Энн Брешерс - Союз «Волшебные штаны»

— Ду-ду-ду-ду, — пропела Кармен тему «Сумеречной зоны».

Бриджит вертелась, чтобы рассмотреть себя сзади.

— Ну что?

— Ничуть не коротко! Превосходно! — оценила Лена.

Тибби кивнула, внимательно осматривая Бриджит:

— Ты выглядишь почти что… маленькой, Би. Не так, как обычно, — амазонкой.

— Конкурс на лучшее оскорбление продолжается, — сказала Лена со смехом.

Бриджит была высокой, с широкими плечами, длинными ногами и большими руками, но при этом с удивительно узкой талией и бедрами.

— Она права, — сказала Кармен. — Штаны сидят лучше, чем те, которые ты носишь обычно.

Бриджит покрутила задом перед зеркалом.

— Хорошо выглядят, — сказала она. — Вполне… Думаю, что смогу полюбить их.

— У тебя чудесная маленькая попка, — заметила Кармен.

Тибби рассмеялась:

— Ого! Комплимент от обладательницы лучшей задницы.

Вдруг во взгляде Тибби появилось беспокойство:

— Эй! Знаете, как мы выясним, действительно ли эти штаны волшебные?

— Как? — спросила Кармен.

Тибби покачала ногой в воздухе.

— Ты их примеришь. Я знаю, что они твои, но утверждаю: с научной точки зрения совершенно невозможно, чтобы эти штаны подходили и тебе.

Кармен в задумчивости покусывала щеку изнутри:

— Вы хотите сказать, что моя задница безразмерная?

— О, Карма! Ты же знаешь, что нет. Просто не думаю, что эти штаны подойдут и тебе, — разумно объяснила Тибби.

Бриджит и Лена закивали. Вдруг Кармен испугалась, что штаны, которые так изящно обтягивали попки каждой из подруг, не подойдут ей. Она не была полной, однако унаследовала некоторую пышность форм от пуэрто-риканской половины своего семейства. У нее была очень хорошая фигура, и обычно она гордилась ею, но сейчас, с этими штанами и тремя стройными подругами, ей не хотелось оказаться толстушкой.

— Нет. Не хочу я их, — твердо произнесла Кармен, вставая.

Три пары глаз уставились на штаны.

— Ты должна, — заявила Бриджит.

— Пожалуйста, Кармен! — попросила Лена.

Кармен не хотела сдаваться без борьбы.

— Ну хорошо. Но не ждите, что они мне подойдут или что-то в этом роде. Уверена, что не подойдут.

— Кармен, но это твои штаны, — заметила Бриджит.

— Да, верно, но я их еще не мерила.

Кармен сказала это таким тоном, что все дальнейшие расспросы исключались. Она сняла свои черные клеши и натянула джинсы. Вопреки всем ожиданиям штаны не застряли на бедрах, а влезли без проблем. Кармен застегнула молнию.

— Ну? — Она не осмеливалась взглянуть в зеркало.

Никто не проронил ни слова.

— Что? — Кармен чувствовала себя ужасно. — Что? Настолько плохо? — Она нашла в себе смелость посмотреть на Тибби. — Что?

— Я… я только… — Тибби притихла.

— Боже мой… — спокойно произнесла Лена.

Кармен вздрогнула и уставилась в пространство.

— Я просто сниму их, и сделаем вид, что я их не мерила, — сказала она. Ее щеки горели.

Бриджит нашлась первая.

— Кармен, это совсем не то, что ты думаешь! Посмотри на себя! Ты прекрасна. Ты видение. Ты супермодель!

Кармен положила руку на бедро и сделала кислую мину:

— Сомневаюсь.

— Серьезно. Взгляни, — сказала Лена. — Это волшебные штаны.

Кармен наконец посмотрела в зеркало. Сначала издали, затем подошла ближе. Сначала спереди, а потом сзади. Диск, который они слушали, закончился, но никто, казалось, не заметил этого. Где-то зазвонил телефон, но никто не взял трубку. На улице, обычно многолюдной, было тихо.

Наконец Кармен выдохнула:

— Это Волшебные Штаны!

Идея родилась у Бриджит. Открытие Волшебных Штанов прямо накануне лета, которое они впервые проведут порознь, надо было отметить походом в «Гильду». Тибби принесла еду и захватила видеокамеру. Кармен — плохую танцевальную музыку восьмидесятых, а Лена — фонарики. Бриджит принесла большие заколки и Штаны. С родителями проблем не было. Как обычно, Кармен сказала маме, что будет у Лены, Лена сказала маме, что будет у Тибби, Тибби сказала маме, что будет у Бриджит, а Бриджит попросила брата сообщить папе, что она будет у Кармен. Бриджит проводила много времени у подруг и сомневалась, что Перри передаст сообщение или что отец начнет беспокоиться, но это было частью ритуала.

