Блаженный. Князь казачий! - Алексей Калинин

пусть явится и молвит нам свои претензии, а мы подумаем, нужен ли нам вообще такой бог али нет?

— Ты не круто, Ляксандра? — опешили атаманы.

— Нет, браты-атаманы! — встал я — Мы не рабы божьи и так с собой поступать не позволим. Боги хотят нашего поклонения и любви? Так пусть будут этого достойны! Умер я и встретил меня Чернобог — начал я говорить, а казаки в страхе замерли — Это нормально и правильно, ведь он хозяин того мира и сам встречает важных людей. Ему надо решить, достоин человек перерождения или вначале он должен искупить свои грехи, в ледяной пустыне.

На этих словах все атаманы испугано изобразили знак бесконечности, а я скривился, но тоже истово изобразил знак и они расслабленно выдохнули.

— Вот вы зря меня подозреваете во всяком, браты-атаманы — оскорблённо покачал я головой — Темновит и Световит — это два брата-близнеца, свет и тьма, день и ночь, зима и лето. Они оба нужны миру и у каждого из них своё предназначение. Да, они поссорились и испортили отношения, но в корне это ничего не меняет. Как бы не хаяли Чернобога, но он никогда, специально, не вредил людям и человечеству, это всем нам стоит признать и быть ему за это благодарными. Ему, который видит только худшее в людях ежеминутно, очень трудно, просто нечеловечески сложно, продолжать и дальше любить нас, людей. Вот вы мысленно поставьте себя на его место, хотя бы на одну неделю?

Атаманы замолчали и усиленно задумались. Я смотрел на них и молчал, пусть немного пошевелят извилинами.

— Я никогда с этой стороны не смотрел на… — вдруг начал говорить и замолчал мой адъютант Ермак — На всё происходящее — нашёлся он — Тогда получается, что он, не такой уж и плохой? — с надеждой посмотрел он на меня — Получается, что и он важен и необходим?

— Молодец Ермак! — похвалил я его — Увидел самую суть — и повернулся к атаманам — Вот скажите мне браты-атаманы, на пиру вы пускаете по кругу жертвенную чашу, вы пьёте за ушедших друзей, родственников и любимых и вы просите богов, в том числе и Чернобога, о милости и вы всегда уверены, что вас услышали и вашу просьбу выполнили. Ведь так?

— То так Ляксандра! — твёрдо ответил атаман Горлица, а остальные согласно кивнули.

— Во-о-от! — протянул я и поднял вверх палец — Теперь давайте подумаем, а что даёт вам такую уверенность?

Атаманы вновь задумались, а я опять молчал и разглядывал их.

— Где-то в глубине души — начал я, не дождавшись ответа — Где-то очень глубоко… Вы понимаете, что он вам помогает, даже считаясь у вас, воплощением вселенского зла и несчастья. Так разве ОН, достоин нашего презрения и ненависти? Я считаю, что нет. Он просто делает свою работу и всё. Причём делает её очень хорошо, ведь по нашей земле не бродят сотни живых мертвецов и толпы нежити? Нет, а значит, всё нормально и мы предоставлены сами себе и у всех нас, есть возможность любить, рожать, растить хлеб и детей. А когда придёт наше время, мы знаем, что ТАМ, нас встретит честный и справедливый бог, который будет судить нас, только за наши поступки и грехи. Наши, а не чьи-то чужие. Вот так вот, браты-атаманы!

В шатре стояла полная тишина, все молчали и думали. Я тоже задумался, мне сейчас лететь убивать и кто бы знал, как мне этого не хочется…

— Каррр!!! — оглушительно громко раздалось под крышей шатра и слетевший с жердочки на потолке огромный ворон, вдруг превратился в уверенного и сильного мужчину, с черепом в руке.

— Здравствуй Алекса! — сказал он, внимательно меня рассматривая — Благодарю тебя за слова правды и понимание, редко кто осмеливается про меня говорить. Наслышан про тебя, правнучка рассказывала, хвалит тебя! — улыбнулся он — За Лихо Одноглазое не обижаюсь, заигралось оно, по делам и кара. Ты наверное заметил, что мои слуги вам не мешают? То моё распоряжение, я тоже считаю, что Отче заигрался. Подвоха от меня не жди, зла ни тебе ни твоим родным и близким не желаю. Наконец то, за многие тысячи лет, у нас Богов, появилась робкая надежда вылезти из той западни, куда мы все попали, благодаря упрямому старцу. Примешь от меня подарок? — пристально с прищуром посмотрел он в мои глаза, а у меня вдоль позвоночника покатилась капля холодного пота.

— Раз дал слово, что зла мне и моим не желаешь — вгляделся я в его чёрные глаза — Приму!

— Вот и ладушки Алекса — довольно ожил Чернобог и отстегнул со своего пояса меч — Держи. Владей! — протянул он его мне — То меч-кладенец…

— Меч-кладенец? — распахнул я в удивлении и восхищении глаза — Тот самый?

— Тот самый — довольно улыбнулся бог — Ты достоин!

— Но ведь… — растерялся я — Я не бог?

— Пока нет — рассмеялся он — Пока⁉ Нет! Всё в твоих руках Алекса, будь честен, справедлив, милосерден и станешь равным нам. Держи! — буквально впихнул он меч мне в руки — Владей, богатырь казачий…

Я схватил меч и немножко вытянул его из ножен, а когда оторвал взгляд от сверкающего лезвия и хотел поблагодарить, его уже не было в шатре.

— Ахренеть!!! — произнёс сразу за всех атаман Калина — Что-то у меня браты в горле пересохло…

— А я кажется, в штаны напрудил… — удивлённо-испуганно прошептал Ермачок и через секунду, весь шатёр взорвался, просто истеричным хохотом.

Я вышел из шатра и посмотрел на небо. Какое оно сегодня чистое, без облаков и голубое-голубое…

— Папоська!!! — услышал я счастливый крик Златы и повернулся к дочке, бегущей ко мне со всех ног — Папоська! — прыгнула она на меня, а я подхватив её, подкинул высоко-высоко в небо и поймал, хохочущую от удовольствия девочку — Папоська, а меня тётя Слава наусила в огонёк икать! Сотри… — и она зажгла на ладошке маленький огонёк и стала перебрасывать его с ладошки на ладошку, а я смотрел на это разинув рот.

Откуда в ней волшба? Ведь когда я её лечил, она была самой обыкновенной девчонкой? Я поднял обалдевший