Джетти Вудрафф - Покорная

- Ты какая-то красная, Гэбби. Все хорошо?

Я споткнулась, обернувшись, и встретилась взглядом с Лейном.

- Эм, да. Все хорошо. Спасибо.

- Эй, - произнес он, рукой хватая меня за кисть, когда я проходила мимо.

Стоя так близко, я увидела, что его глаза были грустные, а не расстроенные.

- Да?

- Ты не помнишь меня? Совсем?

- Прости. Нет. Знаю только, что ты - муж Кэндес.

Лейн шумно выдохнул и отпустил меня.

- Наверно, это и к лучшему.

Я не ответила. Нет. Не хотела знать. Я пошла к толпе. Пэкстон стоял в бассейне, подбрасывая Офелию в воздух. Остальные все еще играли в бадминтон. Никто не заметил наше отсутствие.

Кроме Лейна.

- Я вчера отправила тебе пять сообщений, - сказала Кэндес, улыбаясь, когда села слева от меня.

- Да? Я не проверяла телефон последние дни, - призналась я, оглядываясь в поисках сумочки. Конечно, она отправляла. Вот только мой телефон не звонил.

- Может на следующей неделе, - предложила она, пока я читала сообщения. Кэндес хотела пообедать вместе. Я почти сказала, что мне не разрешено, но сдержалась. Пэкстон не показывал эту сторону на публике. Лишь наедине, только со мной. После проведенного вместе времени я знала, что они мне завидовали. Завидовали нашим отношениям.

Если бы они только знали.

- Пэкстон сказал, что ты уже можешь водить. Сможем отвезти девочек в Bobos на следующей неделе.

- Bobos? - спросила я, ища в телефоне ответ. Ничего. У меня было одиннадцать контактов. Пэкстон - первый. Большинство других - дополнительные занятия девочек, номера соседей, дантист и педиатр. Вот и все. Моя жизнь ограничивалась девочками и мужем.

- Ты должна помнить Bobos. Ты ненавидишь это место. Офелия же его обожает. Ее любимое занятие.

- Что это?

- Игры. Глупые игры, где они выигрывают длинные ленты билетиков и глупые призы, в основном шумные.

Я засмеялась.

- Звучит весело. Я в деле.

- Вы о чем? - спросил Пэкстон, подойдя к нам, вытирая волосы полотенцем. Его мокрая грудь привлекла мое внимание, вызывая мгновенное желание у меня внизу живота. Я не могла понять этого. В этом не было смысла. Никакого. Он обращался со мной, как с собственностью, а я хотела его. Это явно должно быть связано с травмой головы.

- Bobos, - ответила Кэндес, закатывая глаза и улыбаясь.

- О, ужас, - поддразнил он, усмехаясь. Это странное умение читать его вводило меня в замешательство. Словно я всю жизнь делала это, пусть и не помнила. Я знала, что ухмылка была для меня, а не из-за глупых игр. Я не поеду в Bobos.

- Марк сказал, что ты должен пойти с нами, - перебила нас Роуэн, зевая. Я посмотрела на время на телефоне. Почти девять вечера. Она устала, пора было в кровать.

Пэкстон взял ее за руку и пошел за ней, спрашивая, куда она его вела. Роуэн ноющим тоном напомнила ему о бенгальских огнях, и он ушел с ней.

Шейла и Триша присоединились к нам, оставляя парней играть с детьми.

- На что похож секс, когда ты не знаешь, кто ты? Похож на первый раз? - спросила Шейла.

- Шей! - шикнула на нее Кэндес.

Я засмеялась, но удержалась от того, чтобы рассказать, что наш первый раз после аварии был у нее в ванной.

- Да, это похоже на первый секс, - призналась я.

- Хотелось бы мне повторить наш первый раз. Хотя нет. Наш первый раз был ужасен. У Марка даже не вставал, настолько пьян он был, - объяснила Шейла.

Звуковой сигнал телефона заставил меня опустить взгляд.

Пэкстон: Подойди сюда.

Габриэлла: Нет. Я разговариваю. Ты прекрасно меня видишь.

Пэкстон: Нет? Серьезно?

Воздух застрял в легких, когда вибрация между моих ног возобновилась, вызывая мгновенное желание.

- Что случилось? Ты в порядке? - спросила Кэндес, озабоченность читалась на ее лице.

- Да, просто нужно размяться немного.

- Спина? Могу я чем-то помочь? - Я осмотрела трех девушек, у всех глаза были наполнены волнением.

- Нет, нет. Все хорошо. Пойду, прогуляюсь к девочкам. Это поможет.

Мой взгляд встретился с Пэкстоном, на чьем лице сияла улыбка. На моем же, без сомнения, была написала злость и раздражение.

- Это моя девочка, - сказал он, обнимая меня за плечи и притягивая к себе, оставляя поцелуй на макушке.

- Выключи их, - приказала я сквозь стиснутые зубы.

- Пока рано. О чем вы говорили?

- Ни о чем. Выключи их, Пэкс. Я серьезно.

- Папочка, возьми меня? - попросила Офелия, подняв руки, когда ее огонь сгорел.

- Давай собираться. Пойдем, Роу-роу. Пора домой, - крикнула я, когда и ее огонек сгорел. Она заныла, прося еще один.