Они снова встретились в без четверти десять вечера на углу Висконсин-авеню. Место было темное и, конечно, закрытое — вот где и пригодились заколки. Все, затаив дыхание, наблюдали, как Бриджит умело вскрывает замок. В течение трех последних лет они проделывали это по крайней мере раз в год, но ощущение все равно было острым.

К счастью, «Гильду», как обычно, никто не охранял. Да и что там было красть? Синие вонючие циновки? Ящик ржавых, всегда зашкаливающих весов? Замок щелкнул, ручка двери повернулась, и они, не включая фонариков, побежали по темной лестнице на второй этаж: специально, чтобы подогреть свой страх. Лена разложила на полу одеяла и расставила свечи. Тибби достала еду: сырое тесто для печенья, взятое в морозилке; воздушные клубничные пирожные, покрытые розовой глазурью; твердые, слегка деформированные сырные слойки; кисловатые липкие тянучки и несколько бутылок лимонада. Кармен включила музыку, начав с ужасно древней мелодии Паулы Абдул, Бриджит крутилась перед зеркальной стеной.

— Думаю, здесь занималась твоя мама, Ленни, — заметила Бриджит, подпрыгивая на сильно выщербленных половицах.

— Забавно, — отозвалась Лена. На фотографии четырех мам во время занятий аэробикой все были с животами, но мама Лены выглядела гораздо более тучной. При рождении Лена весила больше, чем Бриджит и ее брат Перри, вместе взятые.

— Готовы? — Кармен выключила музыку и торжественно положила Штаны на середину одеяла.

Лена зажгла свечи.

— Би, перестань! — крикнула Кармен Бриджит, которая корчила рожи своему отражению в зеркале.

Когда все успокоились, Кармен начала:

— Подруги! За несколько мгновений до разлуки… — Она сделала небольшую паузу, чтобы подруги могли оценить ее ораторское искусство. — …Мы обнаружили нечто особенное. — Кармен почувствовала, как мурашки побежали у нее по ногам. — Волшебство проявляется по-разному. Сегодня вечером оно пришло к нам в виде штанов. Итак, предлагаю!

Пусть Штаны принадлежат нам всем, пусть они путешествуют повсюду вместе с нами, пусть они объединяют нас, когда мы будем в разлуке.

— Давайте дадим клятву Волшебных Штанов! — Бриджит взволнованно схватила за руки Лену и Тибби.

Бриджит и Кармен всегда были невозмутимы во время дружеских церемоний. Тибби же и Лена держались так, словно в комнате находилась съемочная группа.

— Сегодня вечером мы, члены Союза «Волшебных Штанов», — сказала Бриджит нараспев, когда они взялись за руки и встали в круг, — сегодня вечером мы отдаем Штанам свою любовь. Поэтому мы можем взять с собой эту любовь, куда бы мы ни поехали.

В большой комнате с высокими потолками мерцали свечи. Лена выглядела божественно. Лицо Тибби выдавало внутреннюю борьбу, но Кармен не знала, пытается она сдержать смех или слезы.

— Мы должны придумать правила, — продолжала Лена. — Тогда мы будем точно знать, что делать со Штанами, а также кто и когда должен их получать.

Все согласились, и тогда Бриджит стащила листок бумаги и ручку из небольшого офиса «Гильды». Подруги жевали и сочиняли «манифест», как назвала это Кармен, а Тибби снимала их для потомков.

— Я чувствую себя отцом-основателем — произнесла она важно.

Лену попросили записывать, потому что у нее был самый хороший почерк. Не так-то просто было придумать эти правила. Лена и Кармен считали, что главное правило должно быть о дружбе и о том, как им общаться летом. Еще они хотели, чтобы каждая подруга могла удостовериться, что Штаны переходят от одной к другой. Тибби потребовала узаконить нормы поведения в Штанах, ну, например, то, что нельзя ковырять в носу…

Бриджит придумала записывать на Штанах воспоминания о лете. Наконец они определили десять правил, которые оказались весьма разными — от серьезных, искренних до откровенно дурацких. Кармен была уверена, что все будут законопослушны. Затем обсудили, как долго можно владеть Штанами. Решили, что каждая определяет это сама, но держит у себя Штаны не дольше чем неделю. Получалось, что Штаны могут сделать за лето два круга.

— Лена должна быть первой, — сказала Бриджит.

— Греция — хорошее место для начала. Можно, я буду следующей? — спросила Тибби. — Штаны мне понадобятся, чтобы не умереть от грусти.

Лена сочувственно закивала: после нее будет Кармен, затем Бриджит, потом в обратном порядке — от Бриджит к Кармен, потом к Тибби и Лене. Пока они обсуждали все это, наступила полночь, отделяющая их от дня расставания. Все были взволнованны, Кармен чувствовала это.