Кровь в венах не утаишь. Студент-наемник 3 - Владимир Анатольевич Васильев

вима. – Именно так и было написано. В кровь. Ладно… Дальше маг читает заклинание, и серая мана проседает. Если… А точнее когда маг помирает, а он точно умрет от этого заклинания в срок от шести месяцев до трех лет, то серая мана исчезает совсем, а за ней и белая с черной. Катастрофа! Но если мага лишить магии, то уровень серой маны вырастает до прежнего уровня. Как будто ничего и не было.

– Почему тогда Джесси не берегут как зеницу ока? Точнее, почему Тайный Орден не настоял на том, чтобы она сидела у них под надежной охраной?

– Может они этого не знают? – пожала плечами Флори. – У них же нет дневников, которые нашли мы. Судя по всему, есть только более ранние записи.

Пока студенту из всего услышанного самым сомнительным показалось только то, что Тайный Орден не в курсе, что мага, прочитавшего это великое заклинание, надо оберегать. Но и аргументированных возражений для Флори он не находил. Да и какая разница именно сейчас? Сейчас есть дело поважнее. Да и вообще, что-то вампиресса считает только себя имеющей право решать всё за всех. Её что? В Карелии нахальные самоуверенные магички покусали?

– И зачем ты тогда оглушила Джесси? – возмущенно спросил Лис. – Другого-то выхода нет. Её смерть приведет к коллапсу всей магии. Конечно её надо лишать магии. И сама жива будет, и все остальные.

– Она пожертвовала своей жизнью, потому что магия для неё всё. Как ты думаешь, согласилась бы она вернуть всё на свои места, пока ян-курхаи не уничтожены?

– Фиг их так быстро уничтожишь.

– Именно! Мне Холика рассказала секретную информацию. Наше наступление захлебнулось.

– Что? – пораженно спросил Лексис.

– Нет, войска не разбиты. Просто не могут идти дальше. Коммуникации растянуты, но это не главное. Белые и темные маги перевоевали. Убили слишком много монстров, а те всё не кончаются. Ещё чуть-чуть, и маги начнут массово превращаться в темных властелинов. Мало никому не покажется. Поэтому их списывают на мирную работу сотнями. А новых готовить нужны годы. Джесси столько не проживет. Но и будет оттягивать момент лечения год за годом. А в то, что заклинание её убьет, не поверит. Не захочет поверить.

– Почему не поверит, если есть дневник ближайшего ученика того, кто это заклинание разрабатывал?

– Ну будет оттягивать месяц за месяцем. А риск умереть уже через три месяца будет не малый. А с ней умрет и вся магия. И все люди будут уничтожены, ну может кроме небольшого количества где-нибудь за полярным кругом, да и то не надолго.

– Ладно. Давай лечить, – махнул рукой Лис. – Надеюсь, она нас не прибьет потом.

– Не сумеет. Она перестанет быть магом. Полностью. Ну может через годы освоит что-нибудь по-мелочи. Физически ты сильнее её, а я и подавно. Но мы её не бросим. Она же наша подруга!

– Как лечить, подруга? – усмехнулся парень.

– А вот для этого и нужны вимы, – хихикнула вампиресса, доставая из сумки здоровенный шприц. Объемом так с половину литра. – Я должна выпить три четверти её крови, а затем влить ей литра два своей. В моей крови сестра из пророчества, которая убьет её магию.

– Способность колдовать?

– Нет, – вздохнула вима. – Джесси вместо десятки станет единицей. У неё останется совсем чуть-чуть запаса маны и магической силы, как у обычного человека.

Лис сочувственно посмотрел на спящую подругу. Но с другой стороны, потеря магии лучше смерти даже лично для неё. Не говоря уж о человечестве.

А Флори прошептала:

– Выпить три литра… Бедное моё брюшко…

После чего впилась клыками в вену подруги. А Лис приготовился читать исцеление, потому что Джесси, потеряв почти всю кровь, может и умереть без лечения.

Через пятнадцать минут Флори отпустила руку подруги, убрала клыки, посмотрела на бледную как мел Джесси, которую регулярно лечил Лексис, и со вздохом воткнула себе в вену иглу гигантского шприца.

Так и перекачала часть своей крови Джесси, после чего вяло пробормотала:

– Одна из способностей вимов, судя по этому чёртовому дневнику. Борьба с распоясавшимися магами. Солдаты мы трусливые, а вот кровопийцы отличные.

Только уже глубокой ночью друзья разбудили свою жертву. Джесси лежала в кровати и даже двигаться могла с трудом. Но внимательно выслушала подругу, которая ей рассказала всё с самого начала, и только печально вздохнула:

– Надо было все-таки подождать пару месяцев. Я бы точно копыта не отбросила, а ян-курхаев отогнали бы подальше.

– Вот про это я и говорила! – торжествующе заявила другу вима. – Она бы откладывала до последнего.

– Мы спасали в первую очередь тебя, – примирительно сказал теперь просто красивой девушке Лис. – А в то, что уровень серой маны вернется на прежний уровень, я не верю.

– Почему? – почти хором закричали обе девушки.

– Тебя бы очень сильно охраняли! Ну не идиоты же эти орденцы, и о том, что смерть мага вызовет катастрофу, должны знать. Случайная смерть единственного мага, и всё. Конец людям.

Правда, уже утром Флори ворвалась в спальню к друзьям и не обращая внимание на их неодетый вид принялась позорить Лиса:

– Ты мне не верил! А город уже бурлит! Серая мана возросла на пять процентов.

– Исчезни! Дай одеться, – буркнул Лис.

А когда вима фыркая удалилась, подошел к окну и конечно же ликующих толп не заметил. Вообще никаких изменений. Нет, в Университете может и паника. А ещё ему запоздало подумалось, что войска в походах стоило бы предупредить. А то как бы не случилось лишних потерь. Но с другой стороны, подъем маны должен оказаться сюрпризом и для монстров. Так что мало что меняется.

Лис сходил всё-таки к университету и вызвал запиской Гола, чтобы не соваться самому. И тот подтвердил, что у святош объявлена тревога, временами переходящая в панику. И об этом не трубят на каждом углу только потому, что не знают, что делать.

Вернулся в апартаменты и застал девушек увлеченно шушукающимися, но ещё не наболтавшимися, потому что они тут же послали парня ещё погулять. Заодно и продуктов купить. Лис погулял два часа, но потом всё-таки вернулся и застал злую как чёрт Джесси и смущенную Флори. Радовало только то, что бывшая магичка не превратилась в стерву. Похоже, она сейчас вообще почти никакого контакта с маной не имела, и та не могла ей навредить. Хотя и разговаривать девушка ни