Энн Брешерс - Союз «Волшебные штаны»

— У кого-нибудь уже было в них приключение? — спросила Бейли, веря в волшебство Штанов.

— Ну, отчасти в них, отчасти без них. Какой-то мальчик подсматривал за Леной, а ее дедушка решил его проучить. — Тибби невольно улыбнулась. — Если бы ты знала Лену, ты бы поняла, почему они так переполошились.

— Лена — это та, которая в Греции? — спросила Бейли.

— Да.

— А Штаны уже были у Бриджит? — продолжала расспрашивать Бейли. Девочка почему-то боготворила Бриджит.

— Нет, сначала они поедут к Кармен и лишь потом к Бриджит.

— Интересно, что будет, когда их наденет Бриджит, — мечтательно проговорила Бейли.

— Какое-нибудь сумасбродство, — легкомысленно отозвалась Тибби, но сразу же осеклась, поняв, что выбрала неудачное слово.

Бейли с минуту изучающе смотрела на нее:

— Ты беспокоишься о Бриджит?

Тибби задумалась.

— Может, ты и права, — медленно проговорила она. — Может быть, мы все за нее волнуемся.

— Из-за ее мамы?

— Да, в основном…

— Ее мама долго болела?

— Ну, не совсем болела, — осторожно начала Тибби. — У нее была депрессия.

— О! — только и сказала Бейли. Она уже пожалела, что начала этот разговор. Об остальном можно было догадаться.

— А с тобой уже что-нибудь произошло после того, как ты надела Штаны? — спросила Бейли.

— Я пролила «Спрайт» и получила нагоняй от Дункана за то, что не выдала покупательнице чек.

— О, — улыбнулась Бейли, — это плохо.

— Эй, ты готова двинуть в «Павильон»? — сменила тему Тибби.

— Да. Я принесла аппаратуру. И новые батарейки.

Бейли теперь часто хозяйничала в комнате Тибби, работая над фильмом, пока та была в аптеке. Тибби показала ей, как накладывать на пленку звук при помощи «Ямахи» и как монтировать фильм. Лоретта впускала Бейли, не задавая лишних вопросов. Можно сказать, Бейли вела себя нахально, но Тибби это больше не раздражало, и она не сердилась на девочку.

В «Павильоне» еще шла уборка, поэтому им пришлось немного подождать. Когда они вошли в фойе кинотеатра, Тибби наткнулась на Такера. У нее перехватило дыхание. После всех историй, которые про него рассказывали, никак нельзя было ожидать, что он появится в кино.

Скрестив руки на груди и выказывая явное нетерпение, он с двумя друзьями стоял в очереди за попкорном.

— И что ты нашла в этом парне? — поинтересовалась Бейли.

— Только то, что он самый клевый парень из всех, кого я встречала, — ответила Тибби.

Такер повернулся и посмотрел в ее сторону. Тибби испытала легкое удовлетворение, вспомнив, что она в Штанах. Но затем стушевалась — ведь на ней все еще была униформа.

Наверное, будет странно, если она прямо сейчас начнет стягивать валлмановскую блузку. Такер купил попкорн и самую большую бутылку содовой — ее хватило бы на целый полк, — а затем направился прямо к девочкам.

— Салют, Тибби! Как дела? — Он уставился на ее бейдж «Привет, я — Тибби». Такер и так прекрасно знал, как ее зовут. В основном из-за того, что у нее были такие суперские подружки.

— Хорошо, — скованно ответила Тибби. Она никогда не могла и двух слов сказать в его присутствии.

И тут же услышала, как Бейли возмущенно фыркнула.

— Ты работаешь в «Валлман»? — спросил Такер.

Один из его друзей ухмыльнулся.

— Нет, она просто носит униформу, потому что это модно, — парировала Бейли.

— Ладно, увидимся, — пробормотала Тибби Такеру через плечо.

Она вытащила Бейли на раскаленный тротуар:

— Бейли, ты можешь не возникать?

Бейли уставилась на нее с возмущением:

— Это еще почему?

В этот момент показалась Маргарет.

— Вы готовы? — спросила она.

Тибби и Бейли переглянулись.

— Да, вполне, — процедила Тибби сквозь зубы. — Маргарет, как давно ты здесь работаешь? — спросила Тибби, когда они устроились в укромном уголке фойе, прямо перед плакатом со сценами из «Бессмысленности». Место выбрала сама Маргарет.

— Дай-ка вспомнить. — Маргарет уставилась в потолок. — Похоже, с тысяча девятьсот семьдесят первого.

Тибби сглотнула. То есть… почти тридцать лет. Она пристально посмотрела на Маргарет: белокурые волосы забраны в хвост на макушке, а глаза густо подведены. Тибби, конечно, предполагала, что она старше, чем кажется, но никогда не думала, что настолько.

— И сколько же фильмов ты видела? — спросила Тибби.

— Наверное, больше десяти тысяч, — ответила Маргарет.

