Наемник переродился на планете женщин! Или кратко: Хамелеон. Том 4 - Отшельник Извращённый

Понятно, что ей девятнадцать, и у неё хлещут гормоны, а между ног зудит. К тому же, в этом мире понятия у девушек совсем иные, как у мужчин моего. А ещё они ведь парней считают, как что-то невероятное, но в мыслях думают о тех, как о завоеванных трофеях. Я уже успел понять местные реалии. И если в моём прошлом мире парни делились на две категории: одни были однолюбы и считали, что должна быть только одна девушка, то вот другая категория, к которой я и относился, считала, что чем больше девчонок оприходовал, тем веселее жизнь. Что, если в этом мире тоже самое? Если бы соотношение между мужчинами и женщинами было более равное? Тогда бы Петра относилась к какой категории?»

Он прошёл к своему столу и, оперевшись на него задницей, скрестил ноги, улыбаясь. Кажется, снова что-то задумал.

— Чего это ты такой довольный? — нахмурилась Петра.

— Я понимаю твои чувства, — начал Димитрий спокойно, уверенно. — Но представь на минутку, что мы переспим. Нужны ли мне слухи о том, что я такой ветреный — переспал с героиней? Прознай о подобном папарацци, и моя жизнь будет испорчена. Не до конца, конечно, но имидж явно пострадает. И не только мой, но и корпорации.

— К чему ты это ведёшь? — делала та вид, будто не понимает. Однако у самой пересохло в горле.

Он, не отвечая, подошёл к ней вплотную. Петра, невольно отступая, прижалась спиной к стене кабинета.

— Я хочу тебя, — прошептал он ей на ухо, и его голос прозвучал так сексуально, что у неё набухли мурашки. — Да, у меня есть любимые девушки. У тебя — парень. Я же не предлагаю нам разлюбить их. Давай переспим безо всяких обязательств. Я не собираюсь лезть в твою жизнь. А ты пообещаешь не лезть в мою.

Петра, зажатая между ним и холодной стеной, с трудом сглатывала, пытаясь найти слова. Сердце колотилось в груди, словно птица, бьющаяся в клетке. Её разум кричал: «Нет! Это неправильно! Это измена!», но тело… тело предавало её, откликаясь на его близость волной жара.

— Я… — начала она, но Димитрий приложил палец к её губам, заставляя её замолчать.

— Не надо слов, — прошептал он, обжигая горячим дыханием её кожу. — Просто… скажи… да… или… нет.

Глаза же его алые, как два сгустка крови, смотрели слишком соблазнительно. Петра зажмурилась, пытаясь собраться с мыслями.

«Да… или… нет? — отдавалось в её голове. — Что же мне выбрать?»

— А в попку… — прошептала она, едва слышно. — Это будет считаться… за измену?

Димитрий, услышав её вопрос, не смог сдержать улыбки. Эта девчонка была не только красивой и сексуальной, но ещё и удивительно наивной.

— Думаю, что нет, — ответил он, наклоняясь к ней ещё ближе. — Так что… — и сделал паузу. — решение… за тобой.

Петра текла.

— Тогда… — прошептала она, её голос дрожал. — Если хочешь… то используй её.

Предлагать дважды было не нужно. Не теряя ни секунды, он резко развернул её лицом к стене. Она закусила губы и повернула голову, наблюдая, как он без всяких нежностей схватил её за попку. Оттянул ткань спандекса и разорвал супергеройский костюмчик, открывая доступ к горячим дырочкам.

— У тебя такой упругий задок, — прошептал он ей на ухо, проводя рукой по её ягодицам. — Кайф.

— Не заставляй меня смущаться ещё сильнее… — прошептала она.

Его пальцы коснулись её горячей дырочки. Петра вздрогнула и тихо застонала.

— Расслабься, — прошептал он. — Я буду нежным.

— Хорошо… Оё-ё-ёй… Больно! Ая-я-яй! Подожди!

— Это просто палец.

— Только палец⁈ — округлились её глаза. Кажется, она только что поняла на что подписалась. — Мамочки…

…Спустя некоторое время, Петра, пошатываясь, поднялась с пола, опираясь на край дивана. Красные волосы растрепаны, на щеках горел румянец от пощёчин, на шее следы от пальцев, а на губах… усталая улыбка. Она поправила маску, что съехала набок, и с ужасом осмотрела свой супергеройский костюм. На заднице красовалась огромная порванная дыра, сквозь которую виднелись отшлёпанные краснющие ягодицы.

— И как я теперь пойду домой? В таком… виде? — прошептала она.

— Не волнуйся, — Димитрий, уже надевший брюки, улыбнулся. — Я тебе новенький закажу. С доставкой.

Он подмигнул и отпил из стакана воды.

— Если захочешь повторить, ты знаешь, где меня найти.

Петра, сглотнув, посмотрела на него.

— Ты… ты правда… никому не скажешь?

Димитрий улыбнулся:

— Зачем мне лишаться такой игрушки? — и шлёпнул по её ягодице. — Не расскажу, обещаю. Твоя попка очень хороша. Я два раза кончил.

Красноволосая, не в силах скрыть смущения, отвернулась.

— Я… я не… хм… — промямлила она, но не смогла закончить фразу.

— Смелее. Что хотела сказать?

— Я просто никогда не делала ничего подобного. Вот. Это было странное ощущение — она взглянула на него, и в её глазах мелькнуло что-то похожее на панику. — Мне… мне пора!

— Уже уходишь? — он улыбнулся.

— Да, — Петра поспешно направилась к окну. — Мне, правда, нужно бежать.

Она замешкалась у подоконника, оглядывая свой немного потрёпанный вид и взметнула в ночное небо. Её порванный костюм развевался на ветру, словно дранный флаг после тяжёлой битвы.

Внезапно картинка перед глазами Димитрия рассыпалась на осколки, как зеркало, разбитое на тысячи кусков. Он моргнул, и ощущение нереальности пропало. Он снова сидел за своим рабочим столом, держась за лямку медицинской маски, которую только что собирался снять. А перед ним… стояла Петра. В своём целом супергеройском костюме и с фотоаппаратом в руках.

«Наверное, — подумал Димон, глядя на неё. — Так всё и будет, если я сниму маску. Хотя… может и нет. Может, она просто пошлёт меня? Я был бы рад. В любом