Ромодановский шлях. Начало - Даниил Сергеевич Калинин

седьмицы червеня ничего не изменилось. Вон виднеются впереди валы Конотопа - малоросской крепости, занятой казаками полковника Гуленицкого, преданного лично Выговскому. А вокруг самого рейтара - лагерь войска, вернее "полка" князя Трубецкого. Но конечно, не такого полка, каким командует барон Фанстробель - вернее уж сказать, что целое войско! Как в старину, когда множество боярских да княжеских дружин составляли "большой" полк или "полк" правой аль левой руки... Ну, как на Куликовом поле.

Всего же вокруг Конотопа возведено три больших осадных лагеря - князей Трубецкого, Куракина да Ромодановского. Царь Алексей Михайлович отправил на изменника Выговского большую рать - вот только нет у старшего его воеводы, князя Трубецкого, больших осадных пушек. А без них крепости не взять... Князь было бросил стрельцов да казаков на первый штурм - но ничего не добился, зазря только людей потерял. Впрочем, Алексей Никитич напрасно жертвовать солдатами не спешит - и после первой неудачи воевода начал правильную осаду, закрыв осадными лагерями все дороги, ведущие в Конотоп. Да промеж лагерей пустил конные разъезды, чтобы гонцов мятежных черкасов успевали перехватить... Заодно князь успел осадить и захватить несколько крепостиц поменьше Конотопа. К одной из них, Борзне, ходили даже рейтары Фанстробеля! Но рейтары князю Ромодановскому, быстро и с малыми потерями взявшего казачий острог, при штурме так и не потребовались...

Вот и выходит, что служит Семён уже больше полугода - а в настоящем деле покуда не был. Но солдат он старательный, неглупый, по крестьянски трудолюбивый - да и сметливый от природы, чего уж там... У капрала Гаврилова на хорошем счету опять же. На земле горбатиться не приходится, пропитание за казенный кошт! Да и жалование вроде немалое, хотя и задерживают... Не столь уж и плоха жизнь солдата!

Заигравший вдруг сигнал тревоги заставил Семена подскочить на месте и тревожно осмотреться: неужто черкасы Гуленицкого окончательно потеряли голову от безнадеги да голода, и пошли на прорыв из Конотопа?! Да нет вроде, ворота крепости закрыты...

- Облачайся в броню, Орлов! Татары крымские на дозоры напали, сам Выговский к Конотопу идёт!

Семён с недоверием воззрился вслед Микитке Иванову - пронырливому, вездесущему и всезнающему рейтару, поверстанному в солдаты из одного с ним села. Но вслух ничего не сказал, а принялся хоть и спешно, но без лишней суеты облачаться в броню - лежащую тут же, на обозной телеге...

Глава 2.

Облачившись в броню, Семён принялся спешно заряжать карабин - в бою ведь когда доведётся? Впрочем, в кожаной лядунке цельных четырнадцать пороховых зарядов... Но зарядить карабин - дело небыстрое; очень важно правильно подготовить "замок". Семён придирчиво осмотрел курок с зажатым в нем камнем-кремнием, открыл "полку", насыпал на неё немного пороха у самого затравочного отверстия, закрыл полку.... Теперь засыпать в ствол пороха из футляра-зарядца, утрамбовать его шомполом, забить в ствол пулю - и снова забить её шомполом, к пороху. Ну, а затем черёд пыжа, тугого валика из войлока, что также трубется забить шомполом - причём крепко-накрепко забить в ствол! Так, чтобы ни пуля, ни порох не вывалились из карабина, во время конного марша пристегнутого к перевязи и носимого за спиной...

Все. Осталось "взвести" курок, оттянув его до упора назад - и тогда при нажатии спускового крючка камень-кресало ударит по пластинке-огниву (составляющему единое целое с пороховой полкой), высекая искру. Та запалит порох на "полке" - а следом, через затравочное отверстие, и забитый в ствол заряд... Сложно? Сложновато, конечно, но Семён видел у "старых" рейтар пистоли с колесцовыми замками - и остался весьма доволен своим оружием. Ибо если потерять ключ к колесцовому замку пистоля, последний уже не взвести... Это не говоря уже о том, что некоторые дрануны (стрельцы, разъезжающие на лошадях) по-прежнему вооружены устаревшими фитильными пищалями!

Впрочем, самое главное - пока Семён выполнял ставшие уже привычными ему действия по заряжению карабина, он успел немного успокоиться, прийти в себя. Шутка ли - враг большой силой идёт на битву! Вон, Микитка говорит, что Выговский объявился вместе с крымскими татарами... Нет, когда царская рать шла войной на мятежного гетмана, Орлов внутренне готовился к сече. Но за время продолжительной осады Конотопа новоиспеченный рейтар уже успел крепко привыкнуть к размеренной, едва ли не "мирной" осаде града... И вот, теперь уже сам гетман идёт на русскую рать с крымчаками и ляхами!

А значит, сечи не избежать...

К слову сказать, ожидания Семёна оправдались в полной мере. Раздражающая недавнего крестьянина суета (Орлов-то с младых ногтей привык к основательности, неспешности и размеренности труда землепашца) охватила весь лагерь князя Трубецкого. Понукающие возгласы младших и старших командиров, собирающих солдат, какафония сигнальных труб, отыгрывающих команды для каждого шквадрона (а то и роты!), вопли самих служивых, отчаянно зовущих товарищей и соратников... Орлов почувствовал даже гордость за свой полк - не зря барон Фанстробель гонял своих рейтар до седьмого пота, особливо же пополнение! Его шквадроны покинули расположение лагеря первыми, поротно строясь за оборонительным кольцом гуляй-города. Таким образом, они опередили как драгунские приказы, так и рейтарский полк Венедикта Андреевича Змеева - между прочим, отличившийся в бою со свеями под Гдовом!

Чем рейтары, служащие под началом Змеева, особенно гордились... Как, впрочем, и тем, что в их полку не было новобранцев из числа даточных людей. Но поди же - утерли "сивопалые" нос детям боярским да дворянами! Как и рейтарам немца Вилима Джонстона, выведшего своих солдат последними.

Н-да, утерли нос - что немного подняло общий настрой Орлова... Да и в чистом поле ведь дышится вольнее! Вот только не оставляет Семена неприятное, сосущее изнутри чувство, подрывающее его уверенность и боевой дух. Вроде всё и так - подняли по тревоге все три лагеря, и каждый покидают уже стройные ряды русских всадников, строящихся отдельными полками. Великая сила, многие сотни - да что там сотни, тысячи всадников! Да все одно же есть ощущение какой-то неправильности, что ли... Впрочем, разве ему, неграмотному крестьянину, думать сейчас о решениях воевод-князей в грядущей сече? Ему ведь просто не хочется в бой, потому как страшно...

Но вот уже и заиграла ротная труба, отдавая команду "вперёд". Да не только в роте Орлова, а во всех рейтарских шквадронах; полк Фанстробеля дружно и по команде потянулся вперёд - а за ним стронулись с места полки Змеева и Джонстона; драгуны же остались подле лагеря. Оно и правильно - конная "пехота" в кавалерийском строю сражаться не умеет, драгуны перед боем должны спешиться... А