— И у тебя есть любимый фильм?

— Честно говоря, даже не знаю, — задумалась Маргарет. — Их столько накопилось. Мне нравился вот этот. — Она ткнула пальцем в плакат позади себя, потом подумала еще немного: — «Стальные Магнолии» — очень сильный фильм.

— А правда, что ты знаешь наизусть целые куски из фильмов? — спросила Тибби.

Маргарет покраснела:

— Да, конечно, но вряд ли это высший класс. Я просто помню кое-какие эпизоды. Хотите послушать? Есть кое-что любопытное с Сандрой Баллок.

Маргарет сняла розовый кардиган. Худенькая, миниатюрная, она выглядела, как подросток, несмотря на то что ей давно за сорок!

«Как это может быть?» — подумала Тибби.

Она обернулась к Бейли. Губы девочки сжались в ниточку.

— Давайте посмотрим кино вместе? — предложила Бейли.

От удивления Маргарет широко раскрыла глаза:

— Ты хочешь пойти и прямо сейчас посмотреть фильм? Втроем?

— Ну да, — сказала Бейли.

— О, это можно. — Маргарет сменила гнев на милость. — В четыре часа будет такой любопытный фильм…

Маргарет вместе с Бейли и Тибби на ощупь пробиралась между рядами к местам в центре зала.

— Я обычно стою там, сзади, — объяснила Маргарет шепотом. — Но, похоже, это неплохие места, да?

Сюжет был довольно запутанный, и Маргарет с возрастающим волнением следила за их реакцией. «Неужели все эти десять тысяч фильмов она смотрела одна?» — с горечью подумала Тибби.

Бриджит никак не могла заснуть. Сегодня даже на ее любимом местечке на пляже было как-то неуютно и душно. Она чувствовала подозрительное отсутствие усталости во всем теле.

Бриджит выбралась из спального мешка и спустилась к воде. Океан, как всегда, успокаивал. Но ей так хотелось, чтобы рядом оказался Эрик. Он был ей так нужен.

Неожиданно ей пришла в голову мысль… Мысль не особенно удачная, но раз уж она появилась, Бриджит не могла от нее отмахнуться.

Она тихонько пошла вдоль кромки воды, прислушиваясь к шуршанию песка под ногами. Северный край их острова был самым безлюдным, и там стоял домик тренеров, в котором жил Эрик.

Бриджит вспомнила, как через несколько месяцев после смерти мамы психиатр что-то записал в ее карточку. Предполагалось, что она никогда не прочтет заключение, но она нашла его в ящике письменного стола отца.

«Бриджит одержима своими фантазиями, — писал доктор Ламберт. — Одержимость эта доходит до безрассудства».

«Я только загляну», — пообещала она себе. Сейчас не было смысла останавливаться — уже пришла. Дверь открылась легко. Внутри стояли четыре кровати. Одна была пуста, на двух других спали коллеги Эрика, тоже молодые тренеры. Четвертая, без сомнения, принадлежала Эрику. Он спал в легких шортах, раскинувшись на кровати, казавшейся очень маленькой. Бриджит шагнула вперед.

Эрик, должно быть, что-то почувствовал, потому что неожиданно поднял голову. Потом опять припал к подушке, снова резко приподнялся, словно осознав, что происходит. Приход Бриджит его очень встревожил.

Она молчала. Она и не думала застать Эрика врасплох. Но он, видимо, испугался, что Бриджит что-нибудь скажет. Эрик вскочил с кровати и, спотыкаясь, пошел к выходу. Он тянул ее за собой, пока они не оказались далеко от домика, в тени финиковых пальм.

— Бриджит, как ты могла? — Эрик еще не пришел в себя после сна. — Тебе нельзя сюда приходить, — шептал он.

— Извини, — сказала она. — Я не хотела тебя будить.

Эрик моргал, стараясь сфокусировать на ней сонный взгляд.

— А чего же ты хотела?

Порыв ветра перекинул волосы Бриджит вперед. Их кончики погладили его по груди. Как бы ей хотелось, чтобы волосы хоть что-нибудь чувствовали! На ней была только футболка, едва прикрывавшая белье. Просто невыносимо не коснуться его!

— Я думала о тебе. Решила посмотреть, как ты спишь.

Эрик ничего не сказал и не пошевелился. Бриджит положила ладони ему на грудь. Зачарованно смотрела, как он поднял руку, провел по ее волосам, откидывая их с лица.

Он был словно во сне. И она знала: Эрик мечтал, чтобы этот сон не кончался. Бриджит обняла его и прижалась к нему.

— М-м-м, — простонал он.

Ей хотелось ощущать его тело. С жадностью она провела по его плечам, по упругим мускулам на предплечьях. Затем ее руки скользнули по его лицу, волосам, вернулись к груди, спустились на твердый пресс. Только теперь Эрик будто очнулся. Он тряхнул головой, схватил ее за плечи и отстранился.