Моя жизнь хикикомори. Том 3: После перемен - Отшельник Извращённый

— Я бы всё съела! — не сдержалась Хина, заработав неодобрительный взгляд от Минако.

А Казума задумался: «Может быть, именно в такой простоте и кроется настоящая сила?»

Харуно объявила последнюю участницу:

— Фудзивара-сан, проходите на сцену, пожалуйста.

По саду пронеслась волна тишины — особой, что бывает перед грозой. Акане поднялась с королевской грацией. Ни капли суеты, только чистая элегантность.

На сцене появился небольшой стол с шахматной доской. Однако вместо привычных фигур на ней стояли стеклянные сосуды разной формы: высокие цилиндры, изящные колбы, прозрачные кубы.

— Жизнь — партия, — начала Акане. — И побеждает в ней не тот, кто делает красивые ходы, а тот, кто умеет видеть наперёд.

Она взяла один из цилиндров, наполненный прозрачной жидкостью:

— Что вы видите?

— Воду, разумеется, — ответила Рика с лёгкой насмешкой.

Акане едва заметно улыбнулась:

— Именно. Все видят воду. — Она наклонила цилиндр над другим сосудом, и жидкость, вступив в реакцию с воздухом, окрасилась в глубокий синий цвет. — Но реальность не всегда совпадает с очевидным.

Акане продолжила переливать жидкости между сосудами, и с каждым движением на доске расцветала новая палитра: пурпурный сменялся золотым, изумрудный превращался в рубиновый. Каждый ход был рассчитан, каждая реакция — предсказана.

— В жизни, как и в химии, — продолжала она, не прерывая свои завораживающие ходы на шахматной доске с цветами, — важно знать не только что происходит сейчас, но и что произойдёт потом.

Финальный аккорд, и на доске теперь настоящая симфония цветов — каждая клетка светилась своим оттенком, превратив шахматное поле в живую картину.

— Думаете, это просто фокус с цветами? — её голос стал тише, но от этого только сильнее приковывал внимание. Её же взгляд устремился на Казуму, который смотрел неотрывно. — Это демонстрация того, что истинная сила — в способности видеть связи там, где другие видят лишь хаос.

Акане сделала паузу, и свет фонарей красиво отразился в её чёрных глазах:

— Потому что тот, кто умеет предвидеть будущее… — её рука опрокинула последний сосуд, и все цвета внезапно слились в один — кристально чистый, как вода, — … может его изменить.

В саду повисла абсолютная тишина.

— Невероятно, — прошептала Сатоми.

— Впечатляюще, — признала даже Минако.

Хина присвистнула:

— Вот это мозги!

А Казума почувствовал странное дежавю. Что-то в этой демонстрации хаоса и порядка, в этой уверенной грации, в этом умении превращать науку в искусство — всё казалось удивительно знакомым.

«Кто она? Ей знаком хаос. Ещё и так посмотрела на меня в тот момент… Кто ты, Акане-сан…»

Когда последнее выступление завершилось, сад преобразился. В центре поставили низкий столик с традиционным чайным набором — простым, но изысканным.

Казума присел за него, понимая, что по регламенту — это финальная часть мероприятия. Харуно, появившись перед «невестами», объявила:

— Уважаемые гостьи, начинается чайная церемония. Каждая из вас получит возможность разделить с Казума-сама не только чай, но и момент вечера. — Она сделала паузу. — Первой приглашается Ямадзаки-сан.

Минако подошла к столику и плавно опустилась напротив Казумы.

— Добрый вечер, Казума-сама, — произнесла она формальную фразу с идеальной интонацией.

— Добрый вечер, Ямадзаки-сан, — ответил тот, приступив готовить для неё чай.

Его движения были уверенными, хотя и не столь отточенными, как у профессионального мастера. Но в этой неидеальности было что-то очаровательное.

— Ваша каллиграфия впечатляет, — заметил он, аккуратно наливая чай. — Как и хайку.

Минако приняла чашу обеими руками, развернув её по этикету:

— Благодарю. Ваши ответы на вопросы были не менее впечатляющими. Особенно про чайную церемонию.

— А, тот момент позора, — усмехнулся Казума. — Надеюсь, сегодня обойдется без падающих чашек.

— Юмор — признак уверенности, — заметила Минако, делая маленький глоток. — Хотя многие считают его неуместным в серьёзных ситуациях.

— А вы считаете эту ситуацию серьёзной?

Минако на мгновение задумалась:

— Я считаю серьёзным всё, что связано с традициями и будущим семьи.

— Даже если эти традиции включают в себя показ невест с мужчиной в маске лисы? — его глаза за прорезями маски чуть сощурились.

Уголки её губ дрогнули:

— Особенно в таком случае. Способность сохранять достоинство в любой ситуации — разве не это истинное искусство?

Они обменялись понимающими взглядами.

Когда чай закончился, Минако поднялась так же грациозно, как и села.

— Благодарю за беседу, Казума-сама.

— Взаимно, Ямадзаки-сан.

Когда она вернулась на место, другие девушки заметили, что на её губах играла едва заметная улыбка.

— Следующей приглашается Танака-сан, — объявила Харуно.

Рика поднялась с грацией кошки — такой же гибкой и независимой.

— Добрый вечер, Казума-сама, — произнесла она, опускаясь напротив с изящной небрежностью. — Надеюсь, вы не устали от чаепития?

— После ваших фокусов с числами, Танака-сан, — ответил тот, начиная готовить чай, — я больше переживаю, не превратится ли оно во что-нибудь неожиданное.

Рика рассмеялась — открыто, без традиционного прикрывания рта рукавом:

— О, так вы заметили подвох с числами?

— Конечно, — он протянул ей чашу.

— Хо-хо, — её глаза заблестели. — А вы наблюдательны. Тогда, может, сыграем в игру?

— Ещё одну? — в его голосе звучало искреннее веселье. — Вы опасная соперница, Танака-сан.

— Всего один вопрос, — она сделала глоток, не отрывая от него взгляда. — Если бы вы могли мгновенно освоить любой навык, какой бы выбрали?

Казума размышлял всего пару секунд:

— Пожалуй, выбрал бы умение читать людей.

— Разве это не то, чем я занималась на выступлении с числами? — она приподняла бровь.

— Нет, — он покачал головой. — Вы показали, как управлять выбором. Я хочу научиться понимать сам выбор. Почему люди решают так, а не иначе. Что движет ими на самом деле.

Рика поставила чашу, во взгляде промелькнуло уважение:

— А вы интереснее, чем кажетесь, Казума-сама.

— Возможно, — он слегка наклонил голову, маска кицунэ поймала отблеск фонаря. — Или это просто вы очень хорошо направляете беседу.

Они обменялись понимающими улыбками — два игрока, оценившие мастерство друг друга.

Когда Рика вернулась на место, в её походке появилась новая лёгкость. А Казума подумал, что эта девушка определённо умеет превращать даже простую чайную церемонию в нечто увлекательное. Двумя словами — горячая штучка.

— Окубо-сан, просим проходите, — произнесла Харуно.

Хина поднялась одним плавным движением и добралась до Казумы.

— Йо, Казума-сама! —