Генетический эксперимент - Александр Зубенко

Лёша, что через пространства можем перемещаться не только мы, одетые в современную одежду, а и любые предметы или организмы их других измерений.

- Точно! Я уже думал об этом. Не хватало, чтобы мы из пермского или ордовикского периодов притащили с собой в свой мир какого-нибудь клопа или споры гигантских грибов. Вся эволюция рухнет в одночасье. Новый виток развития, новые формы животного биома планеты, и как результат, вместо человека разумного, в реалии нашего мира могут быть какие-нибудь шестикрылые осьминоги с разумом человека.

- Вполне возможно, - согласился он, всё больше хмуря брови. – Вот от таких как мы, бедолаг-энтузиастов, и спасают планету наши знакомые инквизиторы, как они себя называют. Представь, что было бы, если каждый «перебежчик» в нашем лице приносил из потустороннего мира с собой какие-нибудь несуществующие вирусы и бактерии. Что мешает небольшой рептилии залезть тебе в карман и переместиться с тобой в твой собственный мир? А если она, к тому же, будет собираться откладывать яйца? И отложит их не в своей временной нише пермского периода, а в нашем реальном времени?

- И эти ликвидаторы…

- Как раз и занимаются чисткой. Выявляют таких как мы, забирают в свои эпохи, держат в плену, чтобы они не нарушали баланса планеты.

- Но ведь нас всего девять. Зачем им тратить столько усилий, создавать форпосты по всем виткам измерений, если нас, что кот наплакал.

- Откуда ты знаешь, что нас только девять?

- Сам же говорил.

- Я говорил то, что слышал от них самих. Девять, включая теперь и тебя, только в ЭТОМ мире, современном для нас. А сколько их может быть в других эпохах и измерениях? Думаешь, тот профессор был один, кто проводил генетический эксперимент? Один он был в НАШЕМ с тобой реальном мире, а таких профессоров по всем просторам измерений, возможно, видимо-невидимо. В каждой эпохе свой профессор и свои «проводники». А там где «проводники», там и «перебежчики», унаследовавшие их генетический дар. Всё просто.

Мы ещё немного побеседовали, я бросил последний взгляд на светящееся окно своего балкона, пустил струю дыма, проводил глазами вернувшегося со свидания кота и, подмигнув Андрею, весь подобрался.

- Готов? – оглядел он меня.

- Готов.

- Тогда вперёд! Анжелика там одна.

- Расскажешь, как прибудем?

- О чём?

- О встрече с её мамой и сыном.

- Расскажу.

И мы пропали.

Кот удивлённо поднял шерсть дыбом, проводил исчезающие световые маркеры и, забившись под гараж, пригрозил оттуда недовольным урчанием.

Мой мир остался за пределами сознания.

На этом всё.

Глава 6-я: Вызволение из плена

Четверг, 18:30 (по реальному земному времени).

Анжелика поджидала нас, сидя на ветвях раскинутого папоротника, откуда ей был виден весь простор зелёного океана первобытных джунглей. Как мы и предполагали, Андрей нашёл её по светящемуся шлейфу, который ещё не успел раствориться в пространстве, и когда мы прибыли, материализовавшись в точке сингулярности, она едва не вскрикнула от радости. Огромные стрекозы-меганевры, величиною с локоть руки, летали вокруг неё, норовя запустить своё жало в тёплое тело жертвы. Ей пришлось стать невидимой, но эти твари пермского периода находили бедную девушку, очевидно, по запаху, а возможно и с помощью каких-то рентгеновских лучей, как наши комары, только весьма чудовищных размеров. Это было ещё не всё. На ветвях копошились всевозможные жужелицы-артроплевры, превышающие размерами торс человека, а внизу, в соцветиях голосеменных растений кишели полчища сухопутных скорпионов-аномалокарисов. Как только мы оказались в поле их видимости, раздалось гулкое шипение, их бульдозерные клешни защёлкали в поисках добычи и, схватив Анжелику, Андрей стремительно выдернул её из этого кромешного ада. Причина такого скопления гигантских насекомых была в колоссальном термитнике, который располагался под нависавшими листьями папоротника. Переместив девушку к соседнему дереву, мы, наконец, смогли перевести дух. Анжелика дрожала, но была на седьмом небе от радости.

- Думала, погибну! – нервно засмеялась она, влюблёнными глазами смотря на своего нового возлюбленного.

- Как же тебя угораздило оказаться прямо над этим муравейником? – Андрей осматривал её в поисках укусов.

- Ты исчез, - начала объяснять она. – Из хвощей и плаунов вылезла какая-то морда, похожая на экскаватор, уставилась на меня, и уже готова была растерзать на клочья, когда я взмыла вверх, не разбирая дороги. А эту рептилию, в свою очередь, поглотила какая-то тварь, сожрав её без остатка. Видишь, какое пиршество внизу? – указала она рукой на кишащий клубок щетинистых насекомых, величиной с домашних кошек. – Доедают внутренности. Огромная тварюка была, и я едва не выдала себя, вовремя став невидимой. Какой-то гребень на голове, вся в шипах и бородавках. Сожрала в считанные минуты, рыгнула, и уползла в кусты. Только тут я заметила, что вокруг меня настоящие легионы этих ползучих тварей. Оцепенев, я похолодела от страха. Но как раз и вы подоспели.

- Выходит, ты пробыла здесь в одиночестве не менее получаса?

- Скорее, минут двадцать. А что?

- Я думал, мы с Алексеем вернёмся тут же, как я тебя покинул, - после некоторого размышления, ответил Андрей. – Странное что-то творится с этими перемещениями. То у Лёши к одежде сосновые иголки пристают, причём, прямиком из Байкала, то временной промежуток удлиняется.

- Ты о чём?

Мне пришлось повторно рассказать своё путешествие с дочерью на страницы книг, не слишком известного мне автора Александра Зубенко, пока Андрей в реальном мире Анжелики знакомился с внуком Полины Сергеевны. И пока мы, таким образом, беседовали, наш старший товарищ уже успел ускориться, переместившись к ручью. Выловив в нём какую-то кистепёрую рыбину, он разжёг костёр и приготовил на самодельном вертеле весьма аппетитный ужин. Всё заняло не более полминуты. Я ещё не успел окончить наши с Яной приключения, а он уже зазывал нас к импровизированному столу.

В этот вечер мы больше никуда не отдалялись, поглощая благоухающую на дыму рыбу и строя планы на будущее. Переночевать решили в высокой листве отдалённого от муравейника папоротника, устелив широкими листьями нечто похожее на гнёзда. Насекомые не мешали, хищные рептилии были слышны где-то у водопоя, аномалокарисы и меганевры, отходя ко сну, больше не тревожили, а вместо них лес наполнился иными звуками, будоражившими иногда наш слух. Андрей устроился рядом с Анжеликой, я приготовил себе лежанку чуть ниже и, взирая на восхитительные звёзды в ночном небе, мы, наконец, заснули.

…Был четверг, его полночь,