Ученик Белого Дьявола – 1 - Джон Голд
Казалось, если продолжу стоять на месте, сердце остановится от страха. Ладошки вмиг вспотели, спина взмокла… Однако едва нахлынувшие эмоции перевалили через край, как разум снова стал холодным.
— Есть вещи, которых я боюсь больше смерти, — упрямо смотрю перед собой. — Одна из них случится, если я сейчас уйду ни с чем… Поэтому давайте! Давите сильнее. Сэкономьте время нам обоим. Я не отступлю, раз уж нашёл кого-то, вроде вас… Убейте сразу или для начала выслушайте. Заключать со мной сделку или нет, сами потом решите.
Сердце в груди колотилось ещё секунд десять. Стёкла в окнах завибрировали, выдавая не гнев, а скорее запредельное могущество существа, которого я до сих пор не видел. Волна жути давила всё сильнее!
— Я не уйду! — от возросшего давления в горле резко пересохло. — Мистер Дьявол… Рано или поздно мы все умрём, но я предпочту сам выбрать, как именно проживу время до этого момента.
Бац-бац!
Чашки и тарелки с прилавка стали падать на пол. Я продолжал стоять на месте, держась на чистой воле. В ушах звенит от напряжения.
Вззз…
Давление ослабло, а вместе с ним прекратилась биться и посуда позади меня. Картинка перед глазами стала расплываться. Опостылевший угол кафе отодвинулся дальше, а вместе с ним стена удлинилась на три метра.
Рядом со мной появился столик, за которым со скучающим видом сидел молодой мужчина. Светлокожий, не старше тридцати, с тёмными волосами. Одет в белый деловой костюм и белую рубашку. Туфли того же цвета.
[Белый Дьявол… Теперь понятно, почему Мэдолин его так называла.]
Перед ним лежала книга в кожаной обложке и перьевая ручка. На краю столика ютилась кружка. Это в неё официантка доливала кофе.
Уперев руку в подбородок, Дьявол с ленцой произнёс:
— Твой труп в кафе привлечёт слишком много внимания к моей работе, — на лице появилось лёгкое подобие улыбки. — Проще отправить тебя на смерть, чем пытаться и дальше делать вид, будто меня здесь нет. Садись… Рассказывай, с чего вдруг ты так отчаянно ищешь со мной встречи? Потом, так и быть… Сходи в церковь и поблагодари богов, что у меня сейчас нет других клиентов.
Боясь, что едва появившийся шанс исчезнет, я сел за стол, так и не моргнув. Продолжая скучать, Дьявол стал тарабанить пальцами по столу.
— Ну? И чего ты хочешь, парень?
Глава 2
Жажда жизни
Всё то же кафе и столик в дальнем углу, скрытый от посторонних глаз. На лице Дьявола читалась скука. Казалось, скажи я: «Хочу космический корабль», и он в ответ спросит: «Какого цвета».
Потому я решил сначала прощупать границы.
— Какие варианты мне доступны?
Дьявол зевнул.
— Имя?
— Маркус Гринч, — на автомате выдаю первое, что пришло на ум. — Я…
Закатив глаза, Дьявол выставил перед собой руку.
— Стоп-стоп. Есть правила заключения сделок, мистер Гринч. Первое: «У каждого живого существа есть потенциал». Нельзя сделать бомжа с улицы президентом США, если потенциала не хватает. Второе: я не воскрешаю мёртвых. Третье: не могу влюбить в тебя другого человека.
Хотелось вставить: «Звучит, как стандартный договор с демоном у Минитмэнов», но сдержался. И не зря.
— … Дело не в том, «выполним ли заказ?» — Дьявол, усмехнувшись, показал пальцами кавычки. — А в том, что Контракт касается ТОЛЬКО клиента. На других людей он напрямую не влияет. Не хватает потенциала? Значит, и желание невыполнимо.
Выслушав правила, я кивнул и, не сдерживаясь, улыбнулся.
— Всё сказанное идеально мне подходит, сэр.
Не отрывая глаз от Дьявола, сажусь на столик. Тот ехидно улыбнулся и открыл книгу, лежащую перед ним.
— Итак, Марк. Так каково твоё желание?
— Дело в том, что… Я не помню своего настоящего имени. Не знаю ни кто я, ни откуда. Вообще никаких воспоминаний. Только чёткая уверенность, что меня зовут не Маркус, и я из другого мира. Моё желание — «Хочу знать, как меня зовут на самом деле».
Всё сказанное Дьяволу — правда от начала до конца. Сейчас мне девятнадцать. Вот уже пять лет как я живу с большой семьёй Гринч в пригороде Нью-Йорка. Когда телу парня исполнилось четырнадцать, «я» начал пробуждаться. Не переселился в него, а именно пробудился. Это знание ощущается так же крепко, как и понимание того, что ЭТО не мой мир.
[Я родился и вырос в другом месте.]
Сознание пробуждалось не сразу, а урывками. В первый раз я очнулся, сидя за столом во время обязательного семейного ужина по четвергам. Все шесть стульев заняты. В Нью-Йорке зомби-апокалипсис? Вулкан в Йеллоустоне проснулся? Плевать! На ужин в четверг все члены семьи Гринч должны собраться дома за одним столом.
Второе осознание случилось через неделю. «Я» случайно увидел, как моя старшая сестра Эвелина пробралась ночью в прихожую, собираясь на ночную вечеринку. Тайно, само собой!
Ещё через неделю старший брат Бакки отвесил мне подзатыльник… Зря он так! «Я» проснулся… Мы сцепились в гостиной, и только вмешательство отца и брата Хьюго помогло нам остановиться.
К пятнадцати годам «я» полностью пробудился и начал много болеть. Примерно тогда же доктор в частной больнице озвучил родителям диагноз — неизлечимая болезнь Хошинга-Крамера. Из-за поломки в генах у меня сильно повышен износ и ломкость сосудов. Без лекарств, контрастного душа и регулярных занятий спортом я бы не дожил и до девятнадцати лет.
— Не «Маркус», значит?
Прищурившись, Дьявол глянул чуток в сторону от меня. Его взгляд остановился где-то над моим плечом.
— Вот! — улыбаясь, указываю на свои глаза. — Вы сейчас посмотрели на
