Элизабет Норрис - Разоблачение

- Думаешь, я буду отвечать на твои вопросы? - спрашивает он со смехом.

- Я уверена в этом, учитывая то, что ты привез гражданского на место преступления.

- Я уже получил за это от Страза.

- А что будет, если эта информация просочится в прессу? - я слишком много смотрю плохих фильмов? - Думаю, они будут рады услышать, как я шокирована увиденным!

Барклай ничего на это не отвечает.

- Для тебя у меня тоже есть информация, - я не хочу его совсем напугать.

- Информация? Что ты можешь мне сказать?

- Документы моего отца.

Клянусь, я слышала, как он нервно вздохнул.

- Ладно, заеду за тобой в 5, только куда?

Я диктую ему адрес Мира Меса, где мы с Алексом договорились встретиться.

Я добуду информацию у Барклая, а Бен и Алекс поездят по округе в поисках заправки, на которой была сделана фотография нашего Майка Купера.

Я вешаю трубку и возвращаюсь за стол. Алекс с Сесилией и еще пара наших друзей обедают. Они болтают о предстоящем тесте по математике и выпускных экзаменах. Как же мало все это имеет теперь значения, учитывая предстоящий конец света!

Я делаю вид, что внимательно их слушаю, а сама глазами ищу Бена.

Они с Элайджей на своем привычном месте на траве, с ними Рокси и Алисия, все громко смеются.

Бен как всегда выглядит немного отстраненным, а я понимаю, что дико ревную, потому что хочу, чтобы он обедал со мной.

- Итак, Бен Майклз..., - неожиданно произносит Сесилия, я поворачиваюсь к ней и вижу, что она улыбается.

Кто-то рядом хихикает, а Сесилия продолжает с огромной улыбкой на лице:

- Он - милашка!

Я пожимаю плечами:

- Если тебе нравятся плохиши.

Она улыбается еще шире и смотрит в сторону Бена и Элайджи:

- Нравятся!

- Вот никогда не понимал всей этой истерии вокруг плохих мальчиков. Всегда считал, что умные и интеллигентные более привлекательны, - говорит Алекс.

- Ох, Алекс, как плохо ты знаешь девочек, - отвечаю я ему с улыбкой.

Сесилия поворачивается к нам:

- Бен Майклз чертовски умен в физике. Кажется, кое-кому умному и интеллигентному стоит посмотреть его последние лабораторные.

- Кажется, мне нужен новый гардероб.

После чего завязывается долгий разговор о том, как же из Алекса сделать плохого парня.

Я же возвращаюсь взглядом к Бену.

Но тут Алекс толкает меня плечом.

- Что?

Он кивает куда-то, но я не могу понять, к чему он хочет привлечь мое внимание.

Через пару секунд он закатывает глаза и говорит:

- Кейт, она обедает в одиночестве?

Я смотрю в сторону Кейт и она действительно одна за своим обычным столом, а ее подруги - за другим. Но тут Брук подходит к Кейт и что-то ей говорит.

Кейт качает головой в ответ и Брук уходит.

- Интересно, что все это значит? - спрашивает Алекс.

- Это так важно? - я возвращаюсь к еде. Надеюсь, что это действительно не важно.

08:03:34:58

- Сейчас вы уже почти на середине новеллы, - говорит Публит. - И вы уже поняли основную мысль. Что нового вы открыли для себя о Гетсби?

Школа - то место, где я могу хоть на время забыть об отсчете, параллельных вселенных, Майке Купере и тому подобное. Но тут я понимаю, как сильно я отстала, сколько домашних заданий я не сделала из-за суматохи последних дней!

И у Публит явно настроенный радар на невыполненные домашние задания.

- Мисс Теннер, назовите мне одну вещь, что вы узнали о Гетсби.

Я уже почти готова признать, что не имею ни малейшего понятия, о чем она, как вижу Бена, который стучит по тетради.

Все, что Гетсби делал, было для Дейзи.

Слава Богу, я читала "Великий Гетсби" раньше, только я не знаю, на каком месте мы сейчас по школьной программе. Поэтому пользуюсь подсказкой Бена и добавляю свои мысли. В конце моего ответа Публит говорит:

- Спасибо, мисс Теннер!

- Мисс, Чу, говорила, что Дейзи просто невинная жертва своего мужа-тирана.

Что вы думаете о ней сейчас, после очередной прочитанной главы?

Я смотрю на Бена, благодарная, что спас меня, но и расстроенная, что ему пришлось это сделать. Как только разберусь со всем, мне придется пересмотреть свое отношение к учебе.

- А сейчас давайте рассмотрим речевые обороты, которые Фитцджеральд использует в главах 4 и 5, - говорит Публит. - Какие цитаты Вы бы выделили, которыми Фитцджеральд указывает на Гетсби, как на пример неудавшейся американской мечты?

