Князь шаман. Том 7 - Андрей Сергеевич Ткачев

Разумеется, полуворон предпочёл бы полноценный бой, чтобы постепенно показать противнику, насколько мы сильнее его, но я не хотел затягивать это и просто снёс рыцарю голову. Я думал, что этого будет достаточно, но, как оказалось, для монстра аномалии такое повреждение было совсем не критичным.

Конечно, чаще всего существа, порождённые аномалией, являются вполне себе убиваемыми и большинству из них достаточно действительно просто снести голову, но попадаются и такие вот экземпляры. У них не всегда однозначно понятно, где находятся уязвимые места и приходится чуть ли не разрезать их на части, чтобы добиться результата.

— А вот это уже гораздо интереснее! — радостно воскликнул Медзи, что аж клинок в моих руках задрожал от его возбуждения.

— Тебе бы только подраться, — тихо проворчал я.

— Без боя жизнь слишком скучна, — хмыкнул дух. — И вообще, лучше тебе двигаться быстрее, мастер.

Совет был к месту, так как рыцарь пусть и был сейчас без головы, но силы ему было не занимать. И если лёд его ещё удерживал на месте, то вот размахивать мечом монстру аномалии ничто не мешало. Более того, от одного удара барьер Светланы разрушился, а сама она с болезненным стоном осела на землю, получив откат из-за разрушенной техники. Барьеры, конечно, хороши, но они опасны как раз подобного рода последствиями и необходимо очень хорошо понимать, как следует действовать, чтобы не попасть вот в такую ситуацию.

И всё же рыцарь пусть и мог каким-то образом отслеживать меня, но не имел необходимой подвижности, для того чтобы поймать меня. Да и в целом он размахивал своим мечом довольно медленно, что в первую очередь было связано с размерами этого меча.

Так что подловить его было несложно. Проблема была в том, что даже отрезав руку с щитом, я не увидел ни капли крови, а сам рыцарь всё так же размахивал своим мечом будто и не заметил потери конечности. Вот тебе и монстр аномалии, которого не знаешь даже, как убить.

К этому моменту со стороны двух аристократов, которых я попросил следить за обстановкой, послышались звуки битвы, а значит, время стало поджимать.

Хорошо ещё, что пусть сам рыцарь и пытался атаковать меня, но всё же потеря конечности сказалась на его устойчивости и добить его было уже не так сложно. Оказалось, достаточно прорубить его грудь где-то до середины, как он замер, а потом упал, развалившись на составные части доспеха. Внутри лишь клубилась тьма, которая постепенно просто растворялась в воздухе.

Возможно, в ином случае пришлось бы ещё долго ковырять его доспехи, но недаром же у меня духовный артефакт, который обладает потрясающими разрывающими свойствами. Да и увеличение духовной энергии сказывается на этом свойстве самым положительным образом.

Проблемой в этом случае оставалось только то, что помимо одного рыцаря, из аномалии вышло ещё несколько его товарищей, и двое магов — явно не та сила, которая могла их сдерживать. Правда, и бежать особого смысла тоже не было — далеко не факт, что это вообще получится сделать, тем более, чем больше проходило времени, тем более магически насыщенной становилась эта область. Это, с одной стороны, упрощало жизнь магам, но с другой — монстры аномалии становились сильнее.

— Ты как? — обеспокоенно спросил я у Светланы.

Я тем временем стягивал к себе духовные частицы и направлял их в свою душу. Пришлось отменить вселение Медзи и быстро приводить себя в порядок, чтобы мне не стало плохо от слишком частой смены духов. Разумеется, всё не так печально, как в самом начале моего пути, но всё равно лучше не доводить себя до крайностей и действовать с определённой осторожностью.

— Уже лучше, — слабо улыбнулась моя слуга. — Дайте мне ещё минуту, и я смогу дальше помогать вам.

— Хорошо, — кивнул я.

— Синон, вселение! — отдал я команду сильфиде и в моей руке возник лук, сотканный из потоков воздуха.

С учётом, насколько трудно убиваемы эти рыцари, то лучше не давать подвижности Медзи возможности уговорить меня и действовать с безопасного расстояния. По крайней мере, так у меня остаётся больше пространства для манёвра, да и Свете меньше напрягаться, защищая меня.

Спасать аристократов, которые работали невдалеке от нас, я не собирался. Когда аномалия накрывает тебя посреди обычной трассы, ты в первую очередь заботишься о собственном выживании, да и они вполне успешно, пусть и не теснили монстров аномалии, но отражали их нападение. Всё же оба были магами и смогли взять себя в руки, правда, чем больше проходило времени, тем всё сильнее они уходили в сторону от нас. Так что я мог вполне спокойно использовать и другие свои способности без опасения, что пойдут слухи.

Монстры аномалий, подтверждая свою славу, шли прямо к людям, будто чуяли нас на большом расстоянии и им было плевать на потери, которые будут среди их рядов, лишь бы достать нас.

Лук в моих руках хоть и был порождён влиянием духовной энергии и являлся связкой меня и духа, тем не менее мог быть грозным оружием. Да, я не чувствовал тетивы, но стоило только поднести руку, как она соткалась из духовной энергии, а пальцы ощутили древко стрелы.

Духовная энергия многогранна и способна проходить через разные преобразования, благодаря воле духа или шамана. Но когда двое действуют как один, получается что-то общее, что-то более опасное и разрушительное. Разумеется, если действие направлено на разрушение. Главное — не допустить, чтобы спираль разрушения раскручивалась всё сильнее и не утянула в себя неразумного шамана.

Я видел слишком много примеров, когда всё проходило по плохому сценарию, но и я не был учеником.

Благодаря своим духам, я мог ощущать мир иначе и в то же время более полно, так, как недоступно ни людям, ни магам. Просто иначе.

Так что стоило вдалеке показаться первому рыцарю, как стрела сорвалась в полёт, а вслед за ней отправились ещё три. Доспехи рыцарей были крепкими и так просто их было не пробить, но когда наполненные энергией стрелы одна за другой попадают в одно и то же место, то даже магическая защита может с подобным не справиться.

Один противник рухнул на землю, но остались ещё десятки других, которые не собирались отступать.

Глава 18

Помнится, во время своего ученичества у наставника я не понимал, зачем к нам приходят различные мастера, обучая нас своему искусству. Кто-то