Alexz105 - Отражённый блеск

— Глим-глим-глим! — удовлетворенно пробормотал лысый бесенок, обворожительно улыбаясь своему невольному няню, и положил свою голову ему на ладонь. Этого только не хватало. Снейп невербально призвал из угла комнаты что-то, похожее на табурет, и неловко присел на него, задрав колени куда-то к ушам. Оставалась слабая надежда, что эльфеныш после плотного ужина уляжется спать. Тогда можно будет его потихоньку отцепить от руки и удалиться. Грубо вырывать руку у сироты, который лишился матери не без его, Снейпа, участия, как-то духу не хватало.

Тем временем мелкий засранец, мурлыкая свое «глим-глим», освоил участок руки зельевара от локтя до запястья, который приблизительно равнялся его росту. Обхватив руку, как мартышка ветку (только хвоста не хватало), он щелкнул пальцами, и пушистое одеяло укрыло его с головы до ног. Чертенок засопел.

Снейп смотрел на этого отпрыска эльфа-ретропата и мысли его принимали все более конкретное и практическое направление. Этот полугодовалый щенок демонстрирует прекрасное владение магией. Его обучали? Не верится. Значит, магия подвластна эльфам с самого рождения и совершенствуется она не в результате обучения, как у людей, а в процессе роста. Иначе говоря, каковы потребности — такова и магия. А если, скажем, этот малыш захочет прогуляться в Арку? Держа за руку «дю-дю-ку»? А ведь это шанс! Надо будет завтра же попробовать! И не стоит отдавать его соплеменникам.

В этот момент ощущение теплой влаги в руке выдернуло Снейпа из отдаленных и высоких материй в вульгарную прозу жизни. Эльфеныш заснул и уже отпустил его. Снейп вытащил мокрую руку из-под одеяла, с брезгливой миной встряхнул её над полом, потом опомнился и взмахнул палочкой.

— Эванеско!

Глава 25

— Директор! Это ваша затея. И если вашего протеже убьют, наша сделка не состоится.

— Он справится, высокочтимый архонт.

— Вы его предупредили, что атаковать противника можно только холодным оружием?

— Да, он предупрежден.

— Хорошо. Пора начинать!

Архонт хлопнул в ладоши, и врата распахнулись. Многоголосый гомон ворвался в тишину покоев. Взревели медные трубы, и властитель в окружении избранной охраны взошел на трибуну. Его загадочный собеседник отступил в боковой коридор и растворился в толпе слуг.

При появлении правителя на трибуне мертвая тишина упала на огромную площадь перед дворцом. Все пространство, кроме большого круга, было заполнено воинами великой армии, которые собрались под знамена Архонта и ждали, милость правителя, которая даст право победителю смертного поединка возглавить поход за добычей и славой!

Все знали Кречета — главного претендента на звание главнокомандующего. Уже трижды он водил победоносные армады в походы и никому еще не удавалось сокрушить его в бою. Его нынешний соперник должен был быть избран из когорты претендентов личным решением Архонта. И на этой площади никто не знал его имени.

Вот достославный Кречет вышел в центр круга и склонился в глубоком поклоне перед трибуной повелителя. Кого же Архонт назначит его соперником? Может быть, им станет Свирепый Рогор? Или страшный в гневе Седой Нор-хан? Великий Мрак! Скорее бы уже!

Из бокового выхода дворца вышел высокий худой мужчина в простом черном плаще. Сначала его даже приняли за глашатая, но он остановился напротив Кречета, не утруждая себя поклонами в адрес Архонта. На его боку висел длинный тонкий клинок, выглядевший совершенно несерьезно по сравнению с мечом маститого полководца.

В рядах воинов поднялся ропот. Им не понравилось поведение пришельца. Никакого почтения к их господину! Да соперник ли это вообще? И почему молчит Архонт?

Но повелитель еще немного подождал, не соблаговолит ли его поприветствовать этот странный ставленник еще более странного Директора, а потом решил не гневаться на придурка, который, видимо, от страха забыл все, чему его учили, и махнул рукой глашатаю на трибуне. Тот, надсаживаясь, закричал:

— Властитель царства Мрака, его величество Архонт, избрал в соперники наихрабрейшему Кречету боевого мага из стран Заката — сэра Реддла! Да свершится воля провидения! Пусть победит достойнейший!

Вновь взревели медные трубы и загрохотали барабаны. Кречет, с недоумением рассматривавший тщедушную фигуру своего противника, успел заметить, как сверкнули багровым светом глаза чужеземца, носящего странный титул — сэр.

