Девятнадцать сорок восемь Том V - Сергей Викторович Вишневский

— Тогда я пожалуй…

Тут Гоша протянул свою лапу, забрал у него букет и произнес:

— Еще раз увижу — на хлеб намажу. Понял?

Парень попытался отскочить, но здоровяк его держал не хуже стальных оков. Ноги ухажера начали подгибаться, губы дрожать, но разум заставил произнести совершенно не то, что он думал:

— Чисто технически — это невозможно…

— А я волшебник, — нагнулся к нему Гоша и уставился в глаза собеседнику. — Волшебник-людоед! Понял?

Рыжий активно закивал и как только Митин его отпустил тут же ринулся по лестнице вниз.

Закрыв дверь, здоровяк вернулся на кухню, вручил сестре букет и снова уселся за компьютер.

— Миленько, — прокомментировала Лена. — Спасибо, Гош. Я действительно задолбалась яд наших стерв терпеть. Ладно бы богач какой или аристократ. А тут эти…

— Не за что, — буркнул Гоша, открывая очередную вкладу.

— Ты, кстати, что там делаешь? Мне ноут так-то тоже нужен, — спросила Елена, положив букет на подоконник.

— Ищу информацию. По артефактам.

— Зачем?

Гоша вздохнул, помял переносицу и произнес:

— Думал научиться основы для артефактов делать, но тут засада. Знаний не хватает, — признался он. — Пробовал сам делать — жахнуло будь здоров. Носил мастеру, так он меня с дерьмом смешал…

— Тебя? Серьезно?

— Словами и культурно, — хмыкнул Гоша. — Нужны знания, но их нет. Думал в сети найду что-нибудь.

Динь-дилинь!

Митин выразительно взглянул на сестру.

— Только не бей его, пожалуйста, — осторожно произнесла девушка.

Здоровяк тяжело вздохнул, взял со стола половинку белого хлеба и нож, после чего направился в коридор. Открыв дверь, он демонстративно воткнул ножик в мякоть и состроил ужасную гримасу.

— Здравствуй, Гош, — произнес невысокий, но широкоплечий мужчина с двумя подручными за спиной. — Обедаешь? Обед — это хорошо.

Митин шевельнул челюстью и недовольно глянул на стоявшего перед ним авторитета.

— Здорова, Кабанчик, — кивнул он ему. — Какими судьбами?

— К тебе, родной. К тебе…

Фирс сидел на лавочке и задумчиво смотрел на Поющую осину.

В последнее время это стало своего рода традицией. Как не странно, но только здесь он мог побыть наедине с собой. Дома днем, в любой момент мог завалиться вешкин, а ночью Маргарита. Он, конечно, уже подпирал кроватью дверь и это давало неплохие результаты, однако девушка все равно его будила своими тихими, но крайне разнообразными ругательствами.

— Вот же неугомонная, — усмехнулся Фирс.

Тяжело вздохнув он еще сильнее растекся на лавочки под тихий, но мелодичный свист магического дерева.

Как-то отступили в последнее время тревоги на счет Громова, горечь от провала поступления, а также боль от последнего разговора с Алисой. Жизнь медленно, но уверенно становилась рутиной.

— Неплохо, — кивнул он своим мыслям.

В этот момент, недалеко от лавочки остановились две девушки. Фирс не сразу обратил на них внимания. Первой была студентка с меткой адепта, а вот второй была Алиса.

Девушка заметила Фирса, кивнула своей подруге и направилась к Фирсу, рассматривающему Поющую осину.

— Привет, — тихо произнесла она, заставив парня перевести на нее взгляд.

Фирс молчал. Несколько секунд он разглядывал Орлову, после чего тяжело вздохнул и кивнул ей.

— Привет.

— Можно присяду?

— Садись.

Алиса уселась и несколько секунд молчала. Из головы молодой аристократки почему-то сразу вылетел весь заготовленный монолог, что она неоднократно прокручивала в голове.

— Слушай, — неуверенно произнесла она. — Я… я хотела поговорить с тобой. Не уходи пожалуйста. Мне нужно… очень нужно выговориться.

Фирс молча уставился на кусты, что обрамляли дорожку и кивнул.

— Я… в общем, я хотела сказать тебе огромное спасибо. Ты не представляешь, что для меня сделал…

Алиса умолкла, пытаясь подобрать слова. По субъективному мнению, все фразы, что она заготавливала сейчас, рядом с Фирсом выглядели крайне пошло, неискренне и фальшиво.

— Да, нет. Представляю, — спокойно ответил парень вновь ощутив в груди неприятную тяжесть. — Представляю и понимаю.

— Я просто… просто я не знала, что ты собирался сделать. Кольцо… ты мог использовать кольцо по другому.

— Думаешь? — хмыкнул Фирс. — А мне кажется нет. Не мог.

Девушка открыла рот, затем закрыла и несколько секунд молчала.

— Наш последний разговор… и тот танец кукол… — осторожно произнесла она. — Ты… ты никогда не говорил, а я даже не задумывалась над… твоими чувствами.

Фирс посмотрел на нее, тяжело вздохнул, а затем уставился на кончики своих берц, которые пришлось напялить из-за того, что кроссовки совершенно износились. Тратить деньги на приличную обувь ему жутко не хотелось.

— За все время нашей дружбы, мы очень хорошо общались. Я очень многое… многое поняла, с момента нашего разговора.

— И что же?

Девушка несколько секунд молчала, после чего произнесла:

— Что мне тебя не хватает. Оказывается, ты мой единственный и настоящий друг. Вокруг меня очень много людей и много аристократов, но они все знакомые. А ты, друг.

— Может быть в этом и проблема? — горько усмехнулся Фирс. — Я вообще не человек. Я друг.

— В смысле… — растерялась девушка.

— Не обращай внимания. Это так, личные заметки, — произнес парень.

— В общем, я хотела сказать, что я поняла, что у тебя ко мне были чувства и что ты в меня влю…

— Зачем? — оборвал ее Фирс.

— Ты о чем?

— Зачем ты мне это говоришь?

— Чтобы между нами не было недосказанности и…

— И чтобы тебе стало легче? — стараясь унять подступающий ком к горлу произнес Фирс. — Ты все поняла. Я