Последний Паладин. Том 9 - Роман Саваровский

вернулась на свое место, а водник вернул извиняющийся взгляд за окно, где снайпер начал покидать свою позицию.

— Прости за доставленные неудобства, — примирительно развел руками Князь Воды, — я был в отчаянии и просто не знал, что мне делать…

— Ерунда, — отмахнулся я и думал, что на этом наш разговор, наконец, закончится, но нет. Уходить князь не собирался.

— Не ерунда! — резко покачал водник головой и поднял на меня серьезный взгляд, — Маркус, я… — начал было говорить Князь Воды, но замолчал и покосился на Лексу, — прости, мы можем поговорить наедине?

— Можешь говорить при ней, — разрешил я, но водник скривился как от зубной боли и немного покраснел.

Его взгляд стыдливо забегал, а в воздухе повисла неловкая пауза. Нет, я, конечно, многое повидал на своем веку, но стесняющийся как мальчишка великий князь — это что-то новенькое.

— Ладно, развлекайтесь, мальчики, — считав атмосферу, вздохнула Лекса и пошла к выходу, — пойду поболтаю с твоим новым главным дипломатишкой, — хищно сверкнули ее глазки, и обтянутая платьем фигура скрылась за дверью.

— Ты ведь понимаешь, что если не поторопишься, она его сожрет? — с нескрываемым сочувствием в голосе спросил я, и увидел как Князь Воды стоит со мной склонившись в поклоне.

Даже как-то неловко стало.

— Я перед тобой в неоплатном долгу, Маркус! После того, что ты для меня сделал, найти более благодарного человека чем я тебе будет тяжело, — выпалил он на полном серьезе, после чего выпрямился, осмотрелся еще раз, убедился, что его момента слабости никто не видел, и добавил, — я должен кое-что спросить. Ты еще не передумал становиться Князем?

— Не передумал, — все еще находясь в некотором замешательстве от происходящего, кивнул я.

— Тогда я даю тебе свое княжеское слово, что окажу максимальное содействие и сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь! Это будет моей скромной платой за жизни моих девочек. Но и этого слишком мало… знаешь, Маркус, находясь рядом с Полиной, я счастлив. Искренне счастлив. Но в тоже время никак не могу перестать думать о том, что без тебя этого бы никогда не случилось. Финансовую помощь ты отвергаешь, а слово, пусть и княжеское, это просто слово, поэтому прими от меня это, — произнес свою пламенную речь Князь Воды и протянул мне бумагу.

Я взял непримечательный внешне пустой лист, который при касании активировал сложные магические печати и проявил текст.

Магический договор — штука редкая. Не думал, что в этом времени сохранились каллиграфы способные его воссоздать. Да и на специальные чернила расход стихийной воды такой, что…, а ну да. С водой то как раз у них проблем нет.

Об этом я думал пока читал довольно простой вассальный договор.

— Уверен? — спросил я.

— Абсолютно! — с готовностью выпалил водник.

— А если бы Амелия оказалась мертва? — вопросительно прищурился я.

— Тогда я бы сначала отомстил тварям, что с ней это сделали, но после этого все равно пришел к тебе с этим же договором, — не моргая, твердо произнес он.

Похоже, все обдумал и уверен в своем выборе. Эх, никогда не понимал, как люди так легко расстаются со своей свободой? Да, вассальный договор был не на Клан, а личный, но, когда его заключает Князь Клана, это, по сути, одно и тоже.

Я же сидел, держал в руках этот документ и смотрел на аристократа, который еще недавно отдавал приказ стрелять из снайперской винтовки по Лексе и трусливо прятался от прямых столкновений со Светлыми.

При этом, глядя в его уверенные темно-синие глаза, я видел, что водник с того момента не размяк, а наоборот. С возвращением Полины в жизнь Князя Воды, в нем словно пробудился давно сломленный стержень и появилась цель.

Цель жить. Цель действовать. Цель побеждать. Цель идти вперед.

Если раньше Князь Воды плыл по течению и ничем особо не выделялся среди серой массы аристократов, что пекутся за свою шкуру, то сейчас он изменился.

И все еще никого не сжигает, не превращает в статуи, не промывает мозги как некоторые.

Да и цель сделать Империю лучше я ему не навязывал. Она жила в Князе изначально, просто была тщательно похоронена под болезнью единственного человека, жизнь которого имела для него ценность.

— И твои люди так просто примут вассалитет перед главой шайки наемников, который даже не Князь? — спросил я.

— Не примут, — согласился водник, — по крайней мере не сразу. Поэтому я отослал Озерецкого, а тот каллиграф, который составлял договор, связан клятвой неразглашения. Об этом никто не знает и не узнает. Это договор между нами двумя. Моя клятва. Общественности о ней знать не обязательно. Внешне же мы это обыграем как взаимовыгодный союз. А когда станешь Князем Теней, создадим официальную коалицию. Клан Воды сейчас одинокий и уязвимый, а Клан Теней на подъеме. Этот союз примут и вопросов не будет ни у кого.

И ведь водник истово верит в то, что говорит. Я вижу это по его горящим глазам и колебаниям стихийной энергии. Добровольно готов отдать в чужие руки целый Клан. Даже ради любимых девушек и обретенного счастья это перебор.

Ведь я держал в руках ультимативный документ, по которому я смогу сказать Князю пойти умереть, и он это сделает. Магические печати такого уровня — это не шутки. Он, по сути, вверил мне свою жизнь.

Аристократа, который пойдет на такое добровольно я раньше даже представить не мог, а сейчас вот он, стоит передо мной и распинается, чтобы я согласился взять его в рабство.

И слишком уж уверенно он говорит… — заподозрил я неладное.

— Ты знаешь кто я, — не спрашивал, а утверждал я.

— Догадываюсь, — кивнул он, слегка смутившись.

— И на одной догадке готов подписать это? — поднял я бровь.

— Перебор, да? Как знал, надо было помягче формулировку сделать, — вздохнул Князь Воды, — ладно… мою догадку о тебе… немного подтвердили… — неохотно признался водник.

— Камилла, — вздохнул я и откинулся на кресле, а Князь Воды подтверждающе кивнул.

Теперь понятно.

Вот же проныра мелкая. Я просил ее сдержать водника от глупостей на пару дней, а не раскрывать то, о чем ее не просили. Все-таки надо будет сходить к этой рыжеволосой интриганке и на пальцах