Мегахранилище двойных планет - Александр Зубенко

Последнюю фразу, как показалось мне, Зорин выдавил из себя едва ли не с ностальгией.

– Добравшись до моста, – продолжил он, – я сразу понял, что никакой рыбалки не будет. Вместо полноводной, кишащей рыбой речки я обнаружил квакающую топь с тучами комаров над ней. И ни одного рыбака. Хорошо, что я, выходя из дома, обул сапоги и захватил с собой бутерброды с термосом, в который заранее налил горячий кофе. Я шёл по мосту, под ногами хлюпало, и кругом передо мной расстилался бесконечный лишайник, – зрелище ещё то, скажу я тебе. Дойдя до середины развалин, я наткнулся на деревянную табличку, всю покрытую мхом. На дощечке корявыми буквами от руки было выведено: «Осторожно! Дальше болота». Видимо, кто-то не поленился при сдаче объекта сделать это предупреждение, возможно рабочие, а может и грибники. Так или иначе, проигнорировав надпись, я продолжил путь по направлению к складам. Машинально взглянув на часы, я отметил про себя, что они стоят, хотя утром я их заводил до упора. Вот тогда-то я и подумал впервые об аномальной зоне. Магнитные поля, гравитация, выбросы в атмосферу и прочее в том же роде.

Наконец среди деревьев показалось первое из четырёх строений, точнее из пяти, если считать едва видневшуюся водокачку. Это был как раз жилой барак, в котором мы сейчас находимся: позже я его отремонтировал, пристроил помещения, но в те мгновения, когда я его увидел впервые, он представлял собой довольно жалкое зрелище. Ни дать, ни взять – заброшенная халупа, вся покосившаяся от болотных испарений. За четыре года я здесь многое доделал и переделал, наведываясь сюда, вначале раз в неделю, затем через день, а два года назад, продав квартиру, перебрался в эту «берлогу» окончательно. Помнится, я порядочно устал, отмахав по лесу и болоту километров пятнадцать, так что, войдя в этот барак, плюхнулся на первый попавшийся топчан, и провалялся на нём с добрый час, переводя дух. О раскопках в тот день не могло быть и речи. Крыша над головой есть – уже хорошо. Если бы я решил вернуться назад, то непроглядная ночь застала бы меня где-нибудь на кочках болот среди леших, русалок и кикимор, – пошутил он.– Бутерброды я съел по дороге, хотя в термосе оставалось ещё немного кофе. Спустя час, более-менее отдохнувший, я принялся за осмотр территории. Запах стоял такой, что впору было надевать респиратор. Ни испуга, ни какой-то паники я в тот момент не испытывал – разве что слегка гложущее чувство тревоги, не более того. Наверное, так чувствует себя сторож, проработавший всю свою жизнь на кладбище.

Вернувшись в сарай, я принялся осматривать прибитые к стенам полки, на которых перед тем заметил кучу ржавых банок, пожелтевших картонных коробок и две-три кастрюли. На одной из стен я увидел два вполне пригодных, хоть и ржавых, капкана – из тех, что ставят на зайцев и других мелких грызунов. Их можно было почистить, смазать и, вытерев насухо, применять хоть сейчас. Машинное масло я нашёл у оставленной подстанции. Осмотрев её, я с удовлетворением отметил, что немного покопавшись, смогу её запустить. Солярка в четырёх канистрах находилась здесь же, под навесом.

С этими мыслями, закрыв пустые окна рваными одеялами, я примостился на старой кушетке, чтобы хоть немного поспать. Наступила ночь. Тёмная, без луны, полная всяких загадок, а возможно и опасностей. Обратная дорога на пустой желудок предстоит не из приятных, думал я, засыпая. Сосед из подъезда продавал велосипед, и я решил его купить. До моста я буду доезжать, там его прятать, а затем добираться пешком, каждый раз с объёмным рюкзаком на плечах: продукты и одежда на первое время, кое-какие инструменты, медикаменты на всякий случай, москитные сетки, шахтёрский фонарь, крысиный яд и распылитель от клопов, приёмник на батарейках. У меня был ещё планшет, но вряд ли здесь будет покрытие интернета. Я кое-как укрылся дырявым одеялом, и от усталости мгновенно заснул.

Андрей Петрович многозначительно взглянул на меня и как-то заговорщически почти прошептал:

– И вот тогда-то, Лёня, мне и приснился этот первый сон, который я впоследствии назову безумным.

Он как-то по-особому вздохнул и сделал глоток из рюмки, при этом кратко добавив:

– Их потом будет много.

– Кого? – не понял я.

– Не кого, а чего, – усмехнулся он. – Снов, Лёня, снов. Безумных и бесконечных снов…

Что-то таинственное и необычное витало в этой комнате. Казалось, она разительно переменилась с того момента, как инженер-конструктор Зорин начал свой рассказ. Уютно устроившись у камина, я продолжал ловить каждое слово Андрея Петровича.

– Через два дня я выехал уже на велосипеде, купленном у соседа, – продолжил он. – Этот неказистый транспорт я оставил в кустах под мостом: вряд ли кто захочет его искать из-за обилия гадюк и прочей болотной твари.

За спиной у меня был рюкзак внушительных размеров, и с ним мне предстояло проделать остаток пути. Но маршрут я уже знал, провиантом запасся, а одежда как раз соответствовала той местности, в которую я был намерен наведаться. О сне, который посетил меня два дня назад, я начисто забыл, как это бывает со всеми сновидениями. Лишь много позже, когда этот сон один в один начал настойчиво повторяться именно здесь, в этом, тогда ещё нежилом бараке, я вспомнил его отчётливо, будто он приснился мне только что. Я взял с собой продуктов на неделю, инструменты, и решил заняться ремонтом подстанции. Ты сам знаешь, что по профессии я инженер-конструктор, так что мне не доставляло особых трудов протянуть проводку и установить датчики слежения. Теперь я не опасался, что меня могут застать врасплох непрошеные гости.. За полгода я перетаскал сюда почти все свои запасы круп, вермишели, специй, картошки с балкона и консервации, оставшейся ещё после расставания с женой. Холодильника у меня ещё не было, поэтому я за сараем вырыл небольшой погреб и накрыл его железной дверью от старых ворот. К тому же наступила зима. Теперь у меня была собственная кладовая, куда я клал тушёнку, консервы и соления. Всё это я покупал либо на рынке, либо в супермаркете. Деньги за мои прошлые изобретения ещё оставались, но и они уже подходили к концу. Я задался конкретной целью переоборудовать в этом бараке комнаты, чтобы достичь результата вполне жилого помещения. Я был под каким-то гипнозом, что ли… Дошло до того, что