- Роуэн, сейчас же, - зарычал Пэкстон.

Одна оговорка, и настроение изменилось. То, что, мне казалось, я почувствовала между мной и Пэкстоном, исчезло. Он был взбешен. Едва даже попрощался с соседями.

- Позвони мне завтра. Больше никаких отговорок, что ты меня не помнишь, - приказала Кэндес. Она обняла меня на прощание, поцеловала обеих девочек и похлопала Пэкстона по спине. Между нами с Кэндес была связь. Я чувствовала ее.

Я шла за Пэкстоном обратно туда, откуда мы пришли, держась за руки.

- Пэкстон, прости. Я не специально. Я забыла.

- Слишком многое ты забываешь. Тшш, - сказал он. Он заткнул меня и закрылся. Почему я не могла называть его Пэксом? Или это из-за Роуэн. Я назвала ее Роу-Роу. Я не упомянула даже об умных трусиках. Чувствовала их, но молчала. Ходьба с больной ногой и вибратором на клиторе - задача не из легких.

Вместо того, чтобы сфокусироваться на нем, я думала обо всем другом, изо всех сил стараясь забыть о его существовании. Думала о друзьях, о том были ли они действительно моими друзьями. Думала о Кэндес и ее дочери. Шанс помогла мне вспомнить их последний концертный танец, протанцевав весь номер. Офелия присоединилась к ней буквально на две секунды. Клянусь, внимание этой девочки переключалось со скоростью белки в колесе. Я думала о Лейне, о его странном взгляде и нашей неловкой беседе.

И о сексе.

Думала о сексе и об обжигающей нас страсти. Господи. Мы только что занимались сексом в ванной наших соседей.

- Приготовь девочек ко сну, - приказал Пэкстон с холодными нотками в голосе, как только мы вошли в дверь.

Я сделала выпад ногой, вывернув ее, пытаясь избавиться от вибрации.

- Может выключишь хотя бы эту штуку?

Пэкстон быстро удалялся, бросив взгляд назад.

- Нет.

Ни одна из девочек не жаловалась об отходе ко сну. Они весь день играли. Это их вымотало. Я сама жутко устала. Горячий душ и мой планшет - все, что было у меня на уме. Я даже не думала о вибрации между ног. Контакт разорвался, как только я зашла за угол. Ненадолго.

Он возобновился, когда Пэкстон пришел пожелать спокойной ночи девочкам. Я как раз выходила из комнаты Роуэн, когда трусики снова завибрировали.

- Иди в свою комнату и сними все, кроме трусиков, - приказал он хриплым голосом, касаясь губами моих губ.

- Пэкстон…

- Тшш, детка. Иди и делай, что велено. - Мои слова были прерваны его теплым дыханием на моих губах. Он быстро, но страстно поцеловал меня, вызывая смешанные чувства своим прикосновением. Я развернулась и направилась в комнату с тяжелым вздохом.

Как только дверь за мной закрылась, контакт снова оборвался, и вибрация прекратилась, но меня начало трясти из-за нервов. Мыслей о том, что запланировал Пэкстон, было достаточно, чтобы мои ладони вспотели, а адреналин наполнил мои вены. Что на этот раз?

Глава одиннадцатая

Казалось, что я ждала целую вечность. Я стояла перед открытой дверью, прикрывая платьем грудь, и чувствовала морской бриз в волосах. Он специально это делал. Заставлял меня ждать, усиливая ощущения. Заставлял меня гадать, что произойдет.

- Боже, ты чертовски красива, - произнес Пэкстон тихо у меня за спиной.

Я не ответила. Даже не развернулась. Просто закрыла глаза, ощутив снова начавшуюся вибрацию между ног.

Пэкстон встал позади меня, забирая платье у меня из рук.

- Здесь тебя никто не увидит. Никто, кроме меня. Как тебе твои новые трусики? Нравятся?

Черт. Разрешения не было. Так что я держала рот закрытым. Его пальцы сжали мои соски. Оба.

- Не хочу, чтобы ты тусовалась с Кэндес. На случай, если ты и это забыла.

- Почему? Она мне нравится, - запротестовала я.

- Тшш, замолкни. Не говори ни слова. Она мне не нравится, не нравится, как она на тебя влияет, и забудем об этом. Закрой рот и просто будь хорошей девочкой. Ты хоть представляешь, насколько непослушной ты сегодня была?

И снова я не ответила. Не должна была. По крайней мере, не словами. Что-то незнакомое охватило мое тело. Соски затвердели, тело наполнилось дофамином, а клитор набух и запульсировал. Почему? Какого хрена это со мной происходит? Было похоже на психологический рычаг, которым мог управлять только он. Власть накаляла воздух между нами. Я хотела, чтобы он подчинил меня, только не знала, кем это сделает меня.

Пэкстон знал. Пэкстон расшифровывал мои реакции. Словно говорил с моим ДНК на каком-то особом языке. Я хотела быть ведомой. Хотела ощутить власть его подчиняющего присутствия. Он был бесстрашен, прямолинеен и никогда не спрашивал разрешения. Делал, что хотел, и я желала, чтобы он продолжал. Насколько это все было запутано?