«Надо понимать, что милость Архонта пребывает со мной, — подумал Кречет с облегчением. Он-то опасался получить в соперники более опасного и молодого противника, — а этим красным глазам сверкать недолго».

Он вытащил кинжал и меч, повернулся к сопернику и с легким пренебрежением отсалютовал ему. Воины радостно захохотали.

Сэр Реддл не снизошел до ответа на приветствие. Он извлек свой клинок и застыл, опустив острие к земле.

Поединок начался.

Под ободряющий вой и крики воинов, которых он не раз водил в битвы, Кречет одним прыжком покрыл отделявшее его от противника расстояние. Его меч описал грозный полукруг и обрушился на голову врага. Взмах черного плаща, встречный блеск клинка — и массивный меч отскочил от тонкого лезвия, как от чугунной балки. Удар был настолько жестким, что рука Кречета мгновенно онемела от отдачи. Следующий выпад тонкого клинка Кречет с трудом парировал кинжалом. Ему пришлось отскочить назад, чтобы разорвать дистанцию и оправиться от неожиданности. Да что же это такое, о силы Мрака и Хаоса?

Первый раунд схватки действующим полководцем был проигран. Это поняли все на площади. Оживленный гомон стих. Кречет напал, нанес удар, но противник парировал и сделал опасный контрвыпад, не отступив ни на шаг. Все, затаив дыхание, ждали ответной атаки этого черного боевого мага. Но этот самый Реддл стоял неподвижно, не сводя глаз с противника. Это было очень необычно, но почему-то все поняли, что атаковать он не собирается.

Понял это и Кречет. Первоначальный почти благодушный настрой уступил место холодной ярости. Будучи стихийным магом, он быстро устранил боль в руке, наслав в нее ледяной холод, и собрал все свои силы для новой атаки. От его магического усилия вздрогнула земная твердь под ногами, и вызванный порыв ветра швырнул пыль в лицо врагу. Под таким прикрытием Кречет вновь ринулся в атаку. Теперь он стремился нанести не рубящий, а колющий удар, и целил в левое подреберье врага. Казалось, что эта атака застала Реддла врасплох. Ослепленный пылью, он на мгновение потерял соперника из вида, а клинок тяжелого меча уже неудержимо стремился к его сердцу!

Невербальное заклятие затормозило время, а может быть, наоборот — придало скорости черному магу. Неважно. Главное, что мгновения для него растянулись и стали послушно-длинными. Вот клинок врага медленно приблизился к его груди. Осталось каких-то два-три дюйма. Тело стало неуклюжим и неповоротливым, но ему удалось отклонить его немного быстрее, чем нанес удар этот местный герой. А теперь надо слегка повернуть корпус, что бы пропустить клинок мимо груди и успеть поднять руку с кинжалом навстречу этой потной туше.

«Великий Салазар! Неужели придется, словно презренному маглу, тыкать куском железа в это вонючее мясо? Меня заставили это делать, но видит ад, я никогда не прощу и не забуду этого унижения!»

На шее врага медленно вспухла и опала какая-то жилка. Это удар сердца толчком отправил кровь в никчемный мозг этого троглодита! Теперь видно, куда надо бить, чтобы это сердце замолчало навеки!

Напряженно следившие за поединком воины увидели лишь столб пыли, обрушившийся на претендента, и бросок Кречета с мечом в вытянутой руке. Противник с непостижимой быстротой уклонился и его кинжал, блеснув рыбкой, вонзился в горло полководца. Фонтан алой крови из пробитой артерии оросил мантию Реддла. Он не стал отскакивать, а схватил врага за грудки, не давая ему упасть, и с каким-то болезненным наслаждением смотрел, как хлещет кровь из сломавшейся живой машины.

Что-то новое и даже возбуждающее было в этом для него. Всю жизнь он стремился убивать магией и по возможности бескровно, считая это признаком аристократичности и стиля. Лишь в гневе он иногда изменял этому правилу. И вот теперь теплая кровь стекает по его мантии, по его рукам, по его лицу, вызывая легкую дрожь удовольствия и ощущение притока жизненной энергии. Чужой энергии! Великий Салазар! Как же он недооценивал магию крови!

Архонт поднялся со своего кресла. Воины великой армии смолкли, как по команде. Реддл отпустил Кречета, и тот мешком осел на землю.

— Выбор свершился! Сэр Реддл повет армию в бой! Вручаю ему палицу Мрака!

Посланец Архонта в сопровождении двух герольдов поднес палицу вновь назначенному полководцу. Принимать знак высшей военной власти следовало, опустившись на колено, но залитый кровью маг в черном плаще стоял, выпрямившись, и с легким презрением смотрел на кусок металла, который подавали ему так, как будто это было что-то особенное.