Измена. Магическая кухня попаданки - Елена Белильщикова

такая Ровенна? Зачем ей понадобился твой щенок? И самое главное… Кто в служении у Ровенны? Сколько мечей против нас двоих… троих окажется?

Адриан встряхнул за шиворот Клода и ненадолго отвел кинжал от его горла. Пускай расскажет все, как другу. А не то поплатится! Терпение Адриана совсем не безграничное!

У Клода отлегло от сердца. Ведь теперь он видел, что все угрозы Адриана насчет ребенка были пустой бравадой. А на деле, он парень неплохой. Если выбить из него разбойничью дурь и лишнюю насмешливость, так вообще, золото будет, хоть в охрану бери вместо своих идиотов! Только перед этим в рот кляп сунуть. А то больно острый на язык.

– Любовница моя. Бывшая. Не ладилось в последнее время, – буркнул Клод. – Может, отыграться решила? Ну, или… заманить меня так к себе, внимание привлечь? Кто их поймет, этих девок! Охрана у нее хорошая, видел как-то, как она по городу гуляла с четырьмя лбами. С таким оружием, словно королеву охраняют. Даже не знаю, откуда у нее деньги на все это… Поговаривали, что Ровенна темной магией промышляет, и ей щедро платят молоденькие девицы, которых она посвящает в эти таинства. Но как по мне, бред это все! Ничего я в ней особенного не замечал!

«Кроме размера груди, а это не очень тянет на магию. Разве что душу демонам продала за такое богатство?» – мерзко похихикал внутренний голос.

Адриан не выдержал. И залепил Клоду совсем не мужественный подзатыльник. Может, если бы меч при себе был, то и пониже спины протянул бы плоской, не ранящей стороной. Да пожалел дурака.

Клод тонко ойкнул и уставился большими глазами, потирая затылок.

«Что, привет из детства, идиот? Давно не били?» – фыркнул про себя Адриан.

– Клод, вот в кого ты такой ущербный, а? – застонал он, хватаясь за голову. – В папеньку или в маменьку? Или сам по себе такой уродился? Ты куда смотрел, когда с леди Ровеной связывался? Ее ж никто из-за темной магии не хочет даже в любовницы! Не то, что в жены! Боятся все ее! Ты что, слухи не знаешь? Естественно, она и уцепилась за тебя, когда поняла, что ты, бесстрашный дурак, спать с ней начал. Только леди Ровена не проста. Она явно захотела большего, чем статус любовницы. И будет теперь шантажировать тебя Патриком. Но это еще полбеды! А ты в курсе, лорд Окнел, что в темной магии, самых страшных и опасных ритуалах, часто используется кровь младенцев? Не боишься, что во имя любви твоя ненаглядная Ровена прикончит твоего сына? Еще и демона какого-то вызовет попутно. Чтобы тебя за шкирку взял и жениться на этой красотке заставил? Ох, мне тебя даже жаль, Клод. Я же вижу, ты сына любишь…

Адриан сочувственно потрепал по плечу Клода и отступил на пару шагов, давая осмыслить его слова. Все же ум у того имеется. А значит, до него дойдет вся опасность, которой подверг любимого сына.

Клод уставился на Адриана полными ужаса глазами. Причем, испуг в них появился еще задолго до слов про кровь младенцев. Жена – темная ведьма?! Ой, нет. Такого счастья Клоду не надо. Еще превратит в какого-нибудь хряка, заметив, как муженек служанку в углу зажал. Клод уже собирался было чопорно проблеять, что не может с Ровенной под венец. Он приличный женатый человек, между прочим! Но все напускное благочестие как ветром сдуло, когда Адриан сказал про жертвоприношение. Клод долго витиевато выругался, помянув и матушку Ровенны, и все развратные позы. Так, что кажется, даже Адриан впечатлился, у каких матросов аристократ мог набраться таких фраз.

– Мы должны остановить это! А там… потребует меня в оплату – пожалуйста! – гордо воскликнул Клод, вскидывая подбородок. – Но своего сына я этой ведьме не отдам! Встречаемся у ворот, я возьму оружие и оденусь хотя бы.

Впрочем, может, полуобнаженным Ровенна оценила бы его больше. Но об этом Клод старался не думать.

***

Клод никогда не бывал прежде в ночном порту. Но оказалось, что жизнь здесь не затихала с наступлением темноты. На новом маяке горел призывный огонь, к берегу как раз причалил корабль, и теперь по сходням сновали туда-сюда моряки, перенося какие-то тюки. В стороне обосновались размалеванные девицы, караулящие их. Одна из них попыталась послать ему воздушный поцелуй, и Клод шарахнулся, как от чумной. Ну уж нет. Хватило уже любовных приключений!

В нескольких маленьких тавернах, разбросанных вокруг порта, вовсю кипела жизнь. Возле одной из них столы стояли прямо на улице, какие-то чужеземцы гуляли там вовсю, поднимая кружки и весело выкрикивая тосты. Но мужчины прошли мимо, устремляясь дальше, в темный переулок, где едва можно было разглядеть вывеску «Веселый моряк».

– Пирреш сказал, что передаст ребенка до рассвета, – собственный голос показался чужим, хриплым, когда Клод оглянулся на Алена и Адриана, а пальцы сами собой крепче сжались на рукояти меча.

Четверо против троих, а там и пятеро, если Пирреш не улизнет, а присоединится. По спине Клода бежали мурашки при мысли о грядущей схватке. А Ален, если честно, хотел бы спровадить Адриана. Не то, чтобы не доверял парню, нет. Разбойником он как раз был честным. Да и человеком хорошим. Но почему-то в подобных скользких делах Ален доверял только себе. И Клоду, конечно. Знал, что как бы он ни был изнежен, будет бороться за своего ребенка, как лев. А Адриан? Ну, за что ему сражаться? За чужого мужика? У него своих проблем достаточно!

– Адриан, если ты не хочешь, можешь уйти сейчас. Я сам помогу Клоду, – мягко проговорил Ален, глядя на молодого разбойника.

Тусклый свет, который излучал маяк, отбрасывал блики на лицо Адриана, делая того моложе и уязвимее.

– Что я, трус? – фыркнул Адриан. – Сбежать от хорошей схватки? Еще чего! Не дождетесь, ребята…

– Спасибо, – негромко проговорил Клод и потянулся к ним.

Но в темноте промахнулся и благодарно сжал руку Алена, вместо ладони Адриана. Пальцы были холодными у обоих. От недоброго предчувствия, наверное? И Ален, стиснув руку в ответ в жесте ободрения, толкнул дверь таверны «Веселый моряк». Кажется, где-то вдалеке мелькнула долговязая фигура Пирреша. Что ж, значит, не опоздали.

Клод шагнул через порог первый, решительно сжимая рукоять меча. Так, что еще немного – и казалось, руку уже сведет судорогой. В тусклом свете свечей было видно, как побелели костяшки пальцев. Клод уже ринулся вперед, готовый броситься на Пирреша, который пытался