Избранная для магната с планеты Аксилор - Ксения Хоши

class="p1">— И что? Я не договаривался с ними о встрече.

— Да, ксинт Дайрен, — с пониманием отвечает неизвестный мне сотрудник. — Только они не к вам прибыли.

— А к кому тогда? — холодно спрашивает Трой, вскидывая взгляд на потолок.

— К ксинте Весне Данич. У меня указано, что она под вашей протекцией, — в голосе появляются виноватые нотки. — Представители Земли требуют предъявить ксинту Данич, поскольку она не вышла на связь.

Трой снова возвращает внимание мне. А я в полнейшей растерянности, потому что не понимаю, кому я могла понадобиться на родной планете. Тем более, что у меня контрактом прописано, что я не связываюсь с Землей в обход Троя. Так и стою, оторопев и с платком у лица.

— Проводите эту… делегацию в зал для переговоров, пусть подождут. Будем в течение часа, — по-хозяйски чеканит Трой.

— Так точно, ксинт Дайрен!

Трой сжимает наладонник и убирает его в карман. Затем смеряет меня длительным взглядом с прищуром.

— Весна, ничего рассказать мне не хочешь? — наконец спрашивает он с тяжелым металлом в голосе.

21.

Весна

Трой упирает в меня взгляд, ледяной, как поверхность Сатурна. Я невольно опускаю глаза, хотя скрывать мне нечего. Делегация? С Земли? Ко мне? Я совершенно не понимаю, кто это и что им от меня надо.

У меня есть лишь одно объяснение происходящему: моя память до конца не восстановилась, и я забыла нечто важное. Может, у меня была какая-нибудь дополнительная миссия? Или я должна была что-либо кому-либо передать?

Поднимаю глаза и перехватываю взгляд Троя.

— Я не знаю, зачем они прилетели, — качаю головой. — Но… есть вероятность, что я просто не помню.

Последние слова даются мне тяжелее ожидаемого. Но на Троя они производят действие. Его взгляд смягчается. Он кладет руку мне на плечо, и от этого простого жеста сразу становится спокойнее.

— Тогда я полечу с тобой и помогу во всем разобраться, — из голоса исчезает металл, зато в нем проскальзывают бархатные нотки. — Не волнуйся, ты не одна. Мы с ними просто поговорим и тут же вернемся на раскопки.

К горлу подступает ком, а глаза начинает жечь. Мне так давно никто не говорил таких слов… Не обещал поддержку и защиту. Последний раз это сказала мама перед тем, как исчезнуть… Но это было больше десяти лет назад! Словно в прошлой жизни.

И сейчас Трой, сам того не понимая и имея самые лучшие намерения, разбередил старую рану. А я-то думала, что уже отболело. Но стоило кого-то подпустить близко, как сердце напомнило, что оно живое.

Наладонник Троя опять подает противные писклявые сигналы, выдавая меня с головой. С раздражением гадаю, что там… Опять сердце не так бьется и с дыханием проблемы?

Но мой наниматель неверно толкует полученные данные. Он вдруг оказывается совсем близко и заключает меня в объятия, прижимая к стальному прессу.

— Не волнуйся и ничего не бойся, — шепчет он. — Я с тобой.

Я действительно чувствую себя под защитой. И мне становится спокойнее. Писк наладонника стихает, и Трой отпускает меня. Плечам тут же становится прохладно, а в душе стелется дымом легкая досада.

— Полетели, разберемся и назад, — бросает Трой и разворачивается к гравиплатформе.

Всю дорогу до космопорта мы снова молчим. Я пытаюсь раскопать в памяти хоть что-то важное, и не могу. От этого в душе начинает плескаться тревога. Но стоит мне украдкой взглянуть на уверенного и сосредоточенного Троя, который управляет гравикаром так, словно это продолжение его тела, и мне становится спокойнее.

Мы приземляемся на отдельной платформе. Покидаем гравикар и направляемся к личному входу. Трой прикладывает ладонь к сенсору, и металлическая дверь разъезжается в стороны, пропуская нас.

Проходим в коридор, и нас встречают два охранника. При виде Троя они вытягиваются по струнке, словно перед большой шишкой.

— Ксинт Дайрен! Делегация ожидает вас в зале для переговоров, — рапортует один.

— Они что-либо сказали о своей миссии? — холодно спрашивает Трой.

— Никак нет, — отчитывается второй.

Трой хмурится и ведет меня коридорами, которые явно не предназначены для простых приезжих и жителей Аксилора. Останавливаемся у высокой раздвижной двери. Мой наниматель бросает охранникам:

— Ждите здесь.

Прикладывает ладонь к считыватель и проводит меня в разъехавшиеся двери. Мы оказываемся в круглом помещении со стеклянной крышей-куполом и одной стеклянной стеной, смотрящей на ангары с космотранспортом. Всё в лучших традициях Вексов.

Посреди помещения находится большой круглый стол из прозрачного материала. За ним расположились три землянина в черных деловых костюмах, какие принято носить на моей родной планете.

Мы приближаемся к столу. Я всматриваюсь в лица посланников, пытаясь разглядеть знакомые черты. Но всё впустую.

Трое мрачных мужчин. Один сухой, с сероватым цветом кожи, — вылитый научный сотрудник, годами не выходивший из подвала, где проводил эксперименты. Или чиновник от науки.

Двое других высокие и плечистые, с изрезанными шрамами лицами, наверное, безопасники.

При взгляде на них, я ощущаю смутную тревогу. Но не могу понять, от чего она — от осознания, что я что-то натворила, или от того, что эти трое меня просто пугают. Мы не успеваем подойти, а тот, который с серой кожей, оживляется:

— Весна Милановна! Как это понимать? — спрашивает резко, хмуря брови, будто я в чем-то действительно провинилась.

— Понимать что? — растерянно лепечу я.

В этот момент Трой делает шаг вперед, отгораживая меня от них плечом и жестко перехватывает инициативу.

— Для начала, ксинт, было бы неплохо представиться, — холодным властным тоном говорит он.

Посланник обдает его неприязненным колючим взглядом. Но достоинство и уверенность, с каким держится Трой, сразу дают понять, кто тут хозяин положения. Скривив губы, землянин представляется:

— Вук Драгович, служба безопасности Министерства Развития Европейского Объединения. А это мои подчиненные, — кивает не глядя на коллег посланник. — А вы кто?

— Трой Дайрен, владелец планеты Аксилор.

Вот так просто и будничто он сообщает о том, что планета, на которую я прилетела, принадлежит ему. У меня шок. Я поняла, что он влиятельный и богатый, но чтобы хозяин целой планеты… в голове не укладывается!Это открытие поражает меня куда больше, чем прибытие этой делегации.

— Что вам