- Ты разве не читала книгу года два назад? - шепчет Бен.

Я выпрямляюсь и смотрю на него. Откуда он знает?

- Не так-то много учеников в этой школе читают во время обеда. По крайней мере, если и читают, то их выбор явно в пользу "Гарри Поттера", а не "Великого Гэтсби".

- Гарри Поттер - классика! - шепчу я в ответ.

- Какая твоя любимая книга?

-"Электрическая церковь" Джеффа Сомерса, - говорю я, не раздумывая. - Если мне надо выбрать одну книгу, то это совершенно точно эта научная фантастика, где главный герой просто засранец. Эта книга ни на что не похожа.

- Когда все закончится, я обязательно ее прочитаю.

Мне хочется спросить, какая у него любимая книга, но Публит опережает меня:

- Мистер Майклз, перестаньте делать мисс Теннер предложение, будьте повнимательней к уроку.

Я вспыхиваю, а Бен просто улыбается:

- Вы только что похоронили мою попытку пригласить ее на свидание!

Как бы мне хотелось провалиться сквозь землю сейчас. Я сразу же вспоминаю наше с ним свидание, то, как Бен сказал, что мы не можем быть вместе, то, что нам предстоит. Такое ощущение, что меня всю изрезали на мелкие кусочки.

- Ну не на моем же уроке! - отвечает Публит и возвращается к обсуждению Гетсби.

Но тут я чувствую тошноту, голова начинает кружиться, а через секунду земля уходит из-под моих ног.

08:03:30:01

Пол трясется, стены вибрируют, столы и стулья танцуют - все двигается в разные стороны, а меня будто тянут то влево, то вправо. Публит падает у доски. Класс сидит на местах, пораженный тем, что происходит вокруг.

Кто-то позади меня говорит:

- Твою мать, это что, землетрясение?

Публит кричит, чтобы все прятались под столы, как нас учили на тренировках. Это Калифорния, мы прекрасно знаем, что надо делать во время землетрясений!

Я откидываю стул и залезаю под парту, стараясь при этом убедить себя, что все в порядке, что это просто землетрясение. И только через секунду понимаю, что должна помочь Бену, потому что он продолжает сидеть на месте. Я так и представляю, как осколки разбившегося стекла вонзаются ему в лицо, поэтому резко дергаю его за руку и тащу под стол.

Пол продолжает трястись, и я понимаю, что все не так просто. Дышать становится тяжелее, я начинаю терять ориентацию.

Такое ощущение, что тело вибрирует, а кожа существует отдельно от меня.

Книги падают со столов, стулья с грохотом опрокидываются. Я пытаюсь схватиться за ножку стола, чтобы была хоть какая опора.

Со стен падают картины, свет выключается, окна открываются и повсюду осколки от разбившихся стекол, кто-то начинает кричать.

И через секунду все заканчивается. Руки продолжают трястись, но земля остановилась.

И только когда все совсем прекращается, я понимаю, каким громким и ужасным было это землетрясение - как гром, только не с неба, а из-под земли.

Я слышу стук своего сердца, протягиваю руку и касаюсь запястья Бена, пытаясь расслышать и его пульс. Я слышу дыхание каждого в этом классе, кто-то всхлипывает. И тут срабатывает система оповещения, и я слышу голос

Мауро:

- Код Белый. Землетрясение. Заприте комнаты, код белый!

И опять тишина, только звуки нашего дыхания.

- Все живы? - спрашивает Публит и по классу раздается нестройный хор ответов. - Мисс Кроули, вы в порядке?

- Разбила колено, но выживу.

- Будьте, уж, так добры. Еще кровь?

- Нет, но болит как сучка!

- Успокоили. Мисс Дезжардинс, вы ранены?

За нее отвечает Алекс, потому что сама Дезжардинс громко рыдает:

- Мэдди в порядке. Просто царапины и она напугана, но уже начинает успокаиваться.

- Отлично. Отлично, - Публит встает и идет к столу. - Оставайтесь на местах на случай повторов, а я пока попытаюсь связаться с администрацией.

По классу раздается шепот, все интересуются друг у друга, в порядке ли они, или просто обмениваются догадками, что это за землетрясение, или делятся воспоминаниями о прошлых подобных случаях.

- В начальных классах я ударил Публит по лицу, - тихо говорит Бен.

- Что? - он, видимо, шутит.

- Это было в первые месяцы нашей учебы здесь, мы пытались вернуться домой и уже знали, что надо делать, но не знали, как. Я был так зол, во всем винил себя.

- Но это не была ничья вина!

Он качает головой:

- Нет, это была моя вина. А школа меня раздражала, потому что я считал ее напрасной тратой времени. Мы тратили каждую секунду на изучение нашей проблемы, а школа только мешала. Плюс я ненавидел свой тогдашний дом, к тому же на тот момент мы с Ридом были в ссоре и не переносили друг друга.