надо, — шепнул я ей на ухо, и девушка тут же заулыбалась.

— А вот с бароном Конусовым мы закадычные друзья, — произнес я вслух и Виталий Семёнович обречённо вздохнул, а я продолжил:

— Настолько закадычные, что он даже не пригласил меня обмыть дарованный ему титул барона. Я тут суечусь, понимаешь. Из кожи вон лезу, чтобы добыть ему дворянский титул. Совесть меня гложет за то, что я его титул перехватил, а он стал бароном и молчит. Вот такие мы с ним закадычные друзья, принцесса.

— Можно подумать, что, если бы я вас пригласил, ваше сиятельство, вы бы пришли, — попытался оправдаться Конусов.

— Можно, подумай. А пока ты думаешь, я отвечу. Нет, я бы не пришёл. Я бы прилетел. Взял бы билет на самолёт и прилетел, но ты решил отпраздновать без меня. Печально, — состряпал я грустное лицо, а Конусов удостоился презрительного взгляда от моей будущей невесты. Но, я решил не усугублять положение и сменить тему.

— Андрей Аристархович, мне достались отдалённые земли рода Оскоминых. Возможно, скоро куратор откажется от гарнизона на моих землях. Если это произойдёт, то не желаете ли вы взять шефство над этим гарнизоном?

— А вы уверены, что князь Крушинин действительно откажется от этого гарнизона?

— Дело в том, что я дал князю немного времени на размышления, но он не торопится с ответом. Нас с ним никакие обязательства не связывают, поэтому я вполне могу сдать эти земли вам в аренду. Разумеется, на определённых условиях, но, — я специально завёл эту тему, потому что мимо проходил Крушинин.

Он даже замедлил шаг, а потом и вовсе остановился неподалёку от нас, делая вид, что увлеченно с кем-то беседует, но его уши были определённо направлены в нашу сторону. Они даже на затылок у него сместились, чтобы слышать