Алёша Попович и Тугарин Змей. История Алёши - Ирина Эрхарт

– Ах ты демон!

Взмахнув дубинкой (бедняга Тихон опять мне под руку попался, что ж такое!), я пошёл на коня. Тот пятился, пока не упёрся задом в дерево. Когда отступать стало некуда, конь почти взлетел вверх по стволу. Точно демон! Где это видано, чтобы лошади по деревьям лазали?

Теперь я достать его не мог, поэтому бросил в него дубину. Но конь взобрался слишком высоко, и дубина не долетела. Тут ко мне присоединился Тихон и стал бросать шишками, подобранными с земли. Одна приземлилась у моих ног, и я, хорошо размахнувшись, бросил её вверх. Но не рассчитал силушку, и шишка улетела, скрывшись из виду в голубом небе.

Долго ещё мы с Тихоном охотились на коня, но так и не смогли его достать. В конце концов мы утомились и рухнули у дерева, тяжело дыша. И тут конь спустился сам. Он присел между нами на землю у дерева.

– Давайте спокойно всё обсудим. Да, я говорящий конь, но ведь это же не повод для драки. – Он развёл копытами.

– Не слушай его, – сказал мне Тихон с другой стороны ствола. – Отруби ему голову.

Конь возмущённо толкнул его копытом.

– Что значит «отруби ему голову»? Да моя голова в сто раз дороже твоей.

– Чего это она дороже? – взвился Тихон.

– Да ты хоть читать-то умеешь?

– Представь себе!

Конь рассмеялся, стуча копытами друг об друга.

– Не смеши мои подковы. И сколько же книг ты прочёл за свою жизнь?

Тут я не выдержал:

– Так, всё, достаточно. Откуда ты взялся?

– Так он же сам меня у цыган купил. – Конь показал копытом на Тихона, а потом заговорщицки склонился ко мне. – Да ещё сверх цены дал рубаху новую да сапоги.

Тихон вскочил на ноги:

– Кто, я?

– А кто, я, что ли? – передразнил конь и снова повернулся ко мне. – А ещё он меч богатырский цыганам отдал.

– Да ну! Правда, что ли? – удивился я.

– Н-ну... – нерешительно начал Тихон, – вообще-то да. Я-я подумал, что тебе конь богатырский пригодится.

Я поднялся на ноги и призадумался.

– Да, без меча туго придётся. – Но что удивительно, я был ни капли не расстроен. Наоборот, потеплело на душе. Всё-таки хороший у меня дядька. Подумал о том, как дорогу дальнюю для меня легче сделать. Ладно, что было, то было.

– И как же звать этого богатырского коня? – Я сложил руки на груди.

Конь вскочил, взмахнул гривой и горделиво вскинул голову.

– Зовут меня Гай Юлий Цезарь. Ну, делая скидку на ваше образование, – снисходительно продолжил он, – можете звать меня просто Юлий.

Я невольно рассмеялся:

– Это что ж за имя такое странное?

Конь поморщился – похоже, обиделся.

– Меня назвали в честь великого римского полководца и императора. Я ведь до того, как меня цыгане украли, при храме новгородском был. Там множество книг занятных хранится.

Да уж, интересного коня мне Тихон купил. Мало того, что говорящий, да ещё и грамотный. А может, это и к лучшему. Я хоть умом не обделён, но на силу полагаться больше привык. Чем плохо в нашу компанию такого умного принять? Дурного он ничего нам не сделал. И парень вроде неплохой – ну и что, что конь. Да и жалко его прогонять, пропадёт один в лесу. К тому же Тихон за него всё до портков отдал. Так я и решился.

– Ну, стало быть, придётся теперь втроём нам путь нелёгкий держать.

Я наклонился и поднял дубину, которой до того Юлия зашибить пытался. Я повернулся к коню и медленно опустил дубину ему на морду. Слыхал я когда-то, что как-то так князья заморские героев себе на службу принимали. Юлий посмотрел на меня испуганно, но с места не сдвинулся.

– Что ж, служи мне верно, богатырский конь, – сказал я так торжественно, как только мог. – Не оставь меня ни мёртвым, ни раненым; ни серым волкам на растерзание, ни чёрным воронам на расклевание, врагам на поругание. Где б мы ни были, домой привези.

Открыв глаза, я увидел, как Тихон растроганно смахнул слезу. А вот Юлий, похоже, струхнул. Его морда вытянулась, и он попятился к кустам. Но те вдруг затрещали, и Юлий стрелой бросился ко мне за спину. Видать, решил, что со мной спокойнее. Ну а я что, самый смелый? Мы с Тихоном за дерево побежали, а Юлий за нами. Собравшись с духом, мы выглянули из-за ствола.

– Там в кустах что-то есть, – сказал Тихон вполголоса.

– Тихон, иди посмотри, – сказал Юлий, копытом вытолкнув дядьку из укрытия.

– А почему я? С-сам иди! – Тихон попытался спрятаться обратно, но Юлий упёр копыто ему в грудь и не пускал.

– Ты здесь самый старый. Опытный. Своё уже пожил, – стал перечислять Юлий.

От возмущения сил у Тихона прибавилось, и он смог, пересилив коня, вернуться за дерево. Кусты затрещали снова...

Да, без толку было на этих двоих надеяться. Пришлось мне самому разбираться. Я нахмурился, чтобы придать лицу суровый вид, и грозно сказал:

– А ну, кто там в кустах прячется? Покажись и прими вызов на бой честный! Отведай-ка силушки богатырской!

Правда, из-за дерева я выходить не стал. Ну, на всякий случай. И очень надеялся, что в кустах кто-нибудь маленький шуршит.

– Мы сейчас копьё кинем! – крикнул Юлий визгливо.

И тут из кустов раздался знакомый звонкий голосок:

– Не надо копьё!

Из зарослей на ослике выехала Любава, а следом бабка показалась. Ну и вид у них был! Растрёпанные и в репьях да листьях с ног до головы.

– Любава? – Я вышел из-за дерева. – Ты что здесь делаешь?

– Мы с бабулей от самого Ростова за тобой идём, – сказала Любава, ослика ко мне направив. За ней семенила бабушка, снимая с внучки репьи. – Ты прости нас, Алёшенька. Только тревожно сердечку стало, не сдержалась я.

Я озадаченно в затылке почесал. Как девицу с собой на такое опасное дело брать? Но, посмотрев в Любавино виноватое лицо, я передумал её назад отправлять. Она ради меня одного такой путь проделала, трудностей не испугалась. Как я её прогоню? Да и вообще, богатырь я или кто? Неужто девицу в дороге защитить не сумею? Пускай с нами идёт, коли не боится.