Alexz105 - Отражённый блеск

— Из Внутреннего! — нагло заявил он.

— То-то я и вижу! Пробы ставить негде! Уже по две магические стрелы таскаете! И где только мой братец вас, таких уродов, берет?

Магические стрелы? Гарольд сообразил, что она имеет в виду палочки. Но все остальное было совсем непонятно. Братец? Какой еще братец? Дементоры корявые, похоже, зря он ввязался в эту игру. И что прикажете отвечать?

Впрочем, Хранительнице ответ и не требовался. Уставившись на них с неприязнью и гневом, она продолжала свою обвинительную речь:

— И ведь сопляки еще! Не иначе, как из последней партии верхних людей? И уже выслужились во Внутренний Круг? То еще зверье, значит. Чего молчите? Я по вашим наглым мордам это вижу! Эх, мои дуры зачем-то потащили вас сюда. Надо было всех там перебить. А так — и сюда попали, и в архонтово стадо набились. И вот, пожалуйста. Пришли днем. Нагло. Против всех правил и договоров! Вы хоть понимаете, что мои возможности не безграничны? Жратва закончилась? Или девок всех поиспользовали? Если пожелания брата разумны, то смогу помочь, а если нет, то пусть сам идет с войной. Отдам по контрибуции.

Гарольду показалось, что забуксовавшие шарики в его голове скрипят и щелкают на всю залу. Это что получается? Есть еще какой-то другой властитель в этом мире? И часть пленников попала к нему? Жратва, девки… Это уже на матриархат совсем не похоже. Это уже что-то совсем противоположное. Однако, замолчала старуха. Надо что-то отвечать, или придется просто оглушить ее. По контрибуции…

— Собственно, не совсем понимаю ваше раздражение, — нарочито нагловатым тоном заявил Гарольд, — в экстренных случаях никакие правила не действуют. Нас послали и мы, э-э-э-э… пришли. Вот. А кричать о вашем родстве с нашим… э-э-э… господином неразумно. Вы же не знаете наших полномочий.

Хранительница с пренебрежением усмехнулась.

— А чего тут знать, если твои полномочия у тебя же на руке светятся, как солнце в третьей ступени?

Поттер схватился за кисть руки, в которой уже несколько минут ощущал жжение, но не придавал этому значения, решив, что просто содрал кожу об камни или перила лестницы.

На его ладони отчетливо сиял зеленым светом какой-то странно знакомый магический знак.

Это что такое? Откуда?

И тут Гарольд вспомнил: это та самая таинственная руна, принесенная Люциусом Малфоем из индийского храма свирепой богини мщения — Кали.

Глава 19

— Хм. Это знак одной древней богини… — несколько неуверенно ответил Поттер, рассматривая тускнеющую руну у себя на руке. Как и почему она вспыхнула, еще предстояло разобраться.

— Знаем мы эту богиню, — перебила его Хранительница с выражением отвращения на лице. — Говорите, что вам надо, и вон отсюда!

— Не так быстро, мадам, — Поттер выдал нарочито наглую ухмылку.

— Властительная Шамира! — топнула ногой разозленная Хранительница. — И только попробуй назвать меня иначе, выродок!

На лице Драко мелькнул страх. Эта предводительница амазонок явно произвела на него впечатление. Да и на Гарольда тоже, но он упрямо играл роль хама, понимая, что отступать некуда.

— Как же, как же! А я ведь на протяжении всей долгой и скучной дороги твердил про себя ваш титул, но так и не запомнил. Приношу свои извинения, властительная Шамира.

Несмотря на то, что все это было произнесено все в том же пренебрежительном тоне и с издевательской гримасой на лице, властительница немного успокоилась. Она внимательно пригляделась к экипировке непрошеных гостей и вновь их поторопила:

— Я слушаю. Изложите ваши требования.

— Просьбы, только просьбы, о властительная Шамира! Разве можем мы что-либо требовать в ваших владениях? Надеюсь, наше дело не обременит вас. Нам нужен ваш пленник по имени Гарри Поттер. И он должен быть живым и здоровым. Вот и все. Почти все, — добавил Гарольд, сообразив, что не худо было бы и каким-никаким транспортом разжиться, раз пошло такое дело.

Впрочем, властительнице хватило и первого требования. Цвет ее лица стремительно поменялся на кирпично-багровый. Юный маг с затаенным интересом наблюдал за ней, ожидая новой вспышки ярости, но ее почему-то не последовало. То ли Хранительница справилась со своим гневом, то ли в голову ей пришла какая-то новая мысль, но она в очередной раз окинула тяжелым взглядом визитеров и порывисто вскочила со своего трона.

— Следуйте за мной.

— Надеюсь, ваши послушницы будут вести себя разумно? Мне не хотелось бы омрачать нашу встречу убийством одного-двух десятков таких прелестниц, — Гарольд упрямо разыгрывал мерзавца, хотя Драко считал, что это было уже лишним.

— Не извольте беспокоиться, — механически ответила Хранительница.

Наглость гостей неожиданно перестала ее раздражать. Этот факт Малфой тоже отметил, но уже с явным беспокойством. Похоже, эта карга что-то задумала. Неужели Поттер не видит? Он попытался незаметно подтолкнуть соратника, но заметил его растянутые в усмешке губы и наткнулся на жесткий и колючий взгляд. Малфой решил, что его опасения напрасны, и на самом деле Гарольд начеку.

* * *

Айрин остановила возницу у коновязи рядом с ближайшей харчевней.

— Стой! Загони бочку под навес. Еще дальше. Хорошо. Иди в кабак и сиди там полступени или пока я не позову.

Здоровенный мужик нерешительно топтался перед худенькой девушкой.

— Ну что еще?

— Эта… так что ж я там сидеть-то буду просто так… вот если бы ваша милость…

— На, алкаш! Но если напьешься и начнешь болтать — язык отрежу, козел! — девушка швырнула ему какую-то мелкую монету и властно указала на дверь харчевни.

Возница, пятясь и кланяясь, поспешил испариться. Послушница тут же забралась на бочку и приоткрыла ее горловину.

— Ты как там?

— Ничего, только сыро.

— Вода — это дар Матери. Ее надо любить везде и всегда.

Произнося это наставление, Айрин быстро залезла в горловину бочки, спрыгнула внутрь и, немного поколебавшись, закрыла крышку, оставив узкую полоску для света.

— Ты чего? — недоуменно спросил Гарри, таращась на нее из своего убежища в передней части бочки.

«Соображает парень, — с удовлетворением отметила про себя послушница Матери. — Впереди меньше трясет. Значит, если будет у меня ребенок, то с головой у него все будет в порядке. Эх, лишь бы родить девочку!».

— Как чего? — ответила она вопросом на вопрос. — Ты думаешь, что там, где мы скоро окажемся, я смогу так легко остаться с тобой наедине? Не все так просто. Поэтому, пока нам никто не мешает, надо сделать это еще раз.

Даже в полумраке бочки было видно, как Гарри покраснел.

— Так это… — запинаясь, начал он. — А откуда ты знаешь, что надо еще…

— Я не знаю! — оборвала она его. — А должна знать. И ты по уговору будешь делать это, пока я не буду точно знать, что все получилось. Тогда я тебя отпущу на все четыре стороны, как и обещала. Все понял? И тебе-то что за печаль? Первый раз слышу о козлике, который не хочет делать это. В чем дело, Поттер?

Это «В чем дело, Поттер?» убило Гарри наповал. Вот попробуй, объясни ей, что у тебя есть любимая девушка, которой будет очень неприятно, если она узнает, что он занимался сексом с кем-то, кроме нее. Он еще ночью попробовал заикнуться на этот счет, но Айрин только пожала плечами: «Твоя девушка, если даже она у тебя действительно есть, должна быть счастлива. Ведь ты уже доказал ей с другими женщинами, что плодовит!»

Охренеть можно от всего этого! Плодовитость, блин! А также засухоустойчивость летом и морозоустойчивость зимой!

Гарри испытывал полный раздрай в чувствах. Все его моральные принципы летели псу под хвост в этом мире. Все становилось с ног на голову. Но в то же время в окружающем бардаке и хаосе нет-нет, да и проглядывал жесткий каркас логичной целесообразности и отработанной системы взаимоотношений, определяющей устойчивость и жизнеспособность мира Матери.

Что ему-то делать в этом мире? Приспосабливаться, плюнув на прежний жизненный опыт? Или сопротивляться, прекрасно понимая полную безнадежность этого дела? Какой-то подлый выбор получается. Или это только кажется, что выбор есть? А на самом деле его и нет вовсе? И не сделал ли он уже этот выбор раньше? Еще тогда — на ристалище — когда рубили головы пленникам? Ведь те люди умерли, а он остался жить. А теперь его используют, как машину. Хотя, надо отметить, что теперь он, по крайней мере, машина жизни, а не смерти. Это оправдывает его, или нет? И если оправдывает, то перед кем? Как все запуталось…

Великий Мерлин! Да что же это она делает?

Айрин, тем временем, взяла инициативу в свои руки. Ну, не совсем инициативу, конечно. Она взяла в свои руки ту часть тела Поттера, которая должна была помочь ему выполнить уговор. Для этого ей пришлось сдернуть шаровары с его бедер. Тот, было, задергался от ее бесцеремонности, но потом решительно тряхнул головой, как бы придя к какому-то решению, и снял с плеч молодой женщины паллу.

— Тут на дне бочки вода, — пробормотал он извиняющимся